Чтение онлайн

Взгляд Джига упал на серебряную волшебную палочку феи. Не годится ли она для боя с Рислиндом? Конечно, сгодилась бы, знай он хоть что-нибудь о магии. Сколько силы осталось в ней? Не попробовать ли сблефовать? Если наложить лапы на палочку, удастся ли убедить Рислинда отпустить его? Вероятно, нет. Рислинд не боялся темной феи. Неужели он капитулирует перед гоблином?

– Ты тянешь время, – поторопил волшебник.

– Я пытаюсь!

– Тебе помочь?

Он не сделал ни малейшего движения, но мертвые стражи внезапно зашевелились, смыкая кольцо вокруг гоблина. Джиг разинул рот. Рислинд не мог командовать ими. Они – создания Некромант. Неужели все настолько несправедливо?

– Вот.

Гоблин правой рукой торопливо стянул сапог, а левой – снял браслет. Кожа на лодыжке слегка почернела. Вероятно, амулет нагрелся, впитав слишком много колдовства. Все равно, лучше заработать новый ожог, нежели превратиться в ходячий труп.

– Брось сюда, – приказал волшебник.

Джиг повиновался. Он метнул изо всех сил, одновременно падая набок.

«Можно ли винить меня, если он сам не уточнил, что именно бросать?»

Рислинд отшатнулся, и сапог пролетел мимо его лица. Мертвяки подобрались совсем близко. Гоблин, схватив волшебную палочку, кинулся обратно. Рядом что-то прожужжало.

«Стрела, наверное».

Стараясь не думать о том, как близко пролетела стрела, Джиг сунул палочку в центр браслета.

Ходячие трупы рухнули на пол. Джиг попытался изобразить улыбку. Безуспешно – вызванная страхом судорога намертво склеила челюсти.

«Еще одна победа гоблина».

Стрела вошла в плечо не хуже увесистого кулака. От ее удара Джига пару раз крутануло на месте, и он рухнул лицом вперед. Выпучив глаза, гоблин попытался встать. Руки отказывались повиноваться. Щека вдруг стала мокрой и липкой. Странное синее пятно тягуче расползалось по полу. Что это? Ах да. Это же его кровь. Джиг лежал и ждал.

Применит ли Рислинд магию для расправы? Огненную и ледяную, например, которые он использовал, когда разносил стены. Или просто перережет горло? Только бы чародей не решил растянуть удовольствие. Мрамор пола высасывал тепло из слабеющего тела, и боль в плече делалась сильнее с каждым вздохом. Могучие руки подцепили его сбоку. Перед глазами мелькнула косматая физиономия, и вселенная разразилась потоком боли.

– Граргх! – собственный сдавленный вопль он услышал будто со стороны. Так вот, значит, как чувствуют себя те, кому повернули нож в ране.

Дарнак перекатывал его на стрелу.

– Держись, парень. Стрела зазубренная, и мне придется отломать наконечник. Это будет больно.

Будет?! Джиг сквозь слезы с трудом разглядел, как пальцы гнома сомкнулась вокруг древка. Где-то хрустнуло, и перед глазами заколыхалось белое марево.

– А-ах.

Дарнак, приподняв его, накрыл рану ладонью, а кто-то еще потянул обломанную стрелу из спины. У него в теле сквозная дырка? Джига замутило. Сколько крови в нем осталось? Эта теплая лужа по всему полу, это же его кровь! Вязкая синяя жидкость должна течь у него внутри, а не заливать мрамор и пропитывать набедренную повязку.

– Что произошло?

Ему пришлось повторить вопрос три раза, пока гному с эльфийкой удалось разобрать вялый от боли лепет.

– Дарнак приложил Рислинда по голове, – ответила Риана. – Когда все эти твари попадали, колдун так разозлился, что забыл о нас. Он связан и заткнут кляпом, поэтому, когда очнется, ничего нам не сделает.

– Хорошо.

У Джига шумело в ушах. Так всегда бывает, когда потеряешь слишком много крови? Дарнак бубнил молитву и трудился над раной, но боль не торопилась отступать. Может, так и надо? Может, ему не стоит беспокоиться, пока плечо не перестало болеть.

– Влей в него.

Гном передал Риане бурдюк. Эльфийка поднесла его к губам Джига. Губы запеклись, и Джиг с готовностью отхлебнул. Сделав глоток, он закашлялся, разбрызгивая жидкость. Оказывается, ему дали совсем не воду. При иных обстоятельствах такой жест потряс бы Джига до глубины души.

– Эй, нечего изводить эль попусту. Это славная штука, и пока мой кузен не вернется с югов, мне больше не раздобыть. – Дарнак забрал бурдюк и отпил сам. – Попробуй аккуратненько еще раз.

На сей раз гоблин заставил себя проглотить пойло. Глотку обожгло не хуже крутого кипятка, а глаза заслезились еще сильнее. По всем закоулкам мозга распространился хмельной дух, отчего голова сделалась необычайно легкой. Боль в плече осталась, однако теперь она почему-то не играла особой роли. Джиг сделал еще несколько глотков.

Дарнак расплылся в улыбке.

– Гномский эль, – произнес он с нескрываемой гордостью. – Сварен в самых лучших подземных пивоварнях.

– По вкусу напоминает пиво «Клак», – заметил гоблин.

– Думай, что говоришь! – рявкнул гном. – Это благородный напиток моего народа. Ни одна раса в мире не может создать ничего подобного. Ничего не получится, если не знаешь, где искать самые лучшие сине-пятнистые грибы, самые зрелые коробочки ночецвета…

– И побольше корня рябого лишайника, – добавил Джиг. Он посмаковал вкус. – Хотя этот я бы еще чуток выстоял.

Дарнак сердито глянул на него и выхватил бурдюк.

– Тебе надо отдохнуть.

Джиг улыбался, пока гном штопал ему рану. Вот это другое дело. Риана смотрит на него, ну, не то чтобы с уважением, но по крайней мере без обычной неприязни. Дарнак лечит его, так же как раньше лечил Бариуса. И впервые на памяти Джига – вероятно, впервые с сотворения мира – гном выпил на пару с гоблином.

Эльфийка сунула ему в рот кусок чего-то непонятного, и он машинально разжевал.

– А-ах!

Так и знал. Все происходящее было бы слишком хорошо для реальной жизни. Сначала с ним обращаются как с равным, а потом пытаются накормить хлебом.

– Ешь, – твердо сказал Дарнак. – Тебе надо восстановить силы.

Куда деваться? Не стоит обижать того, кто закрывает тебе дырку в плече. Джиг заставил себя жевать и глотать. Понемножку – так привкус пыли не задерживался надолго. Еще гоблин бросал на Риану умоляющие взгляды, но эльфийка намеков не понимала и продолжала пихать в него хлеб кусок за куском, пока весь ломоть не кончился. Под конец она, похоже, просто наслаждалась его отвращением.

– Где Бариус? – спросил Джиг.

– С братом. – Дарнак покачал головой. – Они друг друга ненавидят, но ни один из них не допустит смерти другого. Если не от собственной руки, конечно. Странно и трагично, но это правда. – Гном выпрямился. – Большее мне не под силу, но и это чуть лучше, чем я надеялся. У тебя останется уродливый шрам, и такой же сзади. И не напрягай левую руку в ближайшее время. Главное, жить будешь. – Он рассмеялся. – Если, конечно, тебе еще раз не свезет повздорить за один день с двумя магами.

Дарнак помог Джигу сесть. Откуда-то вышмыгнул Клякса и взбежал по руке на свое обычное место.

– Хороший паук, – пробормотал гоблин и попытался встать.

Голова закружилась, и он посчитал самым верным решением остаться на полу и некоторое время не двигаться. Да, так лучше. Джиг насторожил уши – даже уши у него болели – и услышал, что Дарнак подошел к Бариусу.

– Ну-с, как поживает его магичество?

– Мой брат выживет, – сердито ответил принц. – К счастью для тебя, гном. Даже ударить отпрыска королевской крови – преступление, которое карается смертью. Если бы ты его убил, мне пришлось бы казнить тебя.