Чтение онлайн

Да что такое с ней происходит?

Одно радовало - летний ветер не пах ее рвотой. Хоть что-то не пахло ее рвотой. Но в душной машине ей вновь захотелось наложить на себя руки. Ее Волга не могла похвастаться кондиционером. Единственным кондиционером для Алины было приоткрытое окно, сквозь которое врывался мощный порыв ветра во время езды. Куда она направлялась? В свое любимое место.

Волга остановилась в самом углу шоссе. Захватив с собой свой шерстяной плед, Алина вышла из машины.

Вечереет. У моря сегодня будет холодновато.

Уверенным шагом Алина устремилась прочь от своего автомобиля. Она отдалялась от дороги, спускалась вниз, пока земля под ее ногами не стала рыхлеть и проникать в сандалии. Горячая сочинская галька. Так давно она ее не ощущала. Алина поспешно сняла с ног обувь и продолжила путь, пока бескрайнее Черное море не предстало перед ней во всей красе. Это именно то место. То любимое место: безлюдное и пустое. Здесь было только пенистое море, и больше ничего. Где-то вдали лишь виднелся чей-то темный силуэт, но он вряд ли потревожит девушку. Вперед. Все ближе. Ближе к морю. Опуститься на тёплую гальку, наблюдать за нарастающим штормом и слышать такой приятный, такой родной шум бушующей воды. Мурашки покрыли ее плечи от легкого дуновения морского ветра. Еще пару шагов, и она добралась до самого берега моря. Фигура поодаль от нее дернулась, на секунду овладев вниманием Алины. Оторвав взгляд от голубого моря, в котором утопало небо, она посмотрела в сторону молодого человека, что казался ей совсем крошечным несколько мгновений назад. Все-таки, надо было отойти от него подальше, чтобы в полной мере почувствовать единение с морем.

– Ты преследуешь меня?
– услышала она, прежде чем сообразила, кто сидит в нескольких метрах от нее.

Теперь уж ни лазурное море, ни его успокаивающий шум не могли вернуть былое блаженство. Та обволакивающая волна, поселившаяся на несколько минут внутри нее, вдруг преобразилась в языки пламени, когда она увидела любимое лицо.

– Дима?
– голос перешел в дрожь, словно он тоже до самого ядра покрылся мурашками. Мужчина кивнул, и губы его на миллисекунду дернулись - она заметила. Он хотел улыбнуться, но не так ехидно, как сегодня утром. Совсем по-иному. Так, какой она привыкла видеть его улыбку.

– Что ты здесь делаешь?
– вымолвила она, сама не замечая, как с каждой секундой автоматически становится ближе к его полуобнаженной фигуре. Плед соскользнул с ее плеч, и холод окутал тело с ног до головы.

– А ты?
– спросил он, и миндалевидные глаза его вновь сузились.

Она хочет коснуться губами его век. Кожей ощутить щекотливое прикосновение черных ресниц. Как же она хочет!

– Я...

И она остановилась на своем шепоте. Он ожидающе уставился на нее снизу вверх. Как он может быть таким головокружительно красивым? Она опять стала ближе и опустилась на песок рядом с ним.

– Помнишь, - бархатно произнес он. Совсем близко. Она лишь подастся вперед и заставит эти губы молчать, - год назад. Мы с тобой.

Она перевела взор с его губ к глазам. Они смотрели на нее в ответ. И конец. Она теперь полностью под воздействием его гипноза.

– Почему все изменилось?
– продолжал он. А она не слышала абсолютно ничего. Она увязла в мутном болоте его глаз.
– Я просто хочу знать, я...
– он отвернул от нее голову, вперился взглядом вдаль, после чего вновь произнес, - я не могу понять... Наши отношения, они... Нам было так хорошо вместе. А потом?

Ей было неудобно сидеть на согнутых ногах, но двинуться она не могла. Ей казалось, что, если она хоть немного зашевелится, все испарится, и Дима исчезнет. А эта невероятная встреча второй раз за день окажется всего лишь фантазией, которую Алина в силу своего прогрессирующего безумства, приняла за реальность. Поэтому она не дергалась. Лишь глаза ее внимательно следили за каждым движением любимого мужчины.

– Если та история с парнем-геем правда, - он резко сменил тему, внимательно посмотрев на девушку, - скажи, с ним тебе так же хорошо, как было со мной?

И он ждал ее ответа. А она ничего не могла ответить, она забыла, как это делается. Ей лишь удалось выдавить:

– Дима...

– Я не должен этого говорить, я знаю!
– он закивал, думая, что смог предугадать ее реплику, но на самом деле она и не собиралась говорить ничего кроме его имени.
– И я знаю, что все кончено. И что вряд ли что-то возобновится, но неужели все было плохо?.. Последние месяцы? Я ведь...

Он не успел ничего договорить. Никто не знает, что произошло, но очевидное то - что в какой-то миг он улегся на спину, обвивая тонкую талию своей бывшей девушки. Она целовала его с таким сумасшедшим желанием, что Дима едва поспевал за ее губами. Прижимаясь ближе к его липкому и горячему телу, она покусывала его мягкие уста, ощущая на языке их сладкий возбуждающий вкус. Краткий стон желания задрожал меж их губами, и в раскрытый рот парня она пропустила жаждущий язык.

Дима не мог контролировать тот ураган, завертевшийся в его желудке. Чувствуя над собой ее гибкое жаркое тело, он терял контроль, совершенно не соображал, что происходит. Лишь шепот ее имени бесконечно раздавался в голове. Когда он рискнул передвинуть трясущуюся руку вверх к ее волосам, он вдруг почувствовал, что готов вечность провести под этой женщиной. Он пропустил пальцы в ее локоны, ощущая их шелк, и болезненное возбуждение нанесло поражающий удар по телу. На секунду оторвавшись от ее губ, он откинул голову к небу, чтобы застонать. Тяжелеющую боль ощущать было невыносимо, но влажные поцелуи его женщины ложились на его тело как густые слои меда. Она жадно целовала выпирающее яблочко кадыка, опускаясь ниже, к ямочке на шее, покусывая ее. Еще один стон потревожил ее уши.

– Алина... аах...

Она никогда не слышала его всхлипов, сейчас же они лились градом, все сильнее возбуждая ее и сводя с ума.

– Я... Боже... стой!
– последнее он выкрикнул как раз в тот момент, когда нежная рука ее проскользнула вниз от массивной груди к отвердевшему паху.

– Что-то не так?
– обеспокоенно произнесла она.

Испуг и волнение, слившиеся в ее изумрудных глазах, лишь воспламеняли его. Его безумное желание обладать ею было настолько болезненным, что сама эта боль провоцировала крайнюю степень похоти. Но проблема в том, что он не мог...

– Я...
– но сказать этого он тоже не мог. Он так сильно жаждал этого момента, что если сейчас он все оборвет, то возненавидит себя на всю оставшуюся жизнь. Рука его опустилась к фарфоровому лицу, пальцы скользнули по чуть побледневшей щеке, он прошептал:

– У тебя есть презервативы?

И Алина ответила:

– Разве ты ими когда-то пользовался?
– и волна жарких поцелуев снова накрыла его губы. С рыком он перевернул девушку, устроив ее под собой. Жаждущие руки легли на ее привлекательные бедра, поднимаясь ввысь и поднимая с собой легкую и тончайшую ткань. Сладость ее губ - это единственное, ради чего он готов испытать мучительную боль. Он из всех сил впитывал их мед, пытаясь навсегда запечатлеть вкус на собственных губах.

– Ты такая сладкая...
– с трудом выдавил он.

Его губы покрыли поцелуями ее голые плечи, а руки проникли во внутреннюю сторону бедра, заставляя ее застонать:

– О... Дима! Я...

– Ты?
– ожидающе произнес он ей в ключицы.

– Я...- рука стала подниматься вверх, отчего девушка изогнулась под телом любимого, - я... хочу тебя!

Эти слова вновь ударили в пах. Не в силах выдержать боль, он стиснул руку на ее пылающем бедре.

– Я не могу видеть тебя с другой!
– наравне со стоном издала она.
– Скажи!