Чтение онлайн

— Ты же сам говорил, что хорошая драка лучше, чем злая дружба.

— Это я про вас говорил, про людей, а не про себя.

— Да с чего ты взял, что я буду с тобой драться?! — засмеялся я, — ты же мне друг. Он сразу успокоился и снова залез в кресло.

— Правильно, я твой лучший друг, разве может девчонка быть твоим другом, пусть она даже шутить умеет здорово?

— Друг, а булочки мне не принес!

— Ой! Я тебе нес, только ты меня сбил с толка, и я забыл, — он в раздумье перестал жевать, не зная что делать с оставшимся кусочком, — а хочешь, дам тебе половинку? — великодушно предложил он.

— Да не надо, — засмеялся я, выходя из каюты, — наверное там что-нибудь осталось.

— Не понял, да или не надо?

— Сам кушай.

— А хочешь, я принесу тебе бананы, — он старался пристроиться к моему шагу, заглядывая мне в лицо, — я…, я ведь знаю, что ты их любишь, только скрываешь это.

Иногда Дирли становился невыносим, но ничего не поделаешь, надо терпеть. Не дождавшись ответа, он махнул лапкой и заковылял по коридору.

Алеся я нашел в каюте управления, он сидел у пульта и задумчиво смотрел на сверкающие за обзорным экраном звезды. Я присел рядом.

— Рассказывай — сказал я решительно, как будто мы только что закончили разговор.

— Что?

— Сам знаешь. Алесь как-то сразу притих.

— Ничего я не знаю.

— Зато я знаю, — я хлопнул ладошкой по подлокотнику, — вся эта свихнувшаяся цивилизация готовится напасть на землян.

— Так уж и вся?! Так уж и напасть?!

— Да, но хуже всего, что и ты об этом знаешь, и молчишь.

— А что я могу сделать?!

— Надо срочно лететь на Землю и сообщить об этом Объединенный Союз. Алесь горько усмехнулся.

— Ты думаешь, я не пытался?! Я же для этого и полетел к вам, на Землю. Меня просто выгоняли отовсюду и смеялись. Может это правильно, что они проучат эту «старушку». Я чуть не задохнулся от такого предложения.

— Да ты знаешь кто после этого?! Зря я с тобой связался, без тебя разберусь… Высади нас у ближайшей планеты.

— Ну что ты сердишься?! — пытался остановить меня Алесь, — ты просто не представляешь, какие силы стоят за всем этим, нас просто раздавят!

Я отвернулся, просто не хотелось обсуждать. Надо что-то делать, на Алеся не было никакой надежды. Тот виновато опустив голову и смотрел в пол.

Дирли пробежав по коридору, остановился у двери, в руках он держал небольшую кучку игрушек. Увидев нас, притихших, он осторожно вошел в каюту. Высыпав игрушки на пол, он с недоумением и настороженностью подошел ко мне.

— Все будет хорошо, — попытался успокоить он, погладив мою коленку, — ну подеритесь и померитесь. Алесь повернулся ко мне с виноватым видом.

— Ну, извини, я и правду не знаю, что делать, я уже все перепробовал, разве что Вечный Странник нам только сможет помочь.

— Что? Какой Странник?

— Да это космическая байка. Я что-то слышал об этом, и мне всегда хотелось узнать о нем что-нибудь.

— А ты знаешь эту историю?

— Ага! Хочешь услышать?

— Валяй! Пока время терпит, — я устроился поудобнее, что-что, а космические байки я любил.

— Я плохо рассказываю, я включу лучше аудио, — Алесь нажал несколько клавиш и…

Вечный Странник

Темнота! Настолько густая темнота, что кажется, её можно потрогать на вязкость, на тягучесть. Кажется что время и расстояние здесь, в этом мире, в этой Пустоте без конца и края не существуют, но всё это относительно, надо просто мчаться вперед, там, где-то там есть то, что он ищет. Он ищет давно, и … находит, каждый раз находит пустышку. Иногда ему казалось, что время остановилось в повторении, замкнулось на временную петлю. И тогда он отчаивался, осознавая, что Он — исключительное явление в природе.

А может быть, здесь ему повезет?! Там, впереди, в чернильной темноте появился смутный проблеск — вселенная. Он заторопился к этому огоньку, как мотылёк летит на огонь, так и он мчался на этот смутный светлячок-вселенную, она, разрастаясь, заполняла всё пространство многоцветным сверканием звёзд. Он счастливо вздохнул, это была Его вселенная, созданная когда-то им самим, но покинутая!

Он путешествовал давно, и везде одно и тоже — кризис Поля, взрыв, родивший новую вселенную разбрасывает в разные стороны ошмётки, пыль и сгустки первичной энергии, которые, превратившись в простейшие элементы, разлетаются во все стороны, заплетаясь в сверкающий хоровод галактик, вспучиваясь плазменными шарами одиночных звездных систем. Третьи, не «разродившись» звездами, так и остались сплошным облаком энергии, сгустком туманностей, газовыми облаками. А эхо первичного взрыва, реликтовое излучение, потом так и мечется как бешенный по вселенной.

Он много раз встречал это. Даже мог с большой точностью определить, в какой из туманностей, или звездных систем зарождается жизнь, а в какой уже угасает. И, каждый раз у Него теплилась надежда, а вдруг…!

Он не вмешивался в дела цивилизаций, если жизнь затухает, значит так ей и суждено быть, все равно, рано или поздно все приходят к этому.

Одно время, когда еще был запал, Он попробовал вмешаться, спасти мир от угасания, но разве можно спасти существо, которое само не хочет жить, сколько не мучайся, но конец один, смерть или коллапс, что не лучше. Нет, все-таки есть исключение, это — Он!

Всё помнил Он, и рождение первых ростков разума на своей планете, суровую борьбу за существование, за выживание с параллельными ветвями таких же существ, как и Он. На первых порах надо было успеть уничтожить конкурентов, еще многое осталось у них от звериного, но прежде чем уничтожить, надо было забрать все знания, зачатки новых технологий, и правила взаимоотношений в обществе себе подобных, перенятые от прежних конкурентов и открытые ими самими. Он познал правило, которое пронес на всю оставшуюся жизнь, — «Возьми все, что можешь». Если уничтожил и взял то, что у тебя не было, то ты вырос, поднялся ещё на одну ступень развития.

Сколько раз Он стоял на краю смерти, когда уже не было сил подняться, казалось что ты уже побежден, вот он, за скалой, последний судья и палач, и время отсчитывает секунды для рокового удара, но Он находил в себе силы приподняться, уползти в расщелину и… выжить.

Это было самое тяжёлое время, потом стало легче, последние остатки чужого племени, племени Большеголовых уже не сражались, а пытались выжить, прячась по пещерам, но Он уже не трогал их, они сами вымирали, заканчивая долгий путь в миллион лет, путь побед и поражений. Он лишь пытался успеть забрать у них те знания, которые им уже не понадобятся, они уже не спасутся. Даже если бы он хотел, то не смог бы им помочь.

И пришла первая жалость, когда последний, дряхлый от старости Большеголовый, с трудом пришел к Его огню и долго сидел в отдалении, не обращая внимания на лай диких собак, бывших друзей и помощников, теперь же переметнувшихся к победителю. Его натужный кашель изредка доносился до костра. Его не прогоняли, но и не приглашали, да он и сам бы не подошел, сохраняя гордость предыдущих поколений, когда-то могущественных и непобедимых.

Его молчаливое присутствие, было как прощание с миром, в котором ему не нашлось места, он как бы передавал эстафету Ему.