Приказываю жить. Смерть
Шрифт:
— Вы напугали нас, леди. — укорил Вильгельм. — Можете пояснить, что произошло?
— Я тебе уже говорил, это целиком и полностью моя вина, Виль. — устало произнес Хеллар. — У нее и так горя выше головы, а тут еще тройное замужество и мои приставания. Я готов понести наказание. Но прежде, прошу Вас, леди, меня простить за недостойное поведение. Оправданием может служить лишь то, что я принял Вас в полусне-полуяви за мою почившую супругу.
— Это Вы меня простите. Мне муж приснился. И, получилось, что я Вас спровоцировала. Это меня надо наказывать.
— Мы не можем наказать женщину! — возмутился Эрик.
— Если у Вас нет претензий к Старшему супругу, то и его никто не собирается наказывать. — Вильгельм включил рацию. — Леди нашлась. Мы идем в лагерь. Конец связи.
— Вильгельм, чтобы в дальнейшем не происходило, знайте, я дала слово своим погибшим родным. И его сдержу. Можете не беспокоиться, я сделаю все, чтобы Ваш клан прошел Врата.
И, отдав команду собакам, пошла в сторону лагеря. В стороне от настороженных мужчин.
В лагере нашу команду встречали. Мне достался водопад взглядов, от возмущенных до откровенно неприязненных, если не сказать больше.
У места стоянки нашей семьи, угрюмо переминались Слава с Александром. Коротко поприветствовала их. Извинилась за причиненное беспокойство. Накормила собак. Отказалась от завтрака.
Резкий рывок прижал меня к каменной груди.
— Дорогая, Вам нужны силы. Вы должны поесть, — и у меня перед носом оказалась кружка с дымящимся какао и горячий бутерброд.
— Александр, отпустите меня, я не голодна. — я попыталась освободиться, но меня профессионально обездвижили.
— Отпусти ее! — мертвый голос раздался одновременно с утробным рыком Дархана.
— Хелл, ей надо поесть, — все же отпуская меня, сказал Александр.
— Вика, прошу Вас, поешьте, — обратился ко мне Старший Супруг.
Блин! Что со мной? Ведь не хочу есть, а послушно беру кружку и бутерброд, и давясь, заглатываю завтрак. Поднимаю глаза на Хеллара, отчего-то хочется увидеть одобрение в его мертвых глазах. Он кивает мне, слегка улыбнувшись.
Через пятнадцать минут после моего нахождения, колонна выдвигается в путь. И снова я за рулем Тигра. Хеллар на пассажирском сидении с планшетом. Словно не было неловкого происшествия. Но в течение сегодняшнего пути, я несколько раз чувствовала его мимолетные взгляды.
На привале все повторилось. Как и вчера. Погуляла. Покормила. Пообедала. Разделась. Залегла в Тигра. Почти сразу открылась дверь с другой стороны. Хеллар. Набросил на белоснежную постель плед и сняв лишь берцы, прилег справа. Лежим. Спать очень хочется, но сон не идет. Вдруг слышу тихое:
— Спите и ничего не бойтесь, леди. Больше я Вас не испугаю. Виль создал для меня амулет. Даже если Вы опять увидите кошмар, или Ваших родных, это меня не спровоцирует. Спокойной ночи, милая Супруга.
— Спокойной ночи, Хеллар.
После его слов стало спокойно и тепло. Сон пришел мгновенно.
Следующие три дня разнообразием не отличались. И в моих отношениях с мужьями, Слава Богу, тоже все шло по накатанной. To есть никак. Никаких недоразумений больше не было. Я вела себя послушно, дисциплинированно и держалась рядом с Хелларом. Он относился к моему постоянному нахождению около своей персоны абсолютно индифферентно.
А на шестой день пути, наша семья опять отличилась. На этот раз Слава. Как всегда из-за очередной стервозной куклы.
Но, обо всем по порядку. Наша колонна остановилась не в лесу, а на границе небольшого провинциального городка. Я ушла гулять с собаками. Пришла, поела. Потом поняла, что нет Славы. Спросила, где он. Александр с Хелларом встревожились. Встали, и извинившись, ушли. Мысленно пожав плечами, я пошла искать Младшего Супруга. Это было не сложно. Клай — идеальная ищейка. Обнюхав вещь Славы, Клай, гордый порученным заданием, повизгивая от старания, рванулся в городок. Минут через двадцать наша компания тормозила у местного клуба. Охрана на дверях дернулась было ко мне, запрещая вход с собаками. Удостоверение их тоже не убедило. Сами нарвались! Через пять секунд, я уже входила в клуб, перешагнув через скорчившихся секьюрити. Мда… в клубной индустрии ничего не меняется. Клуб, проститутки, быки, девчонки, которые пытаются подражать в раскрепощенности проституткам, алкоголь, экстази, обдолбанные базары, пошлые заигрывания…
Клай, словно ножом разрезал потную, окосевшую толпу. Дархан прикрывал тыл. Опа! Картина маслом в уже привычном антураже.
Слава выясняет отношения с тремя бугаями, из-за размалеванной куклы.
Подхожу к ним. У бугаев удивление на мордах лица. Клай дисциплинировано гавкнул, обозначая завершение задания. Объект найден. Хвалю его. Потом подхожу к Славе и он получает апперкот справа. Отлетает к стойке бара.
Бугаи обалдело застывают. Музыка стихает. Размалеванная девица с визгом кидается на меня с кулаками. Мелькает рыжая молния, и девица лежит на полу, придавленная сто двадцатью килограммами тренированного тела и любуясь на идеальный оскал белоснежных двенадцатисантиметровых клыков.
От ВИП-зоны отделяется группа из пяти человек. Ясно. Один — шеф, один — зам, трое — охрана.
— Что тут такое? — раздается лениво-зажравшийся голос шефа. — Что Вам надо? Кто Вас пустил в мой клуб с псинами?
— Псины со мной. Они на службе ФСБ, — демонстрирую удостоверение. — А искала я своего мужа.
— И как? Успешно? Нашли мужа? — попытался глумиться шеф. — Если еще нет, то я могу порекомендовать нескольких… для такой суровой леди…
— Нашла. И выразила ему свое "ФЭ"! — я указала на Славу.
— Это Ваш муж? — как-то даже почти по-человечески изумился шеф.
— Слава, кто я тебе? — тоном не допускающим возражения спрашиваю расстроенного парня.
— Жена! — убито подтверждает Слава.
Смотрю на шефа. Он в шоке. Весь клуб тоже.
И тут вваливается группа поддержки в лице Вильгельма, неизменного Эрика, Хеллара и Александра.
Шагаю им навстречу.
— У нас все в порядке. Мы уже идем на стоянку.
И, не глядя ни на кого, ухожу со своими верными друзьями.
А на стоянке Хеллар устроил взбучку. Сначала мне. За самонадеянность и самодеятельность. Я не обиделась. Более того. Полностью с ним согласна. О чем и поведала. И принесла извинения, пообещав впредь так не поступать.
Потом настала очередь Славы. Ему влетело по самое немогу! И, положа руку на сердце, он это заслужил. Но, вдруг мне стало его жаль. Бедный парень! Он молодой, красивый, любимец женщин, заводила в компании, на всю оставшуюся жизнь привязан к старой и неприятной для него тетке, которая ему банально противна.