Чтение онлайн

Неудивительно, что способ общения между людьми на глобальном уровне стал совершенно другим в антропоцене. В 2012 году агентство ООН по связи предсказало, что к 2014 году количество сотовых телефонов превысит количество людей на планете, а 70 % новых абонентов поступит из развивающихся стран; в 2017 году в мире насчитывалось более 10 млрд сетевых мобильных устройств, ежегодно хранящих 130 эксабайт данных. До 2003 года человечество создавало 5 млрд гигабайт цифровой информации. В 2010 году такой же объем информации генерировался каждые два дня; в 2013 году – каждые десять минут. Ожидается, что к 2020 году 5 млрд человек будут иметь доступ к интернету через мобильные устройства – масштабы, о которых правительства и организации не могли и мечтать еще каких-то 20 лет назад {18} .

Этому во многом способствует подключение пользователей из беднейших стран к глобальному диалогу человечества, в котором они могут высказывать свое мнение, преодолевая статусные, географические, кастовые, гендерные и другие ограничения, заложниками которых они традиционно становятся. Человеческий вид в антропоцене – это видоизменившееся сетевое млекопитающее. Благодаря технологиям мы вышли за пределы возможностей не только своего тела, но и своего «муравейника» и превратились в глобальное сообщество. Секрет планетарного господства человека заключается в сотрудничестве представителей одного биологического вида, а технологическая эксплуатация системы коммуникаций, базирующейся на возможностях атмосферы, выводит это сотрудничество на новый уровень. Этот ускоритель человеческого воздействия может использоваться для укрепления наших деструктивных наклонностей или же может оказаться спасением – инструментом, который обеспечит развитие человечества, указывая в режиме реального времени на то воздействие, которое мы оказываем на других людей и остальную биосферу.

Когда Махабир начал преобразования Нанги, он хорошо осознавал те возможности, которые технологии связи способны предоставить удаленным деревням.

Я замечаю нечто необычное – пару деревянных коробок с электроплатами. «Это первые компьютеры, которые я собрал из переработанных старых компьютеров, потому что новые мы себе позволить не могли», – объясняет Махабир. В 1997 году австралийские студенты подарили им четыре компьютера, остальные впоследствии прислали жители США и Европы. Без телефонной линии, возможности оплатить установку спутникового канала связи и в неспокойных условиях страны, охваченной массовыми беспорядками, Махабир понял, что ему придется проявить изобретательность, чтобы в деревне появились средства связи XXI века. В 2001 году он написал в одну из радиопередач BBC World Service и попросил помочь подключить свою деревню к интернету, используя недавно созданную технологию домашней беспроводной связи Wi-Fi. Заинтересовавшиеся слушатели ответили ему электронными письмами с советами и предложениями помощи.

Путешественники-волонтеры со всего мира тайком провозили беспроводное оборудование из США и Великобритании, после того как правительство Непала запретило его импорт и использование во время беспорядков, а подозрительные маоистские повстанцы попытались уничтожить его. К 2003 году, имея в распоряжении все необходимые детали, Махабир подсоединил Нанги к ближайшему соседу, Рамче. Он установил работающую на солнечных батареях ретрансляционную станцию с помощью телевизионных антенн, прикрепленных к высокому дереву на вершине горы, и оттуда послал сигнал на 20 километров до Покхары, которая была связана оптоволоконной связью со столицей Катманду. Так Нанги подключился к интернету.

«Я использовал домашний комплект для подключения Wi-Fi из Америки, радиус покрытия которого, согласно инструкции, не превышал четырех метров, – говорит Махабир. – Я написал в компанию электронное письмо, что мне удалось отправить сигнал на расстояние двадцати двух километров, я надеялся, что они, может быть, безвозмездно отдадут мне какое-нибудь оборудование, однако они мне не поверили».

Одно из преимуществ Wi-Fi заключается в том, что для него не требуется дорогостоящая и ресурсоемкая инфраструктура – не нужно прокладывать километры кабеля и медной проволоки по труднопроходимой местности. Развитие в антропоцене не обязательно должно быть столь же враждебным и агрессивным для природы, как это было раньше. Более 40 других удаленных деревень, расположенных на возвышенностях (60 000 человек), были покрыты сетью и подключены к интернету Махабиром и его многочисленными единомышленниками-энтузиастами, и еще больше деревень ожидает своей очереди. «Теперь у жителей этой деревни появилась возможность общаться с другими деревнями и даже с членами семьи, живущими за границей, через электронные письма и технологию Voice over Internet Protocol, – говорит Махабир. – И они могут разговаривать бесплатно в пределах деревенской сети, используя местную систему VoIP». Тут я понимаю, что Махабир и деревенские дети знакомы с VoIP дольше меня. Учитывая, что у меня всегда был доступ к стационарному телефону, я начала пользоваться VoIP-телефонией, а именно Skype, только несколько лет назад, чтобы дешево звонить за границу, в то время как в деревне эту технологию внедрили уже более 10 лет назад.

Учителя – редкий трудовой ресурс в этой части света, однако детей больше не учат малограмотные солдаты. Наличие Wi-Fi означает, что учитель, работающий здесь или даже в Катманду, может одновременно вести уроки во многих деревнях, отвечать на вопросы учеников, получать и проверять домашнюю работу, имея возможность непосредственного контакта через экран монитора. «Дистанционное обучение» Махабира также позволяет немногочисленным хорошим учителям в регионе заниматься профессиональной подготовкой своих коллег. Он также разрабатывает электронную библиотеку образовательных ресурсов на непальском языке с бесплатным открытым доступом для всех желающих и работает с организацией One-Laptop-One-Child, которая, как он надеется, сможет обеспечить ноутбуками живущих в регионе детей. Благодаря усилиям Махабира целое поколение детей, которое не имело бы возможности получить образование до тех пор, пока страна не подготовит квалифицированные кадры, теперь может учиться и исследовать мир – то, о чем их родители могли только мечтать, и это очень хорошее определение развития.

Но как же Махабиру удается обеспечить питанием систему, находящуюся так далеко от основной энергосети? «Мы установили гидрогенератор в ручье в низовьях деревни», – говорит Махабир. Он хочет поставить еще одну турбину побольше, когда будут средства, чтобы энергия была во всей деревне – на данный момент дорогостоящая энергия предназначена для питания компьютеров и сервера.

Мы начинаем очередной день восхождения к Релейной станции № 1, неся с собой запасные детали для починки сломанного элемента, и приходим еще в одну деревню, подсоединенную Махабиром к сети. Здесь, нелепо возвышаясь среди незатейливых хижин с каменной крышей, расположилась огромная белоснежная спутниковая антенна. «Мы годами пытались провести сюда хоть какую-нибудь телефонную линию, – объясняет Махабир. – Несколько месяцев назад одна общественная организация, специализирующаяся на спутниковой связи и телевидении, прислала нам эту антенну. Конечно, к тому времени у нас уже был беспроводной интернет по сети, поэтому необходимость в антенне отпала. Да и в любом случае, звонить через нее было бы слишком дорого». Жители деревни тем не менее водрузили ее на крышу школы, где она теперь и находится, словно тотем бесполезности. Ни у кого в деревне нет телевизора, а уж тем более электричества, чтобы он мог работать.

Махабир быстро осознал, что у связи есть множество других важных способов применения. За последний год в деревне построили клинику телемедицинских и стоматологических услуг, в которой местные акушерки и медсестры могут напрямую общаться через веб-камеру с докторами из университетской клинической больницы Катманду. Медсестры обучаются репродуктивной медицине, уходу за детьми, оказанию первой помощи при ранах и несчастных случаях, а также азам стоматологии.

С появлением Wi-Fi в регионе также повысился уровень жизни, заводчики яков теперь могут общаться со своими семьями и покупателями, находясь на расстоянии нескольких суток пути, а жители теперь могут заниматься торговлей, продавая все – от буйволов до самодельной бумаги, домашнего варенья и меда. Поиск устойчивого источника дохода – ключ к обеспечению жизнеспособности других проектов социального развития, и Махабир делает ставку на туризм. Многие деревни расположены вдоль живописных, но малопосещаемых пеших туристических маршрутов, проходящих вдоль горного массива Аннапурна, и жители начали рекламную кампанию, предлагая оборудованные места для кемпинга и услуги гидов для туристов. Местные подростки и взрослые хорошо знакомы со здешними маршрутами, и Махабир организует для них подготовительные курсы, на которых дается и элементарное знание английского. А с помощью волонтеров из западных стран деревенские жители общими усилиями построили первый туристический отель чуть ниже Релейной станции № 1, на удаленном участке гористой местности. «Мы сейчас запускаем онлайн-платформу для защищенных операций с кредитными картами, чтобы привлечь больше туристов, что поможет нам выделять деньги на образовательные и медицинские проекты», – говорит мой спутник.

Махабир, революционер-одиночка, лелеет много планов по преобразованию деревни, включая ферму по скрещиванию яков. Скорость потепления здесь, в Гималаях, в пять раз выше средней в мире, что вынуждает разводящих яков крестьян уходить во все более удаленные и опасные места, поскольку эти густошерстые животные не могут жить ниже 3000 метров. Махабир пытается скрестить яков с коровами, чтобы получить надежное вьючное животное, которое было бы выносливым, могло жить на более низких возвышенностях и давало хорошее молоко. «Шестнадцать коров, которых мы привели сюда для скрещивания, съели ирбисы, поэтому нам пришлось тщательнее их охранять», – говорит он.

Крупный рогатый скот жизненно важен для жителей деревни, потому что от него они получают навоз, который можно использовать для удобрения неплодородной горной почвы и выращивать злаки. Однако животным нужно питаться – и более подходящей пищей, нежели злаки.

Пока окрестные деревни вырубали редкие леса и пускали деревья на дрова, лесоматериал и для нужд сельского хозяйства, Махабир реализовал другой новаторский проект – он вырастил большой питомник саженцев, из которого ежегодно высаживает около 15 000 деревьев в Нанги и более 40 000 деревьев в окрестностях. Теперь жители получают древесину для топлива, а скот – пищу. В то время как многие непальцы, живущие в деревнях на взгорьях, испытывают нехватку продовольствия, жители Нанги выглядят упитанными, некоторых учителей даже можно считать полноватыми, что кажется невероятным, учитывая, по какому горному склону им ежедневно приходится взбираться, чтобы добраться из дома до школы.

Пока Махабир дает инструкции парню, который, сидя на верхушке раскачивающегося дерева, пытается совладать с инструментом и починить релейное оборудование, я понимаю, что развитие в этих отдаленных деревнях не обязательно должно останавливаться из-за провальной политики государства. На протяжении большей части голоцена люди, подобные жителям Нанги, были бы социально и экономически ограничены географией своей деревни. Настоящий провидец, обладающий целеустремленностью Махабира, сможет изменить деревни, постепенно объединяя их в единую сеть через атмосферу. Однако какой толчок к быстрому и эффективному развитию Непала был бы дан, если бы оно поддерживалось государственными программами, грамотным управлением и регулируемой частной промышленностью с доступом к рынкам, как это происходит в других частях мира?