Чтение онлайн

–Ваня, ты теперь догадываешься, кто был в нашем стане врагом? – тихо поинтересовалась я.

Петушков хмыкнул и тяжело вздохнул.

–Как там твой упырь? – почему-то вспомнила я.

–Упыриха, – поправил вурдалак, – она была дамой, нежной и ранимой, а потому жрущей всех подряд, – он помолчал. – Была. С вами, бабами, можно только силой договориться.

Я посмотрела на него и, почувствовав приступ истерического смеха, хихикнула. Виль широко ухмыльнулся, в конце концов, по полу катались три скрюченных от смеха тела.

Виля было решено спрятать здесь же в пансионате, в самом надежном месте – Ваниной комнате. Адепт долго возмущался, вурдалаков он боялся до коликов, и в тайне ждал нападения на него сонного с целью употребления его крови и не только. Он долго и натужно пыхтел, глядя на меня, подавая знаки за спиной у Виля, имея в виду, что если я такая смелая, то и укладывала бы его у себя, скажем, на коврике у двери. В конце концов, жесты свелись к демонстрации способов моего умерщвления, которые заметил изумленный вурдалак. Я разозлилась и выставила их обоих за дверь.

Я не знаю, отчего так получилось, но руки сами потянулись к «Приключениям ведьмы». Сгорая от нетерпения, я листала книгу: «Где, где оно? Вот!»

Черт возьми! Что же это такое делается? Еще пару дней назад я читала о том, что героиню из темницы вытащил Властитель, а сейчас ее практически сожгли. Что же это за книга такая?

Дрожащими руками я быстро перелистнула страницы.

Я с сомнением захлопнула том, посмотрела на кожаную обложку и обомлела. На белой тесненной коже высвечивались неизвестные мне черные буквы. По спине побежали мурашки; это были данийские буквы. Я с ужасом открыла ее заново, страницы оказались пусты – текст исчез сам собой.

«Что это?» – я осторожно переворачивала лист за листом и видела лишь чистые желтоватые страницы.

Буквы стали проявляться неохотно, сначала едва заметно, потом все ярче и ярче, они занимали свои места, сплетались в слова, слова в предложения.

Я шмыгнула носом, осознавая, что от волнения по щекам катятся слезы.

Дракон! Али должен все знать, он просто обязан объяснить мне, что за книгу я обнаружила в маленьком постоялом дворе на пыльной полке. Я сунула том, на котором вновь начерталось «Приключения ведьмы» под кровать, и выскочила в коридор.

К моему изумлению, на коврике в коридоре лежал Ванятка. Удар дверью пришелся ему точно в лоб, и на его побитом в очередной раз челе начала наливаться свежая шишка. От неожиданности он вытаращил глаза и резко сел.

–Вань, ты чего? – протянула я.

–Ничего! – буркнул тот, потирая ушибленный лоб. – Подселила ко мне квартиранта, я глаза боюсь закрыть, думаю, что он отожрет у меня печенку!

–Вань, он цивилизованный перевертыш, к тому же опечатанный. Кажется, – добавила я после короткой паузы.

–Он вурдалак! – промычал Петушков. – А опечатанный или нет, это еще бабка надвое сказала! Вон, какие кренделя у тебя в комнате выделывал! Что-то я не помню, чтобы опечатанные могли трансформироваться! А ты не будешь сегодня больше спать?

–А что? – насторожилась я.

–Можно я у тебя покемарю, – заискивающе посмотрел мне в глаза Ваня, – у тебя все равно бессонница, а мне на коврике вроде как не пристало, я все-таки маг четвертой степени.

Благословив его на счастливый сон на моей кровати, я кинулась через город, к полю, забыв, что можно взять из конюшни лошадку.

Уже наливался красный рассвет, восходящее солнце огромным расплавленным кругом поднималось над Фатией, окрашивая деревья и крыши домов цветом червонного золота. Просыпались первые птицы, оглашая округу разноголосым перезвоном. Я бежала по полю.

–Али! Али! – дракон не появился.

Я насторожилась, может им нельзя появляться на рассвете? И тут я услышала музыку, тихую, чарующую, как будто кто-то далеко играл на флейте, я резко повернулась к источнику звука. Песня лилась от солнца, от облаков, от света. И тут я увидела то, что заставило меня солнцу, и первые косые лучи уже освещали его расставленные руки, высвечивали прекрасные воздушные крылья. Еще секунда, обрывистый вздох, взмах руками – крыльями, и он, оттолкнувшись от земли, полетел вниз, а потом подхваченный потоком прохладного утреннего воздуха воспарил. Он поднимался все выше и выше к солнцу, потом падал камнем вниз, кружил над полем, над горой. Я с восторгом и благоговейным страхом смотрела на Властителя, как он играет с потоками, скользит все выше к облакам, кружит вместе с ястребом.

«Неаполи – вдруг поняла я, и мои глаза расширились от ужаса – Леон Неаполи – Властитель. Но это просто невозможно!»

К Дому Властителей я бежала быстрее любого эльфийского скакуна. Вот еще поворот и будет площадь. Внезапно, от резкой боли в груди подогнулись колени, и я рухнула на дорогу лицом в пыль. Потом нарастающая спираль боли в животе, я согнулась пополам, в глазах потемнело. «Арвиль, – мелькнуло в голове, что-то случилось с Арвилем!» Через секунду боль прошла, но я его больше не чувствовала, его опять не было внутри, моего Властителя. Его убили!

Я вскочила, поминутно спотыкаясь, едва не падая, кинулась к Дому. Рядом с телом убитого охранника, облокотясь на деревянный бок будки, стоял гном

–Пан?! – я воззрилась изумленными глазами на гнома. – Да, как ты посмел явиться сюда наемник?

Я почувствовала накатывающуюся ярость.

–Не ожидала меня увидеть Бабочка? – оскалился он, и только тут я заметила в его руках вытащенный мной из дерева меч.

–Но как?

Гном захохотал, в следующее мгновение кто-то ударил меня по затылку, все потемнело, звуки ушли на второй план, и я упала, потеряв сознание.

«Лучше бы меня сразу прикончили», – подумала я, когда очнулась. Голова раскалывалась, к горлу подступала тошнота, во рту пересохло; я судорожно облизнула потрескавшиеся губы и попыталась открыть глаза.

Взгляд уперся в грязные порты лежащего рядом со мной на холодном земляном полу тела. Я попыталась пошевелиться и сразу поняла, что и руки, и ноги опутывают веревки.

–Проснулась, милая? – услышала я голос Пантелея.

Я с трудом приподняла голову, шею заломило, но кроме грязных носков гномьих сапог ничего увидеть не смогла. Собрав остатки сил, я рывком перевернулась на спину и разглядела вдалеке в круглом решетчатом окошке небо, окрашенное багровым закатом. Мы находились в глубокой яме с длинной лестницей, ведущей на поверхность, но путь к освобождению преграждала решетка.