Чтение онлайн

— Я вернулся.

— Вернулся, значит, — отозвался Бёрд, словно неожиданное объявление Старбака было обычным дело. — Мой зять знает, что ты вновь под его командованием?

— Сейчас он об этом узнает. — Старбак смотрел, как Адам шел к палатке своего отца.

— И ты думаешь, генерал одобрит твое возвращение? — засомневался Бёрд. Он писал письмо, и теперь отложил ручку на край ящика с крупами, служившего ему столом.

— Не думаю, что он вышвырнет меня из Легиона.

— Он полон загадок, наш юный Старбак. Что ж, уверен, мистер Траслоу будет рад тебя видеть. По непонятным мне причинам, он, похоже, по тебе скучал в твое отсутствие. — Бёрд взял ручку и макнул перо в чернильницу. — Полагаю, ты слышал новости?

— Какие новости?

— У нас новый главнокомандующий.

— Да? — переспросил Старбак.

— Роберт Ли, — Бёрд пожал плечами, как бы намекая, что вряд ли эта новость заслуживала упоминания.

— Ах вот как.

— Вот именно. Ах вот как. Кажется президент не доверяет Смиту в достаточной мере, чтобы заменить им Джонстона, так что Бубуля Ли, наш пиковый король, снова при деле. Хотя даже пиковый король не может быть хуже Джонстона, а?

— Кто знает. Нам стоит надеяться, что Ли чуть лучше сложившегося о нем мнения.

— Макклелан считает, что Ли недостает моральной силы, — заметил Старбак.

— Ты слышал это из первых уст, не так ли, юный Старбак?

— Да, сэр, так и есть. Макклелан сказал мне об этом на прошлой неделе.

— Отлично, просто прекрасно, а теперь уходи, — Бёрд властно махнул ему рукой. Старбак остановился. — Приятно вернуться назад, сэр.

— Ложись пораньше Старбак, в полночь тебе заступать в дозор. Получишь распоряжения у майора Хинтона.

— Да, сэр.

— И отдай сержанту Траслоу доллар.

— Доллар, сэр?

— Дай ему доллар! Это приказ! — Бёрд сделал паузу. — Рад, что ты вернулся, Нат. А теперь проваливай.

— Да, сэр.

Старбак прошелся вдоль рядов солдат, прислушиваясь к далеким печальным звукам скрипки. Но грустные звуки не трогали его, потому что теперь он снова вернулся в родную ему стихию. Перебежчик был дома.

Десятая рота открыла сезон смертей тремя неделями позже. Джозеф Мей стал первым. Он набирал воду, когда у ручья разорвалась шрапнель. Его новые очки сорвало с лица, одна линза разбилась, другая так густо окрасилась кровью, что стала похожа на алое стекло.

Весь тот день Легион провел в ожидании, пока битва гремела к северу от них. Орудия громыхали от рассвета до заката, но пороховой дым не перемещался, это доказывало, что атака мятежников повстанцев не принудила янки к отступлению.

Но всё же той же ночью, когда битва стихла, армия северян отступила вглубь, к новым позициям на запад. На рассвете было слышно, как они окапываются, и мятежники знали, что им предстоит тяжелая работа, если они хотят отбросить синебрюхих подальше от Ричмонда. В то утро умер Джеймс Блисдейл.

Он вскарабкался на дерево, чтобы достать яиц из гнезда, и снайпер янки прострелил ему затылок. Он умер еще до того, как свалился на землю. Старбак писал его матери, вдове, пытаясь подобрать слова и дать ей понять, что смерть сына была не напрасна.

«Нам всем его будет очень не хватать», — писал Старбак, но это было неправдой. Никто особенно не любил Блисдейла, но и не испытывал к нему неприязни. Град выстрелов оповестил его, что вылазка сержанта Траслоу наткнулась на вражеского снайпера, но Траслоу вернулся расстроенным.

— Сукин сын удрал, — сказал сержант и обернулся в сторону майора Бёрда.

— Совсем слетел с катушек.

Майор Бёрд и правда вел себя намного странней обычного. Он двигался по лагерю странными зигзагообразными движениями, то переступая вперед, то останавливаясь, сомкнув вместе ноги и вытянув вперед руку, прежде чем сделать полный поворот и по новой начать эту странную последовательность движений.

Каждый раз он прерывал свой странный танец, чтобы объявить той или иной группе солдат, чтобы были готовы выступить через полчаса.

— Рехнулся, — повторил Траслоу, после продолжительного наблюдения за странной походкой майора.

— Учусь танцевать, — объявил Старбаку Бёрд, сделав очередной поворот со своей воображаемой партнершей в ободранных руках.

— Зачем? — удивился Старбак.

— Потому что умение танцевать — признак хороших манер в высшем обществе. Мой зять повысил меня до подполковника.

— Отличные новости, Дятел! — от души поздравил его Старбак.

— Я бы сказал, что у него не осталось выбора после того, как Адам отказался в этом участвовать, — Дятел Бёрд, несмотря на свое знаменитое пренебрежение военной иерархией, не скрывал удовольствия.

— Выбора у него не оставалось после того, как все проголосовали за вас, — проворчал Траслоу.

— Проголосовали! Вы полагаете, я обязан своему высокому статусу какой-то там демократии? Более того, охлократии? Я гений, сержант, гений, что кометой взметнулся ввысь сквозь скопление заурядностей! И метафоры я тоже замешиваю хорошо, — Бёрд воззрился на лежащую на коленях Старбака бумагу. — Пишешь метафоры матушке Блисдейл, Нат?

— Всякую чепуху, Дятел, как обычно.

— Напиши что-нибудь новенькое. Например, что ее сынуля окутан славой, что он освободился от цепей земных и теперь музицирует в небесном хоре, что он счастлив в лоне Авраамовом.

Саре Блисдейл нравится подобная чушь, дура дурой. Полчаса, Старбак. Потом мы выступаем, — Бёрд, пританцовывая, удалился, вертясь с невидимым партнером по усеянному коровьим навозом полю, где по звездным небом ночевал Легион.

Генерал Ли, выпрямившись, сидел верхом на серой лошади у дороги, по которой маршировал Легион. Окруженный своими штабистами, он касался шляпы, приветствуя каждую проходящую мимо роту.

— Мы должны отбросить их, — доверительным тоном обращался он к каждой роте. Периодически он заговаривал с Вашингтоном Фалконером, но беседы выходили короткими и натянутыми.

— Гоните их, ребята, гоните! — повторил Ли, на этот раз обращаясь к роте, маршировавшей прямо перед подразделением Старбака. Когда же генерал снова обернулся к Фалконеру, он с недоумением обнаружил, что бригадный генерал исчез.

— Надавите на них, Фалконер! — крикнул Ли ему вслед, удивленный неожиданным отбытием генерала.

Кого не удивило внезапное исчезновение Фалконера, так это легионеров. Они уже заметили, с какой старательностью их генерал избегает одиннадцатую роту. Он обедал с офицерами всех остальных полков своей бригады, но упорно игнорировал Легион, опасаясь, что таким образом признает присутствие Старбака.