Чтение онлайн

Ее огненно-рыжие волосы растрепались по белой подушке. Алина лежала на его кровати и мирно спала после их сладостной ночи. Они всегда жарко занимались любовью, потому что такие шансы им выпадали редко. Алина категорически отказывалась переезжать к нему. Даже просто остаться у него на несколько дней. Она ненавидела его квартиру. Всегда хмуро поглядывала на узорчатые шторы и говорила ему: "Это же все подбирала она, да?". Безустали вспоминая его бывшую жену, она первое время даже не оставалась у него дома более часа. О каких страстных ночах может идти речь? Но, постепенно, сменив постельное белье на новый ею купленный шелк, она стала оставаться у него на ночь.

Он любил просыпаться рядом с ней. Притягивать ее тело к себе, целовать ее шею, играть с непослушными локонами. Она спала практически до двух часов дня, и Дима наблюдал за тем, как мерно поднимается и опускается ее грудь, как подрагивают светлые ресницы, и она поворачивается с одного бока на другой, пока не оказывается на его груди и прижимается к ней крепче.

Все было так потрясающе. Ее постоянное присутствие, озорные смешки, остроумные реплики, ее объятья. Ее тепло.

Все в какой-то момент вдруг оборвалось. Тепла больше не было, было только раздражение с ее стороны, которое передавалось и ему. Ее все время что-то не устраивало. То, как он говорит, как ведет себя, что надевает, что делает.

Быть может, он в чем-то и был неправ, но в основном, все ее замечания были придирками к мелочам. От двусторонних ощущений Дима сходил с ума: его мучила неспособность дать ей то, что требовалось, а тот факт, что она ни во что его не ставит, выводил его из себя.

То, что она сделала вчера, стало последней каплей. Вместо того, чтобы хоть как-то его успокоить, она подлила масло в огонь и засосала какого-то левого мужика прямо на его глазах. И он понимал, что она сделала это назло. Хотя, прежняя Алина ни за что бы так не поступила. Ему не нужна стерва, в которую она превратилась.

Еще один глоток виски прожег горло. Он целиком и полностью ушел в алкоголь.

– Почему ты так поступила, Алин?
– осуждающий голос сестры раздался по ту сторону трубки.

– Я... сильно жалею о том, что натворила, но... он довел меня! Если бы это был первый случай, Лола, я бы закрыла на это глаза! Но он все время! Все время пытается доказать всему миру, что я его собственность!

– Он же мужчина. Это входит в его природу - обладать и защищать свою собственность.

– Я не его собственность!
– громко заявила Алина, - Я свободный человек и свободная личность! У меня есть друзья. Почему он каждому грозится оторвать голову? Я даже не даю ему повода для ревности!

– Но он же ревнует!
– констатировала Лола.

– Потому что он чертов параноик!
– заорала Алина.

– Умная женщина в твоем случае предложила бы своему мужчине уединиться, после чего традиционным и очень правильным способом доказала бы ему свою преданность!

– Я устала. Я больше не хочу...
– слабым голосом ответила рыжая.

– Не хочешь - бросай его!
– ответ Лолы был, казалось, решением всех ее проблем.

Но Алина не могла. Не могла так поступить. Что-то сдерживало ее. Какой-то невидимый барьер между муками и свободой. Невозможно переступить.

– Ты так легко это говоришь...

– А что тебе мешает? М? Подумай об этом, Алин. Подумай о том, что вас связывает. Что ты чувствуешь, что он чувствует. Через что вы прошли... А потом и принимай решение.

– Хорошо, - выдохнула Алина, ощущая нарастающую головную боль.
– Как вы там? Как бейбик?

– Он уже толкается!
– голос Лолы изменился и стал таким мягким и радостным, - Ему очень нравится, когда Лёня кладет руку мне на живот и разговаривает с ним... И он все чувствует, знаешь. Это просто... так...прекрасно!

Девушка улыбнулась:

– Передай ему, что скоро он познакомится с тетей! А у нее-то голос приятней будет, чем у папаши.

– Не говори, Алин! Этот его грубый бас становится как колыбельная, когда он заговаривает с малышом.

– Он будет замечательным отцом.

– Да. Я практически уверена в этом. Главное, мне как маме не подкачать!

– Не подкачаешь!
– засмеялась Алина, - Считай, это твоя новая должность. Повышение. От генерального директора в матери.

– Да. Зато ответственности прибавится!..

– Конечно! А ты что думала? Это тебе не журнальчиками править!

Хихиканье сестры:

– Ладно, мне надо приготовить ужин. Скоро Леня с работы вернется.

– Ха-ха! Ну, давай. Поосторожнее, не сожги ужин бедняги!

– Постараюсь. Бай!

– Целую, сестренка!

Часть 3

Оля взяла со стола бокал и тщательно его осмотрела. Положив его обратно, она обратилась к подруге:

– Вик! Протри бокалы еще раз, пожалуйста! На них следы от пальцев. А я пойду уже еду на тарелки разложу.

– Так все оттираем до блеска, будто мы принимаем у себя президента и его жену!
– пробурчала Вика.

– А тебе, что, жалко друзьям приятное сделать? Сейчас у них в отношениях трудный период, им требуется наша помощь, хоть они нас об этом и не просят.

– А еще они не просят тебя менять постельное белье к их приходу и осыпать кровать лепестками роз!
– Вика схватила висевшее на спинке стула полотенце и взяла в руки первый бокал, принявшись яростно его протирать.

Оля мечтательно улыбнулась:

– Мы должны создать максимально романтическую обстановку, чтобы они дали волю своим чувствам и помирились...

– Прямо на моей кровати? Знаешь, эта идея мне не очень нравится!

– Да успокойся ты! Ты же тоже спала на кровати в квартире Носовых.

– Да, но я спала!
– последнее девушка произнесла с особой выразительностью.

– Ну, хватит уже, а, Вик!
– брюнетка недовольно посмотрела на подругу, после чего отвернулась и пошла на кухню. Оттуда снова послышался ее голос:

– Скоро восемь. Надо поторопиться!

Спустя некоторое время в квартире подруг раздался дверной звонок. Оля, поставив на стол последнее блюдо с греческим салатом, помчалась открывать дверь. Перед ней стояла Алина в фиолетовом облегающем платьице. Для экстравагантной девушки это был наряд, в котором она могла просто сходить за хлебом и вернуться домой. Вика и Оля сказали подруге, что хотят устроить совместный просмотр "Секса в большом городе", потому с одеждой она не заморачивалась.