Чтение онлайн

Шли дни. Рим в повседневной жизни был далеко не таким идеальным, каким он представлялся Маше в Москве. Грязноватый, суетливый, крикливый город, жаркий летом и дождливый зимой, с узкими средневековыми улочками и почти полным отсутствием зелени в центре города, Вечный город был похож на большой муравейник, переполненный жителями и туристами. Архитектурные памятники интересны, когда на них смотришь в первый раз, а когда видишь их ежедневно, то просто уже не замечаешь.

Италия – своеобразная страна, совсем не похожая на Россию. При показном гостеприимстве здесь каждый сам за себя. Замужние дамочки, работающие в отеле, видели в Мари возможную соперницу, мужчины – сексуальную девочку. Друзей или подруг у Мари не было совсем. Общительная с детства, она остро чувствовала одиночество. Туристы из России иногда приглашали ее вечером посидеть вместе в баре отеля, и Мари всегда соглашалась.

Однажды в отеле остановилась группа из Питера. Это был рекламный тур для туроператоров, организованный министерством туризма Италии. Руководитель группы пригласил Мари вечером в бар отеля. Его звали Виталий. Немного за сорок, с уже побелевшими от седины висками, он чем-то был похож на отца Мари. Такие же добрые глаза и крупные по-мужски руки.

Они пили вино и болтали весь вечер обо всем и ни о чем. В конце вечера Виталий неожиданно предложил Мари поехать с ними дальше по городам Италии. Туроператоры путешествовали по стране с большой скидкой, у них было свободное место в группе, и у Мари наконец появилась возможность увидеть Италию, причем почти бесплатно. Она взяла недельный отпуск и поехала в путешествие.

Наконец-то полностью осуществилась ее мечта: она увидела Венецию, Флоренцию, Неаполь. Вечерами они сидели с Виталием в очередном уютном ресторанчике. У него было свое туристическое агентство в Санкт-Петербурге, он прекрасно знал Питер, любил свой родной город и невольно сравнивал его с городами Италии. Получалось, что Петербург не просто не уступает итальянским городам, а намного превосходит их по красоте архитектуры, обилию и сохранности памятников и музеев. Да, конечно, в Питере не такой теплый климат, но это Россия с нашими русскими людьми, простыми и сердечными.

Мари с его слов полюбила этот город на Неве и решила, что обязательно туда съездит. Ей это было просто, ведь она по-прежнему остается российской гражданкой. Нравился ей и Виталий – уверенный в себе, умный, с хорошим чувством юмора. С ним было легко и спокойно. Несколько лет назад он потерял любимую жену в автомобильной катастрофе и жил вдвоем с дочерью-школьницей. Ни разу он не позволил себе никаких вольностей по отношению к Мари, но она чувствовала, что и она ему очень нравится.

Как-то вечером Мари рассказала Виталию всю историю своей жизни, ничего не утаивая. Он на удивление спокойно отнесся к ее прежней жизни в Москве.

– Я считаю, что наше общество совершенно зря негативно относится к этой профессии, – говорил он. – Вряд ли ты читала некогда очень модную, а теперь позабытую книгу Ивана Ефремова «Таис Афинская». В древней Греции были специальные школы гетер, где девушек учили искусству развлекать и ублажать мужчин. Заполучить в жены гетеру было престижно. Так Таис стала женой египетского царя Птолемея. А японские гейши, призванные украсить мужской досуг? Профессия со сложными и малопонятными нам правилами поведения, но уважаемая обществом. Во многих странах мира профессия жриц любви узаконена. Так, в соседней Германии публичные дома работают вполне официально, и там часто подрабатывают студентки, нуждающиеся в средствах для оплаты учебы, и это не считают зазорным. Если есть спрос, должно быть и цивилизованное предложение. Всевозможные искусственные запреты плодят коррупцию, грязь, болезни. У нас женщина, попавшая в этот бизнес, становится абсолютно бесправной, – говорил он.

Мари не совсем была согласна, но ей было приятно, что он ее не осуждает.

Недельный тур закончился в Риме, Мари провожала Виталия в аэропорту. В какой-то момент ей показалось, что она провожает родного человека, что-то очень важное в ее жизни обрывается с его отъездом.

Мари вышла на работу и несколько дней работала, как в тумане. Каждый вечер, засыпая, она вспоминала свое путешествие и Виталия. Однажды утром, проснувшись, она поняла, что она хочет, очень-очень хочет в Питер к Виталию. Желание было четким и вполне осуществимым. Доллар, так долго лежащий без дела в ее сумочке, принял его и на несколько секунд засветился знакомым серебристым светом. Уже через два часа ей на работу позвонил Виталий и сказал: «Мари, приезжай, пожалуйста, я очень скучаю, мне тебя не хватает. Я очень тебя жду…».

Американский спутник принял четкий сигнал F-лучей от Доллара, российского спутника в этом районе не было. Компьютер рассчитал координаты, и информацию тут же передали директору ЦРУ.

– Надо же, где он оказался! Рим, Италия, придется и там организовать поиск, – подумал директор ЦРУ и приказал готовить личный самолет.

Перед вылетом он позвонил Майклу Фишу в Россию.

– Ваша миссия закончилась Майкл, Доллар покинул Россию. Можете возвращаться в Штаты, – сказал он коротко и положил трубку.

В банкетном зале известного столичного ресторана царило уныние. Гостей не радовала ни роскошная обстановка зала, ни богато накрытый стол. Офицеры подразделения «Дельта» провожали своего командира полковника Михаила Фишмана в Америку. Провожали навсегда. Многие мужчины были с женами или подругами, но никто и не думал танцевать. Рядом с Фишманом сидела ставшая верной его подругой девушка Оксана. Да-да, это была именно та Оксана, с которой Майкл Фиш пел по телефону украинские песни, когда сидел в подвале на даче у Ельцина.

За это время Майкл и Оксана сначала подружились, потом влюбились друг в друга, и в последнее время Оксана уже жила у Майкла в его квартире на Ленинском проспекте. Офицеры, конечно, не знали точно, чем занимался в России Фишман, но понимали, что спецподразделение, скорее всего, расформируют. И вполне вероятно, что впереди у них будет Чечня.

Майкл уже успел прижиться в России. Он понимал, что в Америке после потери Доллара его не ждет ничего хорошего. После звонка директора ЦРУ он даже позвонил самому президенту Борису Ельцину с просьбой оставить его в России, но Ельцин не хотел портить отношения с директором ЦРУ, и ответ его был категоричен:

– Если Доллара в России нет, то и Вам здесь делать больше нечего, у меня и своих бездельников-полковников хватает, панима-а-аешь.

Больше всех грустила Оксана. Она, не стесняясь, промокнула салфеткой набегавшие слезинки и прижалась к крепкому мужскому плечу Майкла:

– Сокол ты мой ясный, любовь моя ненаглядная, на кого же ты меня здесь оставляешь! И сдалася тебе та проклятая Америка…

В общем, атмосфера за столом царила безрадостная, офицеры потихоньку надирались, Фишман, как мог, успокаивал Оксану.

– Любовь моя, не плачь, не горюй. Я приеду в Америку. Разберусь там с делами и отправлю тебе вызов.

– Мишенька, а вдруг тебя там арестуют и в тюрьму посадят. Я никогда больше тебя не увижу-у-у, – по-бабски всхлипывая, причитала Оксана.

Неожиданно зазвенел спутниковый телефон, который Майкл всегда носил с собой.

– Все отменяется, Майкл, – сказал директор ЦРУ, не здороваясь, – Доллар вернулся в Россию. Спутник только что засек сигнал в аэропорту Пулково в Санкт-Петербурге.