Чтение онлайн

— Ну что, готов к самому смешному выступлению в жизни? — проскрипел король.

— Нет — ответил я, имея в виду совсем другое. Я действительно не очень готов к тому, что на самом деле произойдёт.

— Тем лучше. Закрепите его! — скомандовал он людям Мизинцева.

Меня уложили на стол и, немного повозившись для виду, положили на руки цепи.

— Пусть его судьба станет уроком для всех, кто посмеет пойти против воли нашего бога и его избранного! Наша сила в единстве, единстве всего народа и…

Карлик встал с трона и направился к рычагу, а палачи технично потерялись из виду, чтобы король на их фоне не выглядел совсем мелким. Без суеты, гремя цепями, я сел на столешнице, расправил руки и схватил карлика за горло. Он остолбенел от страха, как только я начал подниматься.

— Ваше Высочество, что с вами? Вам плохо? Прилягте, Ваше Высочество! — для надёжности я хорошенько стукнул затылком карлика об доски гильотины — времени фиксировать тело у меня нет. Пинок по рычагу и падающее лезвие разрубает монарха пополам. Пётр Мизинцев бежит быстрее всех, взлетает на помост, но не успевает спасти законного правителя. Я падаю на колени перед разгневанным управляющим дворца и кричу:

— Король умер! Да здравствует король!

— Ты! Предатель! Ты умрёшь вместе с ним! — в руке у Петра кинжал с широким лезвием, как предсказуемо. А ведь мы договаривались…

— У меня твоя корона. — шепчу я ему. Нож замирает в верхней точке замаха.

— Врёшь!

— Или не вру. Рискни, вдруг найдёшь её раньше, чем тебя сожрут.

— Я… Не могу! Не могу опустить руку! — кричит Мизинцев публике.

— Грамматик явил свою волю! Он разбил мои путы и направил мои руки, чтобы я освободил эту страну от тирана! — подыгрываю я затупившему интригану

— Жреца позови, пусть подтвердит — добавляю шёпотом.

— Господин Байл, этот шут говорит правду! — ошибся Пётр с интонацией. — Верховный грамматон клирик, я задал вопрос! Отвечайте!

— Да, да всё так и есть — растерянно произнёс клирик.

— Мы должны как можно точнее истолковать его волю, уединившись для молитвы! — сказал я.

Придворные наблюдали с интересом, но ничего не предпринимали. Байл, Мизинцев и я поспешили внутрь замка. Внезапно, первым заговорил жрец.

— Значит так, долбоёбы. Я безмерно благодарен вам за то, что избавили меня от необходимости подтирать жопу этому недомерку, но давайте вы разберётесь как-нибудь сами? У вас есть уникальный шанс построить светское государство, можете хотя-бы попытаться его не просрать.

— Да клал я хуй на твоего бога! Верни корону и делай что хочешь. — ответил ему Мизинцев.

— Присылай людей, пусть забирают. Всё? У меня так много дел, а ваши дворцовые церемонии такие долгие…

— Нихрена не всё! Этот хуй заявляет, что корона не у тебя, а у него!

— Круто, тогда я тем более пошёл, разбирайтесь сами!

— Сам ты хуй, если что. Но я понимаю твой скептицизм. Давайте спустимся все вместе в подвал, чтобы я мог доказать свои слова.

— Нет, у меня куча дел! — Клирик открыл дверь и тут же оказался заломан в позу «белого лебедя» — руки назад, корпус вперёд и два дюжих стражника по бокам.

— Подождёшь. Веди, Хайзенберг, только без глупостей. Стражников у меня много.

Футляр в подвале обнаружился достаточно быстро, он стоял за тем самым портретом, за которым Ироня пряталась от настоящего шута. Жрец опознал его и был отпущен навстречу своим «невероятно важным» делам, ускоренный пинком под зад от меня. Ненавижу, блядь, жрецов! А Ироня? Впрочем, не время для рефлексии.

— Ну что, теперь веришь?

— Как ты это сделал? Она же была в храме, под охраной!

— Это было не так уж сложно. Кажется, на самом деле Байлу и остальным жрецам на неё было плевать. Вообще, странные дела творятся в вашем храме Грамматика, совсем не похожие на остальные. Ни за что не поверил бы, что жрец сказал «постройте светское государство», если бы не слышал это лично.

— Хайзенберг, а ты в курсе, что работаешь в этом замке почти всю жизнь, и учился у предыдущего шута? Откуда тебе знать, что происходит в заграничных храмах?

— Не, не в курсе. А по поводу связей с внешним миром, я нашёл в его комнате отличный динамик, явно не местного производства.

— А сам Хайзенберг?

— Вторые сутки как мёртв.

— На кого ты работаешь?

— У него много имён. Равные зовут его Андрей, подчинённые — начальник Облачного штаба, суеверные — Тайный князь.

— Значит, это правда, что весь мир пал под натиском тёмной силы?

— Я не рассуждаю о тьме и свете за пределами включения лампочки. Мне он мотивировал захват мира банальной скукой, а интерес к вашей стране у него чисто коллекционерский.

— Это по его указке на нас напали французы?

— Только не надо делать из этого священную войну!

— Но для них это действительно что-то такое. Они ненавидят нашу расу, никто даже не помнит, чтобы было иначе. А если их теперь ведёт сам Тайный князь…

— То можешь не сомневаться в его безразмерной жадности к деньгам. Не знаю как у вас, у людей наделённые властью ни о чём кроме денег не заботятся. А Андрей не позволит французам обратить ваше население в рабство, это выгодно только первые несколько лет.

— Да уж, повезло мне захватить власть за пару месяцев до гибели страны…

— Не надо излишнего драматизма. Ты умён, жесток и расчётлив, Андрей это ценит, не пропадёшь. Ты же не станешь цепляться за пустую веру и патриотизм?

— Нет, но… Как именно он планирует захватить Хобританию?

— Меня послали отключить ту штуку, которой вы завернули армию вторжения. После этого сюда двинутся бесконечные колонны грузовиков со всякими товарами и развлечениями, а ещё приедут люди с деньгами. Через неделю страна будет куплена ими полностью. А мы с тобой можем на этом неплохо заработать!

— Ты предлагаешь мне отдать страну воплощению зла?

— Весь мир так стонет под пятой этого тёмного властелина, что вы ежедневно на эти стоны всей страной дрочите! В тебе сейчас говорит тупая пропаганда, и если я ещё раз услышу что-то про зло, я в тебя выстрелю.

— Так значит, твой хозяин хочет купить мою родину?

— Вот это правильное направление разговора!

***

В приёмной перед тронным залом стояла витрина с красивым ларцом внутри. Никто из собравшихся не знал, что внутри ларца пусто. За прошедшие два дня никого не убили, что для пережившего насильственную смену власти дворца просто феноменально. Одним из первых Мизинцева поддержал комендант гарнизона, которому король отказал в увеличении расходов на оборону. Денег он ещё не просил, а когда попросит — станет большой проблемой. Для наместника, но никак не для меня. Я успел лично побеседовать с каждым из четырёх графов, владеющих землёй с одним городом и несколькими деревнями, так что официальный политический курс страны сюрпризом для них не станет.