Приключения Торпа и Турпа
Шрифт:
— И сейчас живешь, — подсказал было Торп, но призрак глянул на него укоризненно.
— Ты замолчишь, наконец, или нет? — рассерженно воскликнул он.
— Ого! — вновь удивился Торп. — Так ты умеешь говорить по-человечески? Без своих словесных штучек?
— Да, когда сильно рассержусь.
— Ага. Это хорошо. Тогда скажи мне: значит, ты хорошо знаешь эту местность?
В Торпе вновь проснулся сыщик, и он вознамерился решительно допросить призрака, поскольку призраки, как известно, вездесущи. Однако старик, как видно, уже успел успокоиться и вновь принялся за старое:
— О, да! Холм и окрестности оного ведомы мне, ако длань моя, ибо дух мой витал средь сих равнин. И знаю я город новый, и лес окрест его вековой.
— Отлично! — обрадовался Торп. — Так, может быть, скажешь ты мне, что тебе известно об исчезновении крыш в городе?
Старец хитро прищурился и отвечал, не торопясь:
— Что есть — то и будет, что пропало — на месте покоем лежать велено, и по сию пору сует. Однако стоит за этим сила темная, и летит она черным облаком, навевая раздор и рабство вольному городу. Ибо Марс сияющий глядит в глаза наши, и чувствую я, что зло несет он, однако неведомо, какое. И лицо врага нашего неведомо мне, хотя, как по-моему, знал я его в жизни прежней, но он имеет лиц много и скрывается умело, Марсом питаем.
— Да при чем же тут Марс? — недоумевал Торп.
— Марс — есть планета войн и горя, и лишь при его приближении нам, мы, призраки, видимы становимся и силу голоса берем, а значит — жди беды скорой. Ибо всякий призрак — есть предостережение народам сущим.
Теоретические рассуждения не интересовали нашего сыщика, хотя басни, рассказываемые стариком, были небезынтересными. Торп от нетерпения подпрыгнул на месте, и задал следующий вопрос:
— Слушай, старче. Так ты знаешь, кто этим занимается, или нет? Очень интересно ты рассказывал о черной туче, что летает над городом по ночам. Мой друг мне говорил то же самое, да я ему, к сожалению, не поверил.
И Торп, вздохнув, пощупал фонарь под глазом. Тот болел.
— О да! Зрил я то зло в ночи.
— Отлично! — воскликнул Торп, хлопая в ладоши и вытаскивая блокнот и ручку. — Записываю. Кто же занимается этим безобразием?
— Под ноги глянь свои, загляни в бездну и ужаснись, отрок. Ибо силы тьмы совсем близко, и они силу берут. Все, что ни есть в небесах темного, все под земь уходит и сети плетет.
Призрак замолк. Торп был изрядно разочарован таким объяснением, поскольку ничего не понял. В глубине души он надеялся, что старик назовет ему конкретных лиц, которые воруют драгоценный металл, а на деле все обернулось очередной сказкой.
— Да… — задумчиво сказал он. — Из тебя ничего путного не выжмешь. Тебя, к сожалению, можно рассматривать лишь как интересное атмосферное явление.
Призрак обиженно хмыкнул и сказал:
— Воля на то не есть моя, чтобы духи бестелесные загадками объяснялись. На роду так написано им. Мысль же моя помочь тебе жаждет, дабы избавить город от гнета грядущего.
Торп поразмыслил.
— Знаешь, что? Идем-ка к Турпу! Может, он что-то подскажет. Одна голова хорошо, две — лучше!
— Да будет так! — ответил старик и исчез. Торп удивился и даже немного разозлился на него, но в тот же момент призрак возник вновь.
— Дух мой, — объяснил он, — может мгновенно перемещаться в пространстве на многие мили. Я уже был в комнате Турпа и разбудил его.
Турп сидел на диванчике, завернувшись в одеяло, и стучал зубами.
— Знаешь, — закричал он, когда Торп вошел в комнату. — Я видел привидение.
— Не привидение, а призрака, — поправил призрак, бесшумно залетая в дверь.
Когда Турпа познакомили со стариком, тот немного успокоился, и они с Торпом начали придумывать, как бы выведать у старца побольше сведений.
— Слушай, — сказал наконец Турп. — Давай я его разозлю, и он нам все-все расскажет.
— Попробуй, — согласился Торп.
Что-что, а злить людей Турп умел. О начал с того, что отпустил несколько едких замечаний по поводу внешнего вида призрака, продолжил рассуждениями о его умственных способностях, а под конец добавил, что от него жутко воняет. Под градом обвинений призрак из зеленого стал белым, а затем покраснел.
— Ты, осел! — закричал, наконец, он. — Что ты понимаешь в призраках! Призраки не могут вонять!
— Ура! — воскликнул Торп. — Он вновь может говорить нормальным языком. — Старик, скорее говори, где скрывается преступник, ворующий крыши?
— Ничего я вам не скажу, — обиделся призрак. — Нашли дурачка! Повезло вам, что я призрак, а то как дал бы!
— Ну, не тяни, — молил Торп. — А то вновь станешь таким, как был!
— Ладно, — смилостивился старец. — Слушайте. — Под нашим холмом есть небольшая пещера. А в недрах ее живет тот, кого вы так долго ищете. В пещеру ведут два хода. Первый — под обрывом, со стороны леса. Оттуда злодей вылетает на черном воздушном шаре и отправляется в город. Ночью он летит бесшумно, невидимо. Что он делает с крышами — я не знаю.
— А второй? Второй подземный ход? — выкрикнул нетерпеливый Турп.
— Второй ход ведет под наш дом и выходит у конторки кастелянши.
— Как?! Кастелянша — сообщница преступника? — сообразил смекалистый Турп.
— Кастелянша, — продолжал призрак, — вовсе не женщина… Ибо стоит нам бояться волка в овечьей шкуре, поскольку, как толковал я, много личин у врага, и все они безобразны.
— Все понятно, — сказал Торп. — Он опять изъясняется по-своему. А про Кастеляншу он верно заметил — личины безобразней и не сыщешь.
— Ты что, не понял? — закричал Турп. — Он же объяснил, что Кастелянша и есть преступник, только переодетый. Теперь мне все ясно! Она… то есть он, уходит по подземному ходу вглубь холма и там готовит свои черные делишки! Вот почему ее никогда нет на месте, а появляется она в самые неподходящие моменты, и всегда неожиданно. То есть, он.
Призрак молча кивнул, как бы подтверждая слова сыщика.
— Вот так, — сказал Торп, поразмыслив. — Теперь все стало на свои места. Но что он делает с крышами, мне до сих пор непонятно.
— Что есть — то и будет, что пропало — то на месте лежать вольно, — повторил призрак таинственно.
— От него теперь опять никакого проку, — заметил Турп. — А злить его вновь нет времени. Нужно прямо сейчас арестовать Кастеляншу… то есть Кастеляна… то есть. В общем, ты понимаешь.
Сыщики быстро оделись, достали из секретных сейфов пистолеты и осторожно вышли за дверь. В доме было темно и тихо в этот предрассветный час. Друзья осторожно спустились по скрипучей лестнице вниз. Призрак летел за ними.