Чтение онлайн

– Но почему-то... я не вижу на тебе капитанской фуражки, - робко возразило Чудовище, изо всех сил протирая лапами глаза.

– Что поделаешь, мерзкий растяпа Ястреб все мои вещи уронил в океан; доверяй после этого людям, зверям и птицам... Но ведь молено командовать и без фуражки. Мы, мыши, а особенно Большие СлоновоПальмовые Мыши-Капитаны, всегда считали, что важнее не то, что на голове, а то, что в голове. Согласно, Чудовище?

– Согласно! Согласно!

– Тогда смело в путь! Слушать мою команду!
– пискнула Мышь. Полный вперед!

В океане теперь творилось такое, чего еще никогда и никто не видел!

Чудовище шагало по дну, а на поверхности океана, разрезая волны, скользила высокая красивая зеленая пальма.

– Фьють-фьють!.. Тиу-тиу-тиу!.. Чок-чок-чок!.. Ходячая пальма, плавучая пальма!
– кричали птицы.

Пальме пришлось по вкусу, что кругом столько воды: ведь на Острове дожди выпадали редко. Она пила всеми своими корнями, весело шумела листьями и роняла в океан конфеты.

Она бросала в волны ириски и тянучки, леденцы зеленые, синие, желтые, шоколадные конфеты с кремовой и марципановой начинкой и с начинкой ромовой, розовый и белый зефир, сливочные и шоколадные помадки, пригоршни яблочного мармелада...

Рыбы-дети узнали, что вот такое чудо плывет по океану и дарит конфеты - ешь сколько влезет. А ведь они никогда и не видели конфет, только знали из рыбьих книг и сказок, какая это самая вкусная штука на свете.

И рыбы-дети и морские зверята вместе с мамами и папами из всех морей и от всех берегов океана что было духу поплыли к конфетной пальме. Моря в одно мгновение опустели; рыбаки, вытащив невод, покачивали головой, не могли взять в толк, что же такое приключилось.

Конфетная пальма бросала и бросала орехи в меду, клюкву в сахаре, конфеты "Раковая шейка" и "Мишка", монпансье, халву, карамель "Птичье молоко", "Прозрачную" и "Угадай-ка". Даже вода в океане вокруг пальмы стала не соленая, а сладкая.

Дельфинята, китята, осетрята, медузята, белужата, морские ежата, меч-рыбята и другие рыбьи ребята плыли за конфетной пальмой; собралось их столько, что воды не видно. Куда ни взглянешь - раскрытые рты.

Летучие рыбята ловили розовый и белый зефир прямо в воздухе. Двое сельдят-одноклассников, которые всегда ссорились, схватили сливочную тянучку и поплыли в разные стороны. Тянучка возьми и притяни их друг к другу.

– Ничего не поделаешь, будем дружить, - сказал старший сельденок. И они вместе съели эту волшебную тянучку и с тех пор всегда всем делились.

Птицы летели в дальние северные страны и в дальние южные страны и везде рассказывали о чудесной конфетной пальме, которая плывет по океану.

Белые медвежата, тюленята, моржата, морские зайчата, пингвинята обыкновенные и пингвинята, дети королевских пингвинов, сошли с ледяных берегов и поплыли поскорее.

Нагрянули утром охотники на котиковые лежбища, а там ни котиков-пап, ни котиков-мам, ни котиков-детей.

Толстая мама-тюлениха едва поспевала за своими детками и на ходу говорила:

– Много конфет не ешьте - от сладкого испортятся зубки и заболит животик!

А Большая Слоново-Пальмовая Мышь-Капитан стояла на вершине дерева между зеленых листьев и командовала:

– Право руля! Тысяча морских дьяволов и один серый кот!

Чудовище шло и шло по дну океана. Оно чувствовало, что Еженька с каждым шагом все ближе, и сил у него прибавлялось.

Вот и Остров Настоящих Вулканов показался.

– Куда ты спешишь, о шагающая по волнам прекрасная Королева Пальм?
– прогрохотал Старый Вулкан.
– Я догадался, кто ты, потому что лишь у Королевы может быть такая летающая и плавающая свита - медведи и тюлени, рыбы и птицы.

– Мы идем на помощь Еженьке, - отозвалась из зеленой пальмовой кроны Мышь.

– Счастливого пути! И поторопись, о могучее королевское дерево с пискливым голосом. Жерло мое кипит от тревоги за Доброго Художника и его детей.

– Полный вперед! Самый полный!
– пискнула Мышь. Чудовище побежало так быстро, так сильно топоча, что дно океана заколебалось под его лапами.

А ТЕМ ВРЕМЕНЕМ...

Тем временем Нарисованные Человечки вместе с Бешеными буквами стали в круг и принялись считаться: кому первым начинать войну.

Сначала посчитались Еженькиной считалкой.

Вышло начинать Нарисованным Человечкам.

Потом посчитались злой считалкой.

И опять вышло - начинать Человечкам.

– Война - завтра утром!
– сказала Еженька.
– Спокойной ночи!

Ничего не ответили Бешеные буквы.

Еженька, и воины-ежи, и воины - бывшие людоеды отошли, улеглись на песочке около прибрежной скалы и уснули.

Они ведь очень устали после такого трудного плавания.

Рыба-Бутылка покачалась на волнах и тоже уснула. Тихо стало, темно...

А как только стало тихо и темно, зашептались, зашипели Бешеные буквы:

– Пошшшшшлем шшшшшшпионов... Пусть шшшпионы пережжжжжалят Ежжжженьку и ее воинов, пока те спят...

... Шшшшшуршат, ползут по песку шшшпионы-змеи. Ничего не слышат Человечки - так крепко они уснули.

Вот уже шпионы-змеи пережалили всех воинов - бывших людоедов. И ужалили Среднего Ежа.

– Тревога!
– успел вскрикнуть Старший Еж, когда его жалили змеи.

Еженька и Маленький Еж вскочили на ноги и пиками отогнали змей.

Только они двое и остались в живых, да еще Рыба-Бутылка.

Взглянула Еженька на звезды в ночном небе и тихо спросила:

– Что нам делать, звездочки?

Не ответили звезды, замигали, сгоняя с глаз слезы.

– Что нам делать?
– спросила Еженька у серебряной луны.

Спряталась за тучи луна, ничего не ответила.

– Что нам делать?
– спросила Еженька у океана, который тревожно шумел у ее ног.

– Садитесь на Рыбу-Бутылку, и я унесу вас отсюда, пока не поздно, - пророкотал океан.

– Разве ты не знаешь, если мы уплывем, завтра казнят отца?! ответила Еженька.

– Тебе все равно не спасти его, - вздохнул океан.

– Пусть нас только двое, мы не оставим отца. Сказав это, Еженька обняла Маленького Ежа, и они пообещали друг другу: если придется умереть, но не отступить.

А небо светлело, и стало видно, как строятся Бешеные буквы. Слышно стало, как буква "Б" бьет, барабанит в барабан, а кровавая буква "К" командует:

– Ать-два!.. Ать-два! Вперед, на Еженьку!..