Чтение онлайн

– Вы собираетесь присутствовать на священных церемониях?

– Я еще не решила, - помедлив, сказала Гретхен. Если она и была не до конца честной с Лартом, то, по сути ответила почти искренне. Гретхен не знала, достанет ли у нее самообладания присутствовать во время ритуалов.

– Безнравственность, дикость, варварство, аморальность - эти понятия приходят вам в голову?

– Ларт, - нервно проговорила Гретхен, - я не понимаю, зачем вам непременно нужно знать моё отношение... Я уважаю вашу религию, традиции, я искренне хочу проникнуться осознанием их смысла и красоты...

– Говорил ли вам Аристо, что ребенок, зачатый этими двумя в ночь праздника, всегда одарен особой Божественной милостью - великим талантом, например?

– Да, говорил.

– И вы полагаете, милость Богов и людей - а в обществе он всю жизнь будет на совершенно особом положении - так все это награда за варварство и безнравственность?

– Ларт... вы стали жестоким...

Он замолчал, потом так же, не произнося ни слова, взял руку Гретхен, склонившись, прижался к ней губами и остался так. Гретхен показалось, что ее парализовало прикосновение его теплых губ. Ларт поднял лицо, и глаза его встретились с глазами Гретхен.

– На Круге Вершителей произнесено ваше имя. Предварительное решение людей Круга - вы достойны высокой миссии.

– Что?..

Ларт молчал.

– И... они послали вас...
– беззвучно прошептала Гретхен.
– Нет, Ларт! Нет! Умоляю, скажите им - нет!

– Вы уверены, Гретхен?

– Да!

– Но только минуту назад вы говорили, что решения Круга безошибочны. И это действительно так. Их семь, Гретхен, если все семеро скажут "да", это будет истинное решение, во всех отношениях.

– Для меня это будет означать...

– ...что вы исполните волю Круга.

– Меня заставят силой?!
– бледнея, проговорила Гретхен.

– О, нет!

– Ларт, а моя воля?.. Вам ли не знать, что есть вещи, которые я не смогу сделать ни при каких условиях. Правда, человека можно лишить всякой воли, превратить в сомнамбулу... Но Ларт... Женщины моего мира испокон веку закованы в незримые цепи, они вросли в наши души, в нашу плоть и кровь - вы это тоже знаете.
– Голос Гретхен вздрагивал.
– Каждый день здесь я должна была в чем-то преодолевать себя, освобождаться от оков звено за звеном. Моя душа стала кровоточащей раной, но я старалась быть прилежной ученицей, и разве вы не видите - я уже иная, не та, которую вы знали! Теперь же от меня требуют, чтобы я разом вырвалась из своих цепей - это выше моих сил. Это больно, смертельно больно. Я знаю, если мою волю захотят сломать, способы найдутся легко... и я сделаю все, что мне велят... Но в таком случае... чего стоят ваши слова о свободе, Ларт? Свободное волеизъявление бабочки, трепещущей на булавке? Вероятно, забавно наблюдать это со стороны...
– со слезами на глазах прошептала Гретхен.

– Не плачьте, Гретти, не нужно, - Ларт встал, успокаивающе провел ладонью по ее волосам.
– Чшш, все, все кончилось.

– Что... кончилось?..

– Вы сказали "нет", значит, ничего не будет. Для окончательного решения необходимо согласие всех семи членов Круга, но предложение отклонят, если против будет хотя бы один.

– Но кто захочет вступиться за меня, Ларт?!
– глядя на него снизу вверх, с отчаянием спросила Гретхен.

– Я.

Гретхен смотрела не понимая, и Ларт сказал:

– Я - один из семи.

– О, нет...
– шевельнулись губы Гретхен.

– Это действительно так, Гретти. Но теперь я должен уйти.

Ошеломленная, она не двинулась с места, когда Ларт направился к выходу. В дверях он обернулся:

– Не страшитесь своего будущего. Моей власти хватит, чтобы защитить маленькую, испуганную женщину, судьба которой мне далеко не безразлична. Он улыбнулся.
– Я скоро приду к вам снова.

Глава двадцать пятая

Аристо приносит еще одну невеселую новость

и поднимает покров над жизнью Ларта

Чуть позже Нааль сообщил, что посыльный принес еще одно письмо. Его Гретхен вскрыла без промедления. Его прислал Аристо и сообщал, что непредвиденные обстоятельства задерживают его, но он придет сразу, как только это будет возможно.

Такое письмо отнюдь не усмирило болезненно возбужденные чувства Гретхен, и стало поводом для нового беспокойства и тщетных попыток угадать, что именно могло так неожиданно вмешаться в намерения Аристо, всегда обязательного в исполнении своих планов. В следующие полчаса Гретхен написала несколько записок, где извинялась и отменяла визиты, которые была намерена нанести сегодня.

Аристо приехал уже после полудня, когда тени повернулись к востоку. Он нашел Гретхен в саду. Задумавшись, она сидела в кресле-качелях в тени большого дерева. Обрадованная, поднялась ему навстречу и не скрывала своих чувств:

– Аристо, наконец-то! Как я рада тебе!

– Все ли благополучно в твоем доме, милая?

– Да, - помедлив, ответила Гретхен.

– Да пребудет так всегда. Но ты бледна и что-то томит твое сердце?

– Утром у меня было неожиданное посещение...

– Я знаю. И оно, я вижу, огорчило тебя. Боюсь, мой визит не поспособствует покою в твоей душе...

– Аристо!
– испуганно проговорила Гретхен.
– И ты тоже?! Погоди, пожалуйста... не спеши.

– Я не спешу, милая Гретхен.

Она покачала головой, сказала виновато:

– Я веду себя глупо... Ведь ничего не изменится от моего нежелания узнать неприятное. Говори, Аристо, что собирался сказать. Это связано с визитом Ларта?

– В известной степени. Я пришел попрощаться с тобой.

– Аристо?!
– жалобно вскрикнула Гретхен.
– Почему ты оставляешь меня?! Неужели я так плоха и нерадива?!

– Ты знаешь, что это не так, дитя мое. И я успел всем сердцем полюбить тебя.

– Так не бросай меня!

Он с улыбкой погладил ее по щеке, и Гретхен опустила голову.

– Сегодня день плохих новостей.

– Не думаю, что они так уж плохи, как тебе представляется. Один из Круга сообщил о своем желании стать твоим эттейри. Надо ли называть его имя?

– Ларт?!

– Ты испугалась? В твоей воле принять его или отказать. Большая честь иметь в эттейри человека Круга, а Ларта - двойная. Но честь и для него. Ты вольна сказать "нет" или "да". Никто не смеет влиять на твое решение.

– Аристо, а ты уверен в моем решении? Ты уже знаешь его?

– Нет, не уверен, потому что достаточно хорошо узнал тебя. Я не знаю, чему ты отдашь предпочтение - горячему чувству и холодному рассудку, и то и другое руководит тобой в равной степени.

– Могу ли я попросить тебя рассказать мне о Ларте?

– В жизни Вершителя есть много...

– Тайного? Но ведь есть и другая часть жизни, открытая, доступная людям? Мне не нужно тайного. Как он жил, Аристо? Чем заслужил такое всеобщее признание? Он ведь еще так молод. Я имею ввиду - для высокого поста члена Круга Семи. Оказывается, я ничего не знаю о Ларте, хотя почти полгода была от него так близко, каждый день лицом к лицу. Но лишь сегодня узнала, что он принадлежит Кругу Вершителей. Почему люди облекли его таким безоговорочным доверием? Почему эттейри Ларт - это двойная честь?