Чтение онлайн

– Люблю все-таки свободный поиск. Никогда заранее не знаешь, на что натолкнет судьба. А эту иномарку, недавно объявленную телефонограммой в розыск, я сразу заметил. Ну что, мужики, может быть, блокируем их и сразу повяжем. Чего тянуть?

– Не спеши! Нам надо ещё выяснить, куда и к кому они едут.

– Тут ты прав: если установим их лежбище, то наверняка, найдем там много интересного.

– Согласен. Смотри, они сворачивают во двор. Проезжай чуть вперед и встань вон у того столба: оттуда весь двор хорошо просматривается. Похоже, их уже ждут мужик и баба. Это, скорее всего, покупатели. Видишь, как тщательно изучают переданные им документы.

– Смотри: один из преступников с чернявыми волосами заходит в подъезд дома. Иван, протопай за ним, попробуй установить, куда он направляется, только не засветись!

Один из сыщиков, сидящих в машине, выбрался из машины и, стараясь не упустить из виду объект наблюдения, ускорил шаг, на ходу прикидывая: «Типичная пятиэтажка без лифта. Это облегчает мою задачу!»

Через несколько минут сыщик вернулся и сообщил:

– Квартира на третьем этаже, слева.

– Это хорошо! А у наших подопечных что-то не сошлось, о цене, похоже, спорят. Надо их брать. Покупателей и грабителя возьмут на себя Толя и Николай. А мы с Иваном поднимемся на третий этаж за вторым соучастником. Давайте, вы первые вступаете в дело, а мы вас подстрахуем.

Убедившись, что угонщик иномарки позволил без сопротивления приковать себя наручниками к «баранке», а покупатели послушно предъявили свои паспорта, двое сыщиков быстро вошли в подъезд. Нажав на кнопку звонка, прислушались к звукам внутри квартиры. Раздались легкие шаги, и кто-то внимательно принялся разглядывать их в «глазок».

Иван нетерпеливо стукнул в дверь:

– Открывай, хозяйка, полиция!

– Я вас не знаю, и потому не впущу.

– Послушайте, девушка, если не хотите идти по делу как соучастница тяжкого преступления, то откройте немедленно.

Люська вопросительно посмотрела на Жура, но тот отрицательно мотнул головой: ему не хотелось верить, что все кончено. И Люська, подчиняясь любовнику, злобно огрызнулась:

– Не открою, пока не придет наш участковый Волин. Его я знаю.

Иван повернулся к напарнику:

– Будем взламывать?

– Незачем. Сейчас позвоню в местный отдел. Пусть пришлют этого Волина.

Снизу поднялся на подкрепление высокий сыщик и доложил:

– Там во дворе все в порядке. Задержанный парень сразу во всем признался, а покупатели оказались вполне добропорядочными людьми. Им эти отморозки врали, что хотят продать принадлежащую им машину. Но те, увидев, что иномарка оформлена на чужое имя, испугались и от сделки отказались.

– Это хорошо. А здесь кого мы пасем?

– Угонщик назвал своего подельника Жура. Говорит, что именно он вырубил того фирмача в подъезде.

Сыщики говорили нарочито громко, зная, что каждое их слово слышит затаившийся внутри квартиры бандит.

И руководитель группы приказал:

– Ты, Иван, поднимись на несколько ступенек вверх и блокируй чердак. Я же встану сбоку у стеночки. А то этот Жур, судя по всему чудик отчаянный, того гляди глупость какую-нибудь выкинет. Рисковать не станем, стрелять будем без предупреждения.

Жур с тоской прислушался к приготовлениям снаружи: «Идти на прорыв бесполезно. Если даже вырублю того, что стоит у дверей, другой мент пристрелит меня без раздумий».

Он с тоской посмотрел на встревоженное лицо Люськи. Сейчас она ему казалась самой красивой бабой в жизни. Ранее неоднократно судимый он хорошо знал, что долгие годы не увидит соблазнительно пухлых женских плеч, розовеющих из-под узких полосок домашнего сарафана. И отбрасывая от себя ненужные сомнения, резко отвернулся и тоскливо выкрикнул:

– Эй, начальник, сдаюсь. Я – чист и выхожу без оружия. Пусть твои ребята с испугу не пальнут.

– Давай, Жур, не торгуйся! Ты нам нужен живым: что толку в тебе мертвом без признательных показаний. Да, и прокуратура затаскает на допросы. Выходи!

Дверь приоткрылась, и Жур с поднятыми руками медленно с опаской протиснулся на лестничную площадку. На его запястья надели наручники и повели вниз по улице. Когда Жура вели по двору, он с тоской посмотрел на угнанную у коммерсанта иномарку: «Не вышло! А жаль: не успели погулять с шиком. Обидно, что менты так ловко сработали!»

А сыщики, везущие задержанных ими преступников, не испытывали радостного подъёма. Для них это была рядовая повседневная работа по очищению города от криминала.

Тройная проверка

Иномарка с латвийскими номерами въехала в город. Находящиеся в ней сыщики, выдающие себя по легенде за оптовых покупателей взрывчатки, сразу заметили преследующие их «Ладу». Буров мрачно шутил:

– Вот мы из охотников и превратились на время в дичь.

Возглавляющий операцию Фролов философски заметил:

– А ты ждал иного? Ребята нам противостоят серьезные, и проверять будут досконально. Для начала покружи по городу и расспроси, где находится памятник их знаменитому земляку. Пусть братки убедятся, что мы впервые в их городе.

Внезапно с оглушительным ревом им преградила путь полицейская патрульная машина и заставила прижаться к обочине. Фролов шепотом предупредил:

– Стопорнули без всякого нарушения явно для проверки. Думают, мы дурнее их и засветим полицейские ксивы. Сунь в права купюру. Будем действовать по их понятиям.

Подкупленный братвой сотрудник ГИБДД вел себя с намеренной агрессией:

– Вы на перекрестке проехали на красный свет. Наверняка, у себя в Латвии правила соблюдаете, а в России не считаете это обязательным! Предъявите документы.

Фролов с удовлетворением наблюдал, как тщательно сержант проверяет наличие виз в паспортах. Убедившись, что с документами все в порядке, ловким движением переправил в карман подсунутую двадцатидолларовую купюру и разрешил ехать дальше. Фролов облегченно вздохнул:

– Первую проверку мы прошли. Прибавь скорость, а то опоздаем на встречу.

Их уже ждали. Держась как можно непринужденнее, сыщики начали торг. Уже сойдясь в цене, предложили предоставить предварительно образец опасного товара. Продавцы тоже предпочитали не спешить и пообещали передать на пробу триста грамм взрывчатки на следующее утро.

Направляясь к центральной гостинице, Фролов проанализировал ситуацию: «Они будут отслеживать, войдем ли мы в контакт с местными операми или нет. А мы до утра затаимся. Пусть братки успокоятся».