Чтение онлайн

16 июня. Спецрейсом вылетаем в Будапешт. На борту Ту-154 наша небольшая делегация во главе с Алексеем Елисеевым. Кроме нас и наших семей в ее состав входит представитель "Интеркосмоса" Валентин Козырев.

В венгерской столице отличная погода. Яркое летнее солнце придает еще большую праздничность аэропорту Ферихедь, где собрались тысячи будапештцев и приехавшие нас встретить родственники Берталана, его друзья из города Папа. Здание аэропорта украшено венгерскими и советскими государственными флагами, приветственными транспарантами на обоих языках. Множество цветов принесли сюда встречающие. Лишь малую толику этих щедрых даров Венгрии преподнесли пионеры в красных галстуках.

У трапа нас приветствует член Политбюро ЦК ВСРП, секретарь ЦК ВСРП Михай Кором, провожавший нас в полет па Байконуре, министр обороны ВНР Лайогд Цинеге, председатель совета "Интеркосмоса" Венгерской Академии наук Ференц Марта, другие венгерские товарищи.

Из аэропорта кортеж машин устремляется к площади Лайоша Кошута, где на берегу Дуная раскинулось прекрасное здание Парламента.

И здесь, на будапештских улицах, десятки тысяч людей приветствуют нас радостными улыбками, зажатыми в руках советскими и венгерскими флажками, букетами цветов. Нас не покидает чувство приподнятости, глубокого удовлетворения от причастности к этому светлому празднику советского и венгерского народов. В такие минуты, видя бесчисленное множество рук, протянутых к тебе для искреннего рукопожатия, особенно остро ощущаешь благодарность к тем, кто переживал за полет, кто ждал каждой весточки с орбитальных высот.

Тысячи телеграмм, писем продолжают поступать в адрес венгерского совета "Интеркосмоса", посольства СССР, в редакции газет и журналов, на радио и телевидение Венгрии от тружеников заводов и сельскохозяйственных кооперативов, строителей, студентов, школьников. В этих посланиях гордость за достижения науки и промышленности стран социализма, пожелания дальнейших успехов на пути братского сотрудничества. Вот одна из таких телеграмм от работников кооператива в Бойе:

"Результаты космических исследований свидетельствуют о том, что страны социалистического содружества, объединив свои усилия, способны решать самые сложные задачи. Эти задачи успешно решаются сегодня в венгерском городе, где с участием советских специалистов возводится первая в стране атомная электростанция, и еще на многих рубежах братского взаимодействия в труде, науке, культуре".

В новых передачах венгерского телевидения мультипликационный венгерский астронавт Мишка приобрел в эти дни почти символический смысл. Газеты, журналы подробно рассказывают об условиях звездного полета, о невесомости, о развитии космической техники, об экспериментах, проводимых на борту орбитальной станции "Салют-6". За полетом станции следили в Венгрии миллионы людей. Но самая бдительная вахта, пожалуй, у работников станции космической связи в небольшом городке Пенце. Они-то и были первыми в Венгрии, кто узнал об успешной посадке нашего корабля.

На площади Лайоша Кошута особенно многолюдно. Здесь нас встречает первый секретарь ЦК ВСРП Янош Кадар, Председатель Президиума ВНР Пал Лошонци, Председатель Совета Министров ВНР Дьёрдь Лазар и другие представители государственных и общественных организаций страны. Присутствуют также руководители дипломатических представительств, военные и военно-воздушные атташе, работники советского посольства.

От имени нашего экипажа Берталан докладывает Яношу Кадару о выполнении задания в космическом полете. Первый секретарь ЦК ВСРП Янош Кадар тепло поздравляет участников советско-венгерской космической экспедиции, выражает наилучшие пожелания.

С площади мы направляемся в Купольный зал Парламента, где Пал Лошонци вручает нам Золотые Звезды Героев Венгерской Народной Республики, а Бела Мадьяри и Алексею Елисееву - ордена Знамени ВНР, украшенные лавровым венком.

Вечером ЦК ВСРП, Президиум ВНР и Совет Министров устраивают в честь участников полета торжественный ужин в Охотничьем зале Парламента.

...Восемь дней предстояло провести нам в гостеприимной Венгрии, столько же, сколько в космосе - от старта до приземления. Об одном только можно сожалеть, что насыщенная программа поездок не всегда позволяла просто погулять по улицам Будапешта, полюбоваться четкой геометрией Токайской горы, где растет виноград - основа всемирно известных вин, побродить с ружьем по образцовым охотничьим уголкам.

На следующий день после прилета мы посетили Венгерскую Академию наук, затем участвовали в пресс-конференции. Взволновало посещение знаменитого Чепельского металлургического комбината, где устроили нам сердечную встречу. Приветствия, дружеские рукопожатия, торжественный ритуал посвящения в почетные металлурги. Надев защитные шлемы, мы с Берталаном ведем у печей символическую плавку. Кусочек металла от той плавки и поныне находится в моем рабочем кабинете, напоминая о советско-венгерском космическом полете, о празднике дружбы и братства наших двух народов. Каждая встреча на венгерской земле была по-своему неповторимой. В городе Сольноке запомнилась уха, приготовленная генералом Лайошем Цинеге, министром обороны ВИР. Еще па Байконуре, перед стартом, он обещал накормить нас в Венгрии ухой и гуляшом собственного приготовления. И вот сейчас генерал приглашает меня снять пробу с ухи по-тисайски, которую подали на стол в небольших чугунках с подставками. С детства люблю уху, но такое великолепное блюдо отведал впервые. Понятно, почему с таким восторгом рассказывал в космосе Берци об этом национальном блюде.

Характерный аромат ухи вызывает у меня поток воспоминаний с горьким привкусом послевоенной поры, когда мне, мальчишке, пришлось в течение нескольких лет помогать в рыбацкой артели. Время было трудное, многие вязниковские мужики после основной работы вынуждены были заниматься промыслом. Отец, механик в речном пароходстве, и его друг Владимир Майоров заключили договор с рыбхозом на вылов рыбы по ночам. В артель входило трое взрослых и двое мальчишек - я и Майоров-младший. По своим силам мы вдвоем приравнивались к одному взрослому и тянули невод за одну веревку.

Трогательной была встреча в Дьюлахазе - родном селе Берци. На площади перед школой первая учительница Фаркаша, не сдерживая слез радости, приветствовала своего знаменитого теперь ученика.

И все эти дни мы с Берци старались не пропустить ни одного известия о полете наших друзей, с которыми около трех недель назад расстались на околоземной орбите...

...Мы успели побывать на родине Берталана, проехали из конца в конец цветущую Венгрию, а они все еще работали на орбите. Осень сменила лето, опала листва, которую они так и не увидели в том, 1980 году. Только 11 октября, после 185-суточного полета, В. Рюмин и Л. Попов вернулись на Землю. За время этой беспримерной полугодовой вахты космическая лаборатория приняла четыре грузовых корабля "Прогресс" и столько же экспедиций посещения, в том числе три международных - с космонавтами-исследователями из Венгрии, Вьетнама, Кубы. Опыт длительных космических полетов стал важным вкладом в развитие космонавтики, еще одним шагом вперед к будущим межпланетным полетам.

...Помню, один из корреспондентов спросил, хотел бы я участвовать в полете на Марс? "Конечно,- ответил я,- хотя, полагаю, такой полет состоится лет через пятнадцать или еще позже. К тому времени возраст, видимо, уже не позволит быть членом межпланетного экипажа, но надеюсь участвовать в подготовке и проведении такой экспедиции".

В сущности, именно такое участие в ближних и дальних космических рейсах и есть наше главное дело. Каждый космонавт в лучшем случае совершает всего несколько космических полетов, а все последующие годы жизни мы продолжаем активно заниматься космонавтикой в другом амплуа...

"В современной науке нет отрасли, развивающейся столь же стремительно, как космические исследования,- писал в 1961 году академик Сергей Павлович Королев.
– Околосолнечное пространство должно быть освоено и в необходимой мере заселено человечеством. А далее - иные звезды и миры других галактик".

Обратите внимание: датированы эти слова годом гагаринского старта. Но уже в это время в королёвском КБ не просто задумывались о стартах к дальним планетам, а создавали проекты, перебирали схемы кораблей, рассчитывали траектории...