Чтение онлайн

Нет, это не о том, как муж объелся груш. Эта история, напротив, позитивная и оптимистичная.

Торгую это я книгами на Груше – как обычно. В 2008 году второй раз Груш было две – из-за организаторских разборок. Представители прогрессивного человечества, включая АВП и меня, переехали со старыми оргами на новое место – Федоровские луга.

Воскресенье, последний день нормальной торговли на новом фестивале: это же половинка Груши, вдвое меньше. Спрос не ажиотажный. То ли дожди в этот раз были, то ли еще что, но книг у меня непроданных осталось много. Впрочем, у меня их всегда много остается: я всегда беру с запасом, чтобы всем точно хватило. Подходит интересующийся из Тольятти, задает вопросы, неглупые и нетривиальные. Рассказывает, что недавно целенаправленно скачал из Интернета «Практику вольных путешествий» и самостоятельно съездил автостопом в Казань, а тут такое изобилие литературы. Ну, как обычно.

Только необычно надолго покупатель залип. У меня на точке всегда долго народ тусуется, сидят читают, часто еду приносят и читают за едой, заодно угощая меня. Одна подружка смеялась, что у меня филиал ОГИ (это сеть московских литературных кафе). Но этот покупатель – кстати, его Юрой зовут – застрял на целый день. Пришел не ранним утром, а вот уже вечер. Уходил, может, пару раз ненадолго. И разговоры уже такие философские, и ведь интересные, что нечасто бывает, несмотря на изобилие разных людей.

К вечеру выясняется, что у Юры на стоянке машина, абсолютно пустая, едет он в Тольятти (завтра на работу) и готов организовать в городе вписку. А мне ну совершенно неохота поутру переть здоровый рюкзак в огромную местную гору. Гора такая же, как и на Мастрюковских озерах, только без лестницы. Разумеется, я готова ехать в город. Быстренько собираю палатку, подписываю исторический договор о реализации книг с представителем Украины паном Сапуновым и гружусь.

На хвост мне упал Книжник. Он сидел у меня на торговой точке весь вечер и пел песни. Нас двоих Юра вписал в офисе Центра изучения ушу и цигуна «У Дэ» – это большой многокомнатный подвал со спортзалом и всеми удобствами. Юра там выполнял множество функций, и у него был ключ. Коллегам он представил нас как ушуистов из Москвы – и не сильно погрешил против правды, ибо я тоже плотно занималась ушу и цигуном лет 15 назад.

Мы ухитрились восстановить этих коллег против себя. Книжник загадил вписку в буквальном смысле: почему-то забил унитаз туалетной бумагой и израсходовал весь интернет, а я однажды продефилировала перед публикой без штанов (мои намокли в Волге), и публику это шокировало. Но нас не выгнали, а вставили пистон Юре.

Кроме вписки, гостеприимный Юра организовал нам экскурсии по городу на машине – каждый вечер после работы. Оказалось, в Тольятти куча всего интересного. И в окрестностях тоже – но на высшую точку Жигулевских гор Книжник идти поленился, и мы пошли вдвоем. Ну и, короче…

На следующий день мы с Книжником уехали домой – и так уже задержались. Юра приезжал в гости – автостопом, а потом ездил со мной по фестивалям. Я тоже приезжала в гости. В процессе мы обнаружили редкостную совместимость. И подали заявление в ЗАГС в Тольятти. Там и устроили небольшую, но традиционную церемонию – по провинциальным понятиям жениха для ублажения его родственников. Их, к счастью, собралось немного: мама, сестра и муж сестры. А мои родственники на церемонии не падки.

Юра перебрался жить ко мне в Москву, нашел работу – что собирался сделать еще до знакомства со мной, он нефиговый сисадмин. Женились-то мы по расчету, если кто еще не понял. Он московскую прописку заполучил – не докажет теперь, что не хотел, все ее хотят, понаехали тут, как будто Москва резиновая. А я заполучила машину на Грушу (с товаром) и с Груши (с ништяками). Прошлым летом столько ништяков наменяла на книги по свободным ценам – крупы до конца весны доедали. Ну, и я приобрела полезный навык: жить с человеком вместе долго и не озверевать от этого.

Что будет дальше, никто не знает. Но уж по-любому – будем помирать, будет что вспомнить!

ДВА НОМЕРА

После Груши Юра поработал немного и взял отпуск – со мной общаться. Мы ездили с моими книгами по фестивалям, но не своим ходом, а за компанию с братьями-татарами, которые тоже на фестивалях торгуют всякой всячиной, на их машине вчетвером. На бензин скидывались. Бензин, кстати, однажды внезапно кончился посреди ночи, когда за рулем был Юра, а братцы спали. Юре непривычно было расположение индикатора, он и не заметил. Но Ринат открыл один глаз, достал из багажника полную канистру и закрыл глаз обратно.

По дороге на бардовский фестиваль «Лампушка» в Ленобласти, на лесной дороге перед самым фестом, мы обнаружили номер от машины. У кого-то, видать, отвалился. Взяли с собой, а на месте Ринат поставил найденный номер на бампер над своим – хорошо смотрелось. Сверху питерский номер, снизу татарский. Торговля шла с машины, но никто за утерянным номером не обратился.

Фест кончился, мы собрались обратно. И только проехав два поста ГАИ, Ринат вспомнил, что у его машины два номера! Найденный стоял хорошо, не упал. Куда только эти менты смотрят.

УТРО ВЕЧЕРА МУДРЕНЕЕ

Возвращались мы с Юрой из Ленобласти. Выехали из Питера вечером, думали ночью без пробок ехать. Но как-то лень стало, на колпинском повороте ничего нам не стопилось, и мы решили поспать. Место населенное, но после усердных поисков удалось обнаружить пустырь с бурьяном. Там мы и поставили палатку, в кустах и высокой сухой траве она должна была остаться незамеченной.

И осталась, выспаться удалось прекрасно. А при свете дня мы увидели, что стоим совсем не на пустыре, а на заброшенном дачном участке. И на кустах как раз созрели ягоды! Вполне культурная, крупная смородина, красная и черная, малина и крыжовник.

В общем, в этот день выйти на трассу нам удалось только ближе к вечеру. Сначала паслись на кустах, потом поедали ягоду вместе с завтраком, потом с обедом. Заполнили всю нашу походную посуду, и дома несколько раз сварили компот.

СТЕСНИТЕЛЬНЫЙ ФОТОГРАФ ИЗ «ПЛЕЙБОЯ»

Возвращаясь из Крыма, мы однажды поссорились из-за позиции для голосования, а затем – видимо, для компенсации – застопили двух подряд неординарных драйверов. Первый был православным священником, причем не категорически упертым: он не клеймил как ересь Юрины рассуждения о Боге и Дао и вменяемо участвовал в философской дискуссии. А второй оказался фотографом, работающим на украинский «Плейбой». К сожалению, номеров журнала на языке у него с собой не было. А машина была какой-то понтовой иномаркой.

Едем мы, едем, и вдруг глохнем. Прямо на мосту. Кончился бензин – богема о таких мелочах не помнит. Драйвер в растерянности: у него встреча назначена, а как теперь быть? Мы достаем наши пластиковые бутылки для воды, оглядываемся: под мостом другая дорога, ее ремонтируют работяги. Наверняка у них есть и соляра, и бензин. Но наш драйвер стал как-то кукситься:

– Да ну их, эти рабочие, от них неприятности могут быть…

Юра нашел у него на полу еще бутылок, побольше, и пошел сам к работягам. Но бензина у них не оказалось. Стали мы вдвоем голосовать бутылками, а фотограф с трагическим лицом сидел в машине.