Чтение онлайн

Урс проник в дом только ему известным способом, - в том, что он обладает поразительной смекалкой, Гретхен уже давно убедилась. Беззвучной черной тенью передвигался он по дому, отыскивая запах хозяина. Людей в доме было не так много, что облегчило Урсу его задачу, к тому же большинство было рядом с умирающим Базеном. А потом пес услышал тихий свист - Ларт был уверен, что собака окажется где-то поблизости, и время от времени чуть слышно подавал ему знак. Дальше было совсем просто. Ларта заперли в чулане, превращенном в темницу, в которой едва можно было повернуться. Никакому силачу не под силу было бы выбить толстую окованную железными полосами дверь, поэтому снаружи к двери никого не приставили. И было у этой двери еще одно уязвимое место - щеколда запиралась железным штырем, Урс не очень долго возился с ним.

Лошадь, раздобытая Лартом, уносила их прочь от городка, считанные часы назад казавшегося таким желанным, но так внезапно превратившемся в западню. Было новолуние, и только звезды холодно и равнодушно перемигивались высоко вверху, им было абсолютно безразлично, что темнота не только не бежит от их света, но как будто еще больше сгущается вокруг них. Гретхен не понимала, каким образом Ларт знает, куда ехать, как определяет дорогу в этой черноте. Она все еще была сплошной нерв, вздрагивала от крика ночной птицы, вскидывалась от любого шороха - она боялась погони. Ларт молчал, не говорил ей ни слова утешения. Но стоило ей испуганно встрепенуться, и рука его успокаивающим жестом ложилась ей на плечо, прижимала, заслоняла от опасности. И не нужны были слова, чтобы понять невысказанное.

Постепенно Гретхен успокоилась, вверившись Ларту безоговорочно, положившись на его спокойную уверенность. Она пригрелась в одеяле, которое Ларт тоже где-то раздобыл и закутал в него Гретхен, и даже задремала. Однако не прошло и получаса, как она проснулась от смутного ощущения несчастья. Это было мучительно, когда Гретхен уже знала, в чем оно заключается, но отчаянно отстраняла от себя это знание. Она еще надеялась, что все обойдется. Но как тщательно она не старалась себя контролировать, Ларт вскоре почувствовал что-то, обеспокоено спросил:

– Гретхен?

И уже не в силах больше сдерживаться, она всхлипнула, проговорила вздрагивающим, бессильным голосом:

– Пожалуйста, остановитесь... Я не могу больше...

Он отстранил ее, бледное лицо выделялось белым пятном.

– Боже! Я оставил ваше лекарство!

– Ничего... Я же обходилась без него...
– Гретхен нашла силы утешить его.
– О, Ларт, Ларт... дайте мне вашу руку!
– она прикусила губку, чтобы не выпустить больше слов жалобы. Но руки ее против воли стискивали ладонь Ларта все сильнее.

Она еще не совсем потеряла себя, но боль наступала, захватывала в свой плен, и Гретхен боялась, что забудет все, и превратится в скулящее от боли животное. Гретхен смутно осознавала, что уже не сидит на спине лошади, а лежит на траве, но когда Ларт снял ее, она не знала - действительность исчезала, становилась размытой, нечеткой, ненастоящей, и Гретхен все более перемещалась в другую реальность, наполненную одной только пронзительной, разрывающей болью.

– Больно!..
– всхлипнула она.
– Почему так больно?!

Гретхен через силу распахнула глаза и увидела темный перевернутый силуэт, склонившийся над ней. Она поняла, что голова ее лежит на коленях у Ларта, руки его зарываются в ее волосы, по странной траектории гладят виски, затылок. Пальцы то становятся твердыми, жесткими, давят больно, но сейчас же будто извиняются за причиненную короткую боль - ласкают тихо и нежно. Гретхен снова закрыла глаза и прерывающимся голосом взмолилась к нему:

– Сделай так, чтобы это ушло! Пожалуйста! Пожалуйста!

Она попыталась расслабиться, но это не получилось - руки дрожали от напряжения, пальцы судорожно сжимали жесткие стебли, секунды тянулись, превратившись в вечность. И вдруг Гретхен заметила, что дыхание уже не срывается, она может дышать глубоко, спокойнее и ровнее, что руки ее бессильно лежат на траве, и во всем теле такая усталость, что более всего ей хочется уснуть. Хотя голова еще болела, однако это была уже не та безумная, оглушающая боль.

– Ларт... Вы чародей...
– не открывая глаз, еле слышно пролепетала она.

– Вам стало лучше, Гретти?

– О, да...
– Гретхен с усилием приоткрыла затуманенные глаза. Через несколько мгновений веки опять опустились, но Гретхен прошептала: - Я безмерно вам благодарна...

Затылок ее лежал в широкой мягкой ладони, как в колыбели, согревался нежным ее теплом. И вопреки всему, что с ними произошло, вопреки боли, сердце Гретхен наполнялось тихой радостью и надеждой. Как нечто постороннее, она ощущала, что снова оказалась на спине лошади. Ларт, поплотнее закутал ее в одеяло, прижал голову к своему плечу:

– Усните, Гретти, ни о чем не тревожьтесь. Все будет хорошо, я клянусь вам.

Рука его касалась волос Гретхен, щеки, и была такой доброй и уютной. Гретхен подумала о чем-то, от чего ей стало очень жаль этого большого, сильного человека... Мысль тотчас ускользнула из полусонного сознания, но пронзительное чувство сострадания осталось, и по носу Гретхен скользнула слезинка... Она еще не закончила своего короткого пути, когда Гретхен уже спала, прижавшись к груди Ларта, и во сне продолжая чувствовать щекой его тепло.

Глава пятнадцатая

в которой Гретхен оказывается

всерьез разобиженной на Ларта

Уже перед рассветом Ларт услышал отдаленный лай собак и направил усталую лошадь в ту сторону. Обогнув заросли бузины, он увидел размытые очертания строений, проступающие из тумана. Лай двух здоровенных псов разбудил хозяина.

Когда Ларт подъехали к дому, тот стоял в дверях, всматривался в приближающийся силуэт.

– Не найдем ли мы в твоем доме приюта, добрый человек?

– А кто вы такие?
– ответил вопросом крестьянин, настороженно всматриваясь в лицо незнакомца со ссадиной на скуле и с темными пятнами на одежде, очень уж похожими на следы крови.

– Просто путники. С лихими людьми встретились.

– Никак женщина?
– фермер перевел взгляд на спящую Гретхен.

– Она больна и к тому же очень устала, ей необходимо пристанище и отдых. Позволь остановиться в твоем доме - я хорошо заплачу.

– Мы не злодеи какие, давай-ка ее мне. Разносолов не обещаю, но голодными не останетесь.

Он привел нежданных гостей в теплый, сонный полумрак своего жилья. Гретхен, немного пришла в себя оттого, что ее передавали из рук в руки, и от голосов. Теперь, едва рассмотрев скамью, тотчас опустилась на нее, привалилась к стене и закрыла глаза.