Чтение онлайн

– Ты же знаешь, мне и здесь хорошо, я люблю работать в саду или загорать под солнцем. Для меня это самый лучший отдых.

– Тогда, может, я могу куда-нибудь поехать? – спросила Эмма.

– Сначала, определись, чем ты будешь заниматься по жизни, тогда и поговорим.

– А вот отец бы меня понял и непременно поддержал бы! – выпалила девочка.

– Твой отец уже сам напутешествовался, – с недовольством сказала мама. – Помнишь, чем всё обернулось?

Эмма потупила глаза и тихо вздохнула.

Когда Эмме было тринадцать, её отец неожиданно погиб. Он отправился в море на своей парусной лодке и не вернулся. Оказалось, его лодка попала в сильный шторм и перевернулась. Мать девочки долго не могла прийти в себя, и дети нелегко перенесли потерю отца – особенно Эмма. Ведь она, как никто другой была к нему привязана.

– Так что ты должна, в конце концов, опуститься на землю и повзрослеть, – добавила мама.

Эмма что-то хотела ответить, но мама её опередив, бросила:

– Всё, не мешай. Я хочу посмотреть новости.

С этими словами она включила телевизор и уселась за стол.

– А ты заметила, что последние полгода в новостях уже не говорится о разных происшествиях, связанных с ветрами? – задумчиво протянула Эмма. – Уже давно не слышно о смерчах, ураганах, штормах, засухе или наводнениях. А ведь раньше каждую неделю где-нибудь да что-нибудь происходило. Ветры как будто утихомирились…

– Ничего себе, утихомирились! – вспыхнула мама. После смерти отца, она стала ненавидеть ветряную погоду. – Конечно, ураганов или штормов уже нет, но пронизывающий ветер дует не переставая, залетает в трубы, распахивает окна и двери, врывается в дома… – нет, такая погода явно не по мне!

– Да, ветры действительно ведут себя странно, – задумалась девочка. – Словно они что-то или кого-то ищут…

– Перестань говорить глупости. Ветры не живые, они не могут кого-то искать, потому что не умеют думать. Но если бы они были разумными, я бы высказала им всё, что я о них думаю! Ведь это по их вине погиб твой отец! И по их вине во всём мире страдают люди!

– Но мне кажется, ветры не желают зла, – вполголоса сказала девочка. – Я не знаю, почему они так поступают, но чувствую, это не их вина. Хотелось бы мне узнать, что с ними происходит…

– Опять ты за своё! Сколько можно жить фантазиями! – нахмурилась мама.

Эмма недовольно поджала губы и отвернулась.

После смерти отца, она стала чувствовать себя более одинокой, чем прежде. Её никто не понимал – ни в семье, ни в школе. Все считали её странной, не только потому, что она предпочитала одиночество компании друзей, но и потому, что она относилась к животным, растениям и стихиям так, будто это были люди. А Эмме просто было легче найти общий язык с животными и птицами, чем с людьми. Она верила, что они всё понимают, и делилась с ними своими мыслями. Даже цветам и деревьям, она доверяла свои тайны. Эмме казалось, что они всё слышат и отвечают, только очень-очень тихо. Точно так же она разговаривала с ветрами, рассказывая им сказки и слушая их песни.

К сожалению, другие люди не думали, что звери, птицы, цветы и ветры могут что-то понимать и говорить – в том числе и мама Эммы. Иногда она вздыхала и приговаривала:

– Эх, лучше бы ты завела себе друзей, чем попусту болтала с цветами или ветрами. Пойми, просто я не хочу, чтобы над тобой посмеивались.

– Ты не понимаешь! Они ведь тоже разумны и могут меня слышать! – возражала Эмма.

– Тебе уже семнадцать, а до сих пор веришь в сказки, – мама качала головой.

А Эмме было непонятно, почему никто не верил в то, что звери и растения ничуть не глупее людей, а ветры и другие стихии тоже живые.

Однажды, ранним июньским утром, Эмма проснулась раньше всех. Стараясь не шуметь, она на цыпочках прокралась в ванную, где умылась и причесалась. Глядя на своё отражение в зеркале, она тихо вздохнула.

– Да, я некрасивая, – сказала она себе. – Ну, что теперь поделаешь?

Эмма переживала из-за отсутствия яркой внешности, ведь у неё не было ни ясных голубых или глубоких чёрных глаз, ни насыщенных тёмных или сверкающих золотых волос – как у многих сказочных принцесс, которыми Эмма так восхищалась.

Хотя на самом деле, Эмму нельзя было назвать некрасивой. Она была милой, стройной девушкой среднего роста. На её небольшом носу красовались золотистые веснушки; волнистые волосы её были не слишком тёмные и не слишком светлые, не очень длинные, но и не короткие. Её серо-зелёные глаза тоже были средней величины, хотя порой, когда она читала что-то интересное, становились просто огромными.

– У меня всё всегда среднее, – поморщила нос Эмма. – Я такая невзрачная…

Эмма ещё раз вздохнула и, показав язык своему отражению, вернулась к себе в комнату, где надела синее льняное платье с белыми кружевами. После этого она спустилась на первый этаж (при этом, споткнувшись и чуть не упав) и прошла в просторную светлую кухню, где за большим овальным столом обычно собиралась вся семья. Стянув из холодильника вчерашний бутерброд с сыром, Эмма поднялась на чердак. Там она отворила маленькую синюю дверку и вылезла на крышу, в прямоугольном вырезе которой находилась небольшая площадка с кованой изгородью, где девочка любила проводить время.

Удобно устроившись в этом уютном гнёздышке, Эмма полной грудью вдохнула свежий утренний воздух. В лучах восходящего солнца вдаль простирались луга, в пышных кронах деревьев тонули маленькие домики со сверкающими крышами, извивались дороги с редкими автомобилями и пешеходами, а в самом конце – синели вершины гор, одетые в лёгкие юбки из белого тумана.

– Волшебное утро! – прошептала Эмма. – Удивительно, что уже третий день совсем безветренно. Такая духота! Куда же пропали ветры?

Внезапно она почувствовала, как что-то мягкое и тёплое коснулось её ноги.

– А… Это ты, – улыбнулась Эмма чёрно-белому коту, сидевшему рядом.

Этот кот часто забирался на крышу её дома, и она подкармливала его тёплой, домашней едой.

– Да уж, душно – не то слово! – неожиданно для Эммы, сказал кот.

Эмма немного оробела, осознавая, что слышит речь кота. Девочка всегда верила, что рано или поздно, она начнёт понимать язык зверей, и наконец-то это случилось!

– Как замечательно, что я тебя слышу и понимаю! – обрадовалась девочка.

– Неужели? Это хорошая новость, – кот сощурил золотые глаза. – Я рад, что хоть у кого-то из вас, глупых людей, наконец-то прорезался слух. Кстати, у тебя есть что-нибудь вкусненькое?

– У меня только хлеб с сыром и маслом…

– Что же, сойдёт и это – недовольно промямлил кот.

Эмма пожала плечами и положила бутерброд перед котом.

Когда с сыром и маслом было покончено (к хлебу кот не притронулся), Эмма спросила:

– А какое у тебя имя? Я слышала, как соседки называли тебя Марсиком.

– Вообще-то, я Маркус, – щурясь, важно ответил кот. – Твои соседки просто невежественны.

– Как скажешь, – пожала плечами Эмма.

Маркус презрительно хмыкнул, и как показалось Эмме, начал принюхиваться. В воздухе ощущался запах цветов и моря, но также улавливался и тонкий аромат готовящейся еды.