Приключения в деревне Дъемон
Шрифт:
– Во-первых не мадам, а мадемуазель, - поправила я молодого человека, во-вторых, в наше время, женщины не прячут глаза при виде мужчин, даже таких симпатичных.
– Хорошо, мадемуазель, - исправился призрак, - не будем с вами спорить, к делу, мне нужна ваша помощь, со мной произошла неприятная история, одна дама, не совсем приятной наружности, портит мне жизнь, в моем собственном жилище.
– Прошу немного подробностей, для начала было бы совсем неплохо представиться, - улыбнулась миловидному приведению, - меня зовут Ирина.
– Граф Михаил Вознесенский, - мужчина подлетел ко мне ближе, делая вид, что целует руку, - мой замок находится в селе Копорье, красивое фундаментальное строение, конечно сейчас полуразрушенное, но все-таки, дает мне крышу над головой, - призрак задумался, - недавно в моих пенатах появилась наглая авантюристка, она не дает мне жизни, в моем же доме, утверждает, что мы должны быть вместе, а мой замок и ее теперь, представляете?
– возмущался граф.
– Так может он ей принадлежал после того, как вы, - хотела сказать, умерли, но сглотнула это слово, вдруг это травмирует мужчину, - как зовут барышню?
– Эту бессовестную леди звать Екатерина Босая, - Михаил скривил губы, - фамилия ей, прямо под стать. Этот замок, наша фамильная ценность, никто другой его не занимал, кроме моих предков Вознесенских.
– Чем она вам мешает, чего можно делить в таком состоянии?
– попыталась понять, чем так недоволен граф, - попробуйте найти с ней общий язык, вдвоем жить веселее.
– В моем состоянии мне необходим покой, - злился Вознесенский, - выгоните эту наглую особу, иначе я у вас поселюсь, - он надул губы, сверля меня красивыми глазами.
– Скажите, вы частушки не поете?
– вспомнила мужа Ольги, который сводил меня с ума своим пением.
– Нет, джентльмены не орут подобные песни, - пояснил граф, - пением, услаждать ваш слух, я не собираюсь.
– Тогда живите, - рассмеялась, - больше меня ничем напугать невозможно, не вижу смысла в вашей просьбе, вам ничего не угрожает, вашим близким тоже.
– Вы сами напросились, - возмущенно раздул ноздри Вознесенский, петь не люблю, но вот декламировать стихи, обожаю, - граф прочистил горло, а затем произнес, - Василий Капнист, Ода на рабство.
– Стойте, вы серьезно, - мой глаз задергался, - я конечно люблю стихи, но только не нужно эту любовь мою к ним убивать, согласна вам помочь.
– Так бы сразу, - подбоченился призрак, - по дороге могу вам почитать, в моем арсенале, довольно огромное количество поэзии нашего века.
– Ольга, - крикнула подругу, она выскочила с кухни, уставясь на нас с призраком, - отправляемся в Ленинградскую область, надо помочь этому господину.
– Какой красавчик, - присвистнула подруга, вытирая руки об фартук, - пару минут, и я освобожусь, - она подмигнула опешившему графу.
Через пятнадцать минут, усевшись в автомобиль, мы рванули в сторону села Копорье, мама отказалась нам составить компанию, аргументируя это тем, что необходимо сходить в лес, набрать лечебных трав на зиму, а еще пришла пора сбора клубники.
Трасса тянулась серой лентой, будто змея. По бокам махали своими ветками белоснежные березы. Возле полей пролетали беркуты, то спускаясь вниз, то снова взмывая в вышину. Граф сидел молча на заднем сидении, терпеливо ожидая нашего приезда.
– Скажите, граф, - взглянула через водительское зеркало на Вознесенского, - чем вас так допекает Екатерина Босая? Она с вашего века или с другого?
– С восемнадцатого, - поморщился Михаил вспомнив даму, - она пытается выжить меня из моего же дома, утверждая то, что я обещал ей жить вместе, в моей резиденции .
– Почему вы не покинули землю, а застряли в замке?
– решила задать мучивший меня давно вопрос, - есть незавершенное дело, может с этим вам помочь?
– Нет, я сам выбрал этот путь, мне нравится жить там, где прожиты лучшие годы моей жизни, - призрак улыбнулся, - мое предназначение, оставаться духом своего чертога.
– Понятно, тогда осталось взглянуть на вашу соседку, - повернула голову в сторону Ольги, спрашивая ее, - хочешь послушать стихи восемнадцатого века, граф любезно почитает их для тебя.
– Это правда?
– Улыбнулась Ольга, поворачивая голову в сторону Михаила, - прочтите, Миша, только, если можно, что-нибудь романтичное.
– Хорошо, тем более я обещал, - граф прочистил горло, произнося, - Анна Бунина, Не ты ли в дом его меня с собой свела, - Вознесенский читал, как будто пел, было приятно слышать его голос, Ольга вздыхала, внимательно наблюдая за мужчиной.
– Спасибо, граф, - поблагодарила Михаила подруга, когда он закончил читать, - готова слушать вас вечно, - она послала Вознесенскому воздушный поцелуй.
Вдалеке показалось нужное нам сооружение. Трудно было назвать его замком, он находился в плачевном состоянии, ума не приложила, как можно из-за него ругаться, еще и делить его. Но ничего не оставалось делать, как вмешаться в это непростое дело.
– Здесь хорошо, - пропела Васильева выходя из машины, - простор, рядом озеро, да и сам дом, великолепен, - на ее слова Вознесенский сразу подобрался.
– Я про это и толкую Ирине, нельзя допустить того, чтобы кто-то посторонний здесь околачивался, - возмущался Михаил.
Посмотрела на графа, покачала головой на его возмущение, а затем пошла к замку, точнее тому, что от него осталось. Внутри все находилось в добротном состоянии, намного лучше, чем снаружи.
– У нас гости, дорогой?
– Послышалось сверху, подняла голову, над потолком летала приятная леди, миниатюрного телосложения, - добрый день, барышни.
– Здравствуйте, Екатерина, - поздоровалась с девушкой, - почему вы здесь, может вам нужна помощь, что-то держит незавершенное здесь?
Граф с Ольгой отправились на экскурсию, Вознесенский показывал убранство здания, а подруга охала и ахала. Босая смотрела с завистью на Васильеву.
– Он держит, - выдохнула она, - я его искала много веков, а когда нашла, он меня не хочет видеть, даже не помнит, - призрак загрустила.
– Может ошибаетесь, вдруг потом окажется, что это ваша ошибка, и этот человек не тот, кого вы так долго искали, - вспомнила слова графа о женщине.
– Мы с ним встретились на балу у графа Подольского, точнее, я служила у этого человека, а граф приехал на торжество, - начала свой рассказ женщина, - он увидел меня в коридоре, а потом добивался практически два дня. Я отдала ему всю себя, свою любовь, эта ночь навеки останется в моем сердце, - барышня покраснела, - я умерла от оспы, не смогла улететь на свет, так как осталась любовь в сердце к Михаилу.