Чтение онлайн

– Дадут ли мне когда-нибудь покой? Что еще случилось?

– Простите меня, ваше высочество, но... Полог откинулся, и внутрь вошла женщина с холодными и дерзкими темными глазами, на новую встречу с которой Ролстра никак не рассчитывал. Она коротко поклонилась и насмешливо произнесла:

– Поздоровайся со мной, отец. Я вернулась.
– Она подняла руки, и принц увидел на ее пальцах три кольца фарадима.

За ее спиной стояли сбитые с толку охранники. Ролстра жестом велел им и оруженосцу убраться из шатра.

– Неужели вы думаете, что дочь явилась к отцу, чтобы убить его? Пошли вон! Оставьте меня с принцессой наедине.

Пандсала села, не спросив разрешения, и зябко обхватила себя руками.

– Спасибо за титул, отец. Благодаря этому и моим кольцам твои люди станут повиноваться мне.

– С какой стати? Она засмеялась.

– Клянусь Богом Бурь, как ты думаешь, весело мне было прожить шесть лет бок о бок с леди Андраде? Можешь вывернуть меня наизнанку, на что ты мастер, можешь даже убить меня... Все равно это будет лучше, чем то, что я вынесла.

Принц смотрел на нее молча, не скрывая своих подозрений. Наконец он произнес:

– Годы не украсили тебя, Пандсала. Видно, Андраде и ее благочестивое окружение отнеслись к тебе не лучше, чем я. У меня нет причин доверять тебе, Пандсала. Но ты ведь и не ждешь этого, не правда ли? Тогда чего ты хочешь?

– Свободы. И положения твоей дочери и принцессы. Я могу быть полезной тебе, отец, и ты знаешь это.
– Она улыбнулась.
– Ты тоже стареешь. Седые волосы, полнота, морщины... До сих пор тратишь силы на то, чтобы родить сына, или решил, что после твоей смерти принцами станут ублюдки Янте?
– Пандсала расхохоталась и продолжила: - Принцы! О Богиня, это просто смешно! Они растащат твои земли по частям! Янте может рожать и выкармливать только подлецов!

– Это наша с ней фамильная черта, - холодно заметил Ролстра.
– Я дал твоей младшей сестре имя, которое надо было дать тебе... Сначала ты предала меня, а затем Андраде.

– Ты прав, я вовсе не ждала от тебя доверия. Но я могу быть полезной, отец. А ты никогда не был глупцом.

Некоторое время они смотрели друг на друга: Ролстра что-то подсчитывал, а Пандсала держалась с уверенностью человека, которому нечего терять.

– Очень хорошо, - наконец произнес он.
– Служи мне. Но можешь верить: если ты предашь меня еще раз, годы, проведенные у Андраде, покажутся тебе раем по сравнению с тем, что случится с тобой.

– Вот в этом, отец, я никогда не сомневалась.
– Она снова засмеялась и лениво потянулась.
– Могу я разделить с тобой завтрак? Путешествие оказалось более долгим, чем я рассчитывала. Мне казалось, что от того места, где я оставила Андраде, Уриваля и Чиану, до Сира намного ближе.

Ролстра вздрогнул и тут же заметил довольную улыбку Пандсалы. Но не успел он и рта раскрыть, как в шатер вбежал страж, торопливо отдал честь и, задыхаясь, произнес:

– Простите, ваше высочество, прибыл гонец, который требует, чтобы его немедленно приняли!

Ролстра приподнялся, а затем снова опустился в кресло и бросил острый взгляд на дочь.

– Выйди. Я скоро позову тебя.

Она приподняла брови, но безропотно подчинилась. Ролстра махнул рукой, и гонца провели в шатер. Когда человек изложил переданную на словах новость, Ролстра послал за Пандсалой и встретил ее у шатра, стоя на солнце.

– Я действительно собираюсь использовать тебя, моя дорогая, - сказал он. Но чтобы согласиться на это, мне нужно подвергнуть тебя маленькому испытанию. Докажи мне, стоишь ли ты своих колец. Найди Рохана.

– Но я всего лишь ученица, а не полностью обученный фарадим!

Он испытал злорадное удовольствие, впервые увидев в глазах дочери страх.

– Тогда обучайся побыстрее. Я должен знать, где Рохан. Сделай это, Пандсала... или узнаешь, что такое мой гнев.
– Ролстра улыбался, но взгляд его остался угрожающим.

Пандсала с трудом проглотила слюну, затем обратилась лицом к солнечному свету и закрыла глаза. Видя, что она задрожала, принц подивился, почему из всех дочерей Лалланте дар был только у нее. Ах, если бы это была Янте...

Наконец Пандсала вздохнула и широко открыла глаза.

– Я видела их! Рохан, принцесса-фарадам... и драконы в Пустыне... Я видела их!

Ролстра довольно кивнул: дочь выдержала проверку.

– Отлично.

– Но я не понимаю!: - воскликнула она.
– Почему Янте отпустила их?

– У нее были на то свои причины. Личного свойства.
– Так ты знал об этом?

– - Мне рассказал об этом только что прибывший гонец.
– Он повел Пандсалу в шатер и налил две чаши вина.
– Ночью, накануне того, как она отпустила их, на холмах были зажжены костры. Это сообщение передали по цепочке через Вереш в замок Крэг, а там ожидал корабль под парусами. Спуститься по Фаолейну намного быстрее, чем посылать конного курьера.

– Но войска лорда Чейналя стоят выше нас...

– Верно. Поэтому остаток пути пришлось проехать верхом. И теперь я знаю то, чего не знает лорд Чейналь.

Мысль о том, что кое-что знают только они с Янте, заставила Ролстру улыбнуться. Пока не придет время, это будет их тайной. Его, Янте... и Рохана.

Пандсала сделала глоток вина... и вдруг побелела, с ужасом глядя на чашу. Ролстра чуть не лопнул со смеху.

– Вот это да! Ты решила, что там дранат? Не будь дурой, Пандсала! У меня и времени-то не было, чтобы добавить в вино наркотик!
– Он взял у нее из рук чашу и выпил, хохоча во все горло.

Пандсала успокоилась, но в глазах ее еще стоял страх. Ролстра наслаждался этим, зная, что теперь дочь не сможет ни пить, ни есть, пока не преодолеет оцепенение, в которое она впала при одной мысли о дранате. Постоянная неуверенность заставит ее быть честной. Впрочем, он все равно не собирается доверять ей.

– Итак, каждый из нас справился с первым испытанием, - довольно сказал он.
– Я не стал пользоваться дранатом, чтобы сломить твою волю, а ты с помощью солнечного луча подтвердила то, что я уже знал.
– Он поднял чашу.
– Выпьем за взаимное доверие, моя дорогая?

Полуденное солнце пекло непокрытую голову и спину Рохана. Он знал, что вскоре придется остановиться и найти укрытие от страшного зноя. Утро прошло в полной тишине. Они проехали мимо опустевшего гарнизона у стен Феруче и углубились в Пустыню, пытаясь держаться поближе к холмам, где еще оставалось немного тени. Он специально ехал впереди, чтобы не смотреть на Сьонед, и был благодарен жене за то, что она дала ему такую возможность.

Обычно он выезжал в Пустыню, когда был озабочен или чем-то расстроен. Красота этой земли утешала принца. Там, где другие видели только пустоту, он видел свободу. Безбрежные золотые пески и бесконечное небо добавляли ему уверенности в себе и в том, что ответы на все вопросы будут непременно найдены; надо только поискать хорошенько, как ищут воду в Пустыне. Здесь не было границ ни его землям, ни его мечтам. Можно было свободно думать... чувствовать... жить.