Чтение онлайн

– Да, сэр.

– Никакого спиртного, Поттер, пока ты под моим командованием.

Дверь снова с грохотом захлопнулась, с такой силой, что весь дом, казалось, затрясся, а потом Старбак выдохнул и нырнул в кожаное кресло, стоящее у заваленного бумагами письменного стола. Во что он впутался, черт возьми? Он испытал искушение покончить с обманом немедленно, разве что из него можно было извлечь кой-какую пользу. Он был уверен, что если бы назвался майором Старбакам, то ничего бы не узнал, потому что Холборроу позаботился бы о том, чтобы прикрыть дефекты в подготовке и амуниции штрафного батальона, а презираемый всеми лейтенант Поттер явно был человеком, от которого нет нужды скрываться. А кроме того, подумал Старбак, теперь он не видел красивого способа раскрыть обман. Лучше изображать болвана и проследить за проделками Холборроу, а потом он может вернуться в город и найти Бельведера Дилейни, который позаботится о том, чтобы Старбак прекрасно провел время в теплой постели в следующие несколько ночей.

Он начал просеивать горы бумаг. Тут были счета за провизию и боеприпасы, срочные письма с требованием подписать счета и вернуть в соответствующий департамент. Тут были гроссбухи, списки и дополнения к спискам, перечни заключенных из военных тюрем Ричмонда. Не все солдаты штрафного батальона были из Желтоногих, по меньшей мере пятую часть набрали из тюрем, добавив к трусам закваску из мошенников. Под перечнем заключенных Старбак обнаружил адресованное майору Эдварду Мейтленду письмо из ричмондского арсенала, где признавалось, что Специальный батальон должен быть экипирован винтовками, и предлагалось вернуть двадцать ящиков ружей. В тоне письма сквозило недовольство, которое предполагало, что Мейтленд использовал свое влияние, чтобы заменить паршивые ружья современным оружием, и Старбак вздохнул, поняв, что ему снова придется вступить за этой в бой. Он отложил письмо в сторону, а под ним обнаружил пожелтевшее письмо, адресованное Чарльзу Холборроу и подписанное преподобным Симеоном Поттером из Декатура, штат Джорджия. Старбак склонился над ним, читая.

Преподобный Поттер, как оказалось, служил капелланом в тюремном ведомстве штата Джорджия и написал своему старому знакомому, и похоже, именно знакомому, а не другу, Чарльзу Холборроу, с просьбой помочь со старшим сыном Мэтью. Почерк письма с четкими линиями темных чернил с неизбежностью напомнил Старбаку почерк собственного отца. В письме говорилось, что Мэтью являлся жалким подобием своей покойной матери, позором семьи и постыдным провалом христианского воспитания. Несмотря на обучение в лучших заведениях юга и окончание медицинской школы в Саванне, Мэтью Поттер пошел по скользкой дорожке.

"Его сгубили горячительные напитки, - писал преподобный Поттер, - а теперь, как мы слышали, он женился, вот уж бедная девочка, а впоследствии был изгнан из полка из-за беспробудного пьянства. Я пристроил его помощником у нашего кузена в Миссисипи в надежде, что тяжелый труд послужит его спасению, но вместо того, чтобы исполнить свой долг, он настоял на вступлении в батальон Хардкастла, но даже в качестве военного на него, похоже, нельзя положиться. Мне больно об этом писать, но моля Вас о помощи, я обязан быть чистосердечным, и втройне обязан ради веры своей в Иисуса Христа, коего денно и нощно молю призвать Мэтью к раскаянию. Я вспоминаю об одолжении, которое однажды для Вас сделал, что и Вы, без сомнения, хорошо помните, и в качестве ответной любезности прошу найти должность для сына, который больше не является желанным гостем под моей крышей".

Старбак усмехнулся. Лейтенант Поттер, очевидно, был просто скопищем бед, и Старбак гадал, что за одолжение сделал преподобный Поттер, которое Холборроу счел достаточно ценным, чтобы принять лейтенанта на службу. Это одолжение преподобный Поттер очень тонко подчеркнул в письме, это предполагало, что священник считает долг Холборроу значительным. Письмо заканчивалось такими словами:

"Я считаю, что это пойдет Мэтью на пользу, а его старший офицер хвалил его поведение в сражении при Шайло, но если он не отучится потреблять спиртное, боюсь, что он обречен на вечные муки ада. Моя жена присоединяется ко мне, посылая Вам наши молитвы и просьбы о любезной помощи в этом печальном деле".

В конце письма была приколота записка, очевидно, руки Холборроу: "Буду благодарен, если Вы его наймете".

Значит, Мейтленд согласился, и Старбак размышлял, насколько осязаемы были благодарности Холборроу.

Дверь отворилась, и появился мятежный Люцифер со стаканом лимонада.

– Мне велели принести это, лейтенант Поттер, - язвительно произнес он, подчеркивая фальшивое имя насмешливыми интонациями.

– Тебе здесь не нравится, Люцифер?
– спросил Старбак.

– Он бьет своих людей, - ответил Люцифер, мотнув головой в ту сторону, откуда слышался голос Холборроу.
– Вы же не собираетесь здесь оставаться, да?
– с тревогой спросил он, заметив, с каким комфортом Старбак устроился, положив ноги на край письменного стола майора.

– На некоторое время, - сказал Старбак.
– Полагаю, я больше выясню в шкуре лейтенанта Поттера, чем майора Старбака.

– А что если заявится настоящий мистер Поттер?

Старбак ухмыльнулся.

– Поднимется дьявольская кутерьма, Люцифер.

Люцифер фыркнул.

– Меня он бить не будет!

– Я об этом позабочусь. И мы надолго здесь не задержимся.

– Вы просто безумны, - заявил Люцифер.
– Мне следовало продолжать двигаться на север. Лучше уж выслушивать проповеди в лагере для беглых рабов, чем жить в местечке вроде этого.

Люцифер засопел от отвращения и отправился обратно на кухню, оставив Старбака разбираться с оставшейся грудой бумаг. Ни один из списков батальона не был полным, но похоже, он насчитывал около ста восьмидесяти человек. Капитанов было четверо - Деннисон, Картрайт, Пил и Липпинкотт, а сержантов восемь, один из которых, воинственный Кейз, присоединился к батальону всего месяц назад.

Через полчаса в контору заглянула Салли. Она закрыла за собой дверь и озорно засмеялась.

– Чёрт побери, Нат, и что это вообще значит?

Старбак встал и махнул на беспорядок в комнате.

– Начинаю испытывать сочувствие к лейтенанту Поттеру, кем бы он ни был.

– Ты здесь останешься?
– спросила Салли.

– Может, на одну ночь.

– В таком случае, я прощаюсь с моим дражайшим мужем, а потом полковник отвезет меня в своем экипаже обратно в город, и я уверена, предложит с ним отужинать. Скажу, что слишком устала. Ты уверен, что хочешь остаться?

– Я бы выглядел полным придурком, если бы прямо сейчас рассказал, кто есть на самом деле, - ответил Старбак.
– И вообще, в этих бумагах наверняка можно кое-что нарыть.

– Узнаешь, откуда эта свинья берет деньги, - сказала Салли.
– Это может пригодиться, - она встала на цыпочки и поцеловала его в щеку.
– Приглядывай за капитаном Деннисоном, Нат, он настоящая змея.

– Это тот тип с привлекательным личиком, правильно?

Она скривилась.

– Я подумала, что это сифилис, но ошиблась, потому что он не трясется и не пускает слюни как слабоумный. Может, это просто какая-то кожная болезнь. Надеюсь, что ему больно.

Старбак ухмыльнулся.

– Вымаливал у тебя поцелуй, да?
– предположил он.
– И полагаю, что он хочет чего-то большего, чем просто поцелуй, а?

– Думаю, что да, - поморщилась Салли и дотронулась до щеки Старбака.
– Бывайте, Мэтью Поттер.

– И вам всего хорошего, Эмили Поттер.

Через несколько минут Старбак услышал звон упряжи, когда перед домом остановился экипаж полковника. Послышались прощания, а потом экипаж тронулся.

И Старбак внезапно почувствовал себя одиноким.