Чтение онлайн

Машина стояла у здания, значит, он на месте. Лезть сейчас в машину было опасно. Лучше было дождаться, пока он выйдет, и как бы случайно столкнуться с ним. Потом попросить, чтобы он подвез меня по «важному делу», и в процессе этого поставить «жучок».

Но мне показалось, что последний вариант еще хуже — главному банщику Воленска могло показаться, что я слишком часто появляюсь на его горизонте. А если машина все-таки с сигнализацией? Что тогда?

О, а как же я забыла про испытанный способ!

Я вышла, подошла со своими ключами к машине Никанорова, и сигнализация сработала. Она запищала так громко, что я даже отскочила немного. Но люди на наших улицах давно привыкли к тому, что машины воют без всякого повода. Поэтому никто не обратил на меня внимания. Никто в машину не вламывался, значит, ничего не случилось.

Я села в свою машину. Через минуту из дверей здания выскочил мужчина и заставил сигнализацию замолчать. Интересно, кто это? Шофер Никанорова? И правда, как-то я не подумала, что у него может быть свой шофер! Хотя… Но почему же тогда машина утром не стояла у подъезда самого Петра Васильевича? Нет, наверное, он просто попросил кого-то из сотрудников сходить проверить, все ли с автомобилем в порядке.

Мужчина с видом знатока обошел несколько раз вокруг машины, постучал ногой по колесам, потом снова включил сигнализацию и скрылся за дверью.

А я у себя в машине включила прослушивающее устройство — теперь ведь я могла знать, о чем идет разговор в кабинете у Никанорова. В общем, мужик пришел к нему и отчитался. Сказал, что все нормально, ложная тревога. Это не вызвало со стороны босса никакой реакции. Видно, такое частенько случалось.

Дальше было тихо — Петр Васильевич находился теперь в кабинете один. Поэтому очень скоро мне стало скучно, и я снова вышла на диверсию. Все повторилось заново.

Снова вышел мужчина. Снова все проверил, постучал по колесам (лучше по голове надо было себе постучать!) и ушел. Я послушала разговор. На этот раз Никаноров забеспокоился или, скорее, даже разозлился.

Я повторила маневр еще несколько раз. В последний раз, когда мужчина уже не стал включать сигнализацию, а просто ушел, я быстро выскочила, медленно и уверенно подошла к никаноровскому автомобилю, спокойно открыла дверцу и одним ловким движением прилепила «жучок» к панели. Потом закрыла дверь и вернулась в свою машину. И успела послушать разговор в кабинете: Петр Васильевич послал сотрудника караулить машину лично, никуда из нее не отлучаясь. И все. Но мне теперь было все равно — свое дело я сделала.

Я закурила и стала размышлять. Если надеяться на то, что Николай еще встретится с Никаноровым и, может быть, заговорит с ним на тему, меня интересующую, то этого можно ждать целый год без уверенности, что когда-нибудь такая встреча произойдет. Значит, беседу нужно спровоцировать. Так будет и быстрее, и надежнее.

На этом я и остановилась. И решила найти Николая и серьезно поговорить с ним.

Для начала я позвонила ему домой по телефону, который мне сообщил Гарик. Но трубку никто не взял. И где теперь искать его? Он может сейчас продолжать мотаться по магазинам, а может где-нибудь сидеть. В любом случае я не знаю мест, где он обычно бывает. Значит, лучше ехать к дому и поджидать его там. По дороге я заскочила на квартиру Макса и немного преобразила свой облик.

С давних пор в моем арсенале имеется замечательный черный парик, изображающий стрижку каре. Я очень его люблю, потому что он мне идет. В нем и мои глаза, и весь мой облик становятся намного выразительнее, особенно если сделать соответствующий макияж.

Так вот сейчас я надела этот парик, накрасилась под него и облачилась в короткую черную куртку и черные обтягивающие штаны. Сапоги на высоких каблуках завершили мое превращение. Думаю, если бы теперь меня увидел даже Максим, то и тот не узнал бы. Я еще и родинку над губой нарисовала. В общем, подготовилась на славу.

А потом поехала к дому Николая. Остановилась в гуще других машин, чтобы не привлекать внимания, и решила терпеливо дожидаться, когда приедет «мой герой».

К счастью, ждать долго не пришлось. Он подъехал и стал выгружать из машины какие-то коробки и пакеты. Вот в этот момент я и подошла, предварительно поставив на «запись» прослушивающее устройство.

— Здравствуйте, — сказала я, — мне надо с вами поговорить.

— Не могу отказать такой красивой девушке, — ответил он, с любопытством в меня всматриваясь. Может, подумал, что мы с ним знакомы, но просто он меня не помнит?

— Давайте у вас в машине. Там и теплее, и никто не услышит, — предложила я.

— Конечно, — Николай распахнул передо мной дверцу своего автомобиля и пригласил сесть. Сам обошел с другой стороны и тоже сел в салон. — Слушаю вас. Вы такая красивая, таким серьезным тоном со мной разговариваете, что мне прямо не по себе.

— А когда услышите, о чем пойдет речь, вам совсем плохо станет, — хитро и обещающе улыбнулась я.

— Мы знакомы? У меня такое ощущение, что я вас где-то видел, — прищурив один глаз, спросил он.

— Конечно. Помните свадьбу в Тарасове? Там еще убийство произошло…

Николай непроизвольно изменился в лице, но сделал вид, что старается вспомнить.

— Нет, мне кажется, вы ошиблись. Я не был в Тарасове на свадьбе.

— Ну как же? Я вас там видела и очень хорошо запомнила. Я была подружкой невесты. А убили типа, который ее шантажировал. Павла Терехова. Неужели вы забыли?

— Вы меня видели? Да говорю вам, нет. Такого быть не может.

— Очень даже может. Кроме того, у меня есть все основания полагать, что убили шантажиста именно вы.

— Я? Вы меня рассмешили, — произнес Николай, но почему-то не засмеялся. — Я не мог никого убить, потому что меня там не было.

— А если подумать?

— Нет.

— Тогда зайдем с другой стороны, — вздохнула я. — У меня в этом городе есть знакомая. И представляете, она жена того самого Терехова.

Николай достал из бардачка сигареты и закурил. Руки его дрожали.

— Так вот, — продолжала я, — Виктория мне сказала, что просила именно вас убить ее мужа, но потом отказалась от заказа. Но вы его все равно выполнили.

— Девушка, я не выполнял никакого заказа. Как, вы говорите, зовут вашу знакомую — Виктория? Знать ничего не знаю, и ничего такого я не делал. И вообще мне непонятно, почему вы так со мной разговариваете. Я что, должен перед вами отчитываться? Вы из милиции? Тогда покажите свое удостоверение.

— К милиции я не имею никакого отношения, — резко заявила я. — Зато я подруга Юли, невесты, которую посадили за убийство, которого она совершить не могла.

— А почему вы так думаете? — Тень облегчения мелькнула на его лице, и голос стал увереннее.