Чтение онлайн

Мысль о бабушке заставляет слова мистера Блэквуда повторяться в моей голове. Меньшее, что я могу сделать, это дать ее внучке какую-нибудь работу. Что она могла для него сделать? Что могло произвести такое неизгладимое впечатление на такого человека, как он?

Пять часов спустя гора вопросов, снедающих меня, на самом деле вызывает головную боль. У меня кружится голова, когда я заканчиваю с пылесосом, и впервые с тех пор, как я здесь работаю, мне нужно сделать пятиминутный перерыв на отдых. Черт, надеюсь, меня снова не тошнит. Это должен был бы быть какой-то рекорд, верно?

Но почему он не отвечает ни на один вопрос? Только на один? У него и бабушки есть кое-что общее — желание держать в секрете свое прошлое, и это сводит меня с ума. Жуткие сообщения, все эти выпивки, его предполагаемые исследования, отсутствие у него семьи или друзей, его загадочные отношения с бабушкой… Это рисует не очень утешительную картину.

Одно дело, когда кто-то оказывается в таком одиночестве из чистой злости, но что-то глубоко внутри подсказывает мне, что в истории мистера Блэквуда есть нечто большее. Что его одиночество было сформировано обстоятельствами, а не вырезано его собственной рукой. Может быть, это моменты печали, которые мелькают в его глазах, или, может быть, мое собственное мрачное прошлое заставляет меня искать сходство с ним. Я не знаю. По какой-то причине я не могу видеть, как он так страдает. Он просто убивает себя.

Нет, хватит. Я решаю прямо здесь и сейчас, что я взрослая женщина, и если мне нужны ответы, я получу их сама. Я медленно поднимаюсь на ноги, делая глубокий вдох, пока не убеждаюсь, что не упаду в обморок от подкрадывающейся ко мне тошноты, и перевожу взгляд на картотеку, спрятанную под кофейным столиком. Бьюсь об заклад, в этом маленьком контейнере полно ответов. Если мистер Блэквуд откажется говорить со мной, мне придется изучить другие варианты, верно?

Всего один взгляд. Один крошечный, крошечный взгляд.

Я делаю шаг к столу. Затем еще один. Я протягиваю руку вперед, моя рука всего в нескольких дюймах от бумаг — ах, черт. Кого я обманываю? Я не могу этого сделать. Не могу переступить эту черту. Очевидно, мне нужно отрастить яйца.

Между тем, есть еще один вариант, который приходит на ум.

Из-за моей растущей усталости дорога домой занимает больше времени, чем обычно. По дороге я получаю сообщение от Бобби, которое заставляет меня смеяться, и это приятно. Несколько дней назад он случайно прислал мне случайную фотографию своей обуви, поэтому я отправила ему фотографию дверной ручки. Так родилась традиция. Вчера нашей темой были окна, а сегодня, по-видимому, тротуары. Я улыбаюсь и убираю телефон обратно в карман, делая мысленную пометку написать ему позже.

Мои ноги дрожат к тому времени, как я открываю входную дверь гостиницы.

— Боже мой, Лу. С тобой все в порядке?

Судя по приветствию Клэр, я сейчас выгляжу фантастически.

— Да, я в порядке. Все не так плохо, как кажется, — лгу я, облокачиваясь на ее стол для поддержки. — Мне было интересно… Твоя мама знает здесь все обо всем, верно?

Она смеется.

— Да, это то, что она любит нам рассказывать. Почему? В чем дело?

— Я надеялась, что смогу поговорить с ней? Это насчет мистера Блэквуда.

— О, нет. — Ее лицо мгновенно вытягивается, светлые брови хмурятся. — До меня доходили слухи, но я стараюсь к ним не прислушиваться. Он действительно так плох, как говорят?

— Нет, нет, дело не в этом. С ним все в порядке. Я просто… у меня есть несколько вопросов.

— Конечно. Ну, ты сама это сказала — моя мама лучший человек для этой работы. На самом деле, она, вероятно, сейчас дома, если ты хочешь… — Ее слова замолкают, когда она морщит нос. — Эм, ну, может быть, тебе стоит подождать до завтра? После того, как немного отдохнешь?

Я стону, с каждой секундой меня все больше подташнивает.

— Да, наверное, хорошая идея. Где я смогу найти ее завтра?

— Она помогает с подготовкой к фестивалю выходного дня. Это прямо на Кларк-стрит.

— Отлично. Спасибо, Клэр.

— Да, в любое время. Надеюсь, тебе скоро станет лучше. — Она одаривает меня теплой улыбкой.

— Я тоже.

Как только я начинаю подниматься по лестнице, я слышу ее голос позади меня:

— И обязательно позвони на стойку регистрации, если тебе что-нибудь понадобится! Может быть, Пол поделится некоторыми из своих… лекарственных трав… с тобой.

Я не могу удержаться от смеха над этим, и я слышу, как ее собственное хихиканье затихает позади меня, когда я медленно поднимаюсь по ступенькам. К тому времени, как я достигаю своего верхнего уровня, клянусь, коридор вращается. Пол ходит ходуном под моими ногами, и я впечатлена, что добралась так далеко, пока вожусь со своим ключом. Мне едва удается закрыть за собой дверь, прежде чем я направляюсь прямо к кровати, готовая рухнуть. Вот только я не могу перестать раскачиваться. Или комната не перестанет двигаться, одно из двух. Почти на месте. Осталось всего несколько шагов.

Черт, здесь жарко. Или холодно? Я вообще иду дальше? Мое зрение сужается, очертания моей кровати постепенно теряют форму. Нет, нет, здесь определенно тепло. Я знаю этот жар. Его тепло. Оно здесь. Позади меня. Нет, передо мной? Мои глаза щурятся, пытаясь зацепиться за что-нибудь твердое, но все сливается воедино… кровать, диванчик, тумбочка. Я не могу заставить их перестать вращаться.

— Ч — алло? — Я заикаюсь. Мой голос звучит как чей-то другой. Далекий, приглушенный шум. — Ты здесь?

Секундой позже еще одна волна тепла окатывает меня с головы до ног. Тяжелое одеяло накрывает мое тело. Он здесь. Он должен быть здесь. Я чувствую его. Верно?

Господи, я больше не знаю, что реально, а что у меня в голове.

Моя шея, кожа головы, плечи, пальцы ног — этот жар, он повсюду, горячее дыхание касается каждого дюйма моего тела. Но что-то, что-то не так. Я не могу точно определить это. Каждая секунда его контакта со мной — это также момент отсутствия, каждый удар тепла, смешанного со льдом. Как будто теплое одеяло, в которое я была завернута, проткнуто, и острые сосульки пронзают его до тех пор, пока я, наконец, не начинаю ломаться и дрожать.

Затуманенное пятно в моем зрении усиливается, заволакивает тьма, и мои кости нестерпимо болят. Я теряю силы с каждой секундой, теряю любую часть себя, которая кажется прочной. Мои колени подгибаются, уходя из-под меня. Я должна была бы упасть, но не могу сказать, падаю ли я. Я не чувствую никаких мышц, поддерживающих меня, даже моя шея превратилась в кашицу, и теперь все, что я вижу, — это кромешная тьма.

Каким-то образом я знаю, что больше не стою в своей комнате.

Что со мной происходит?