Чтение онлайн

И надо сказать, у меня были основания для подобных размышлений. Вообще я не то что не умею управляться с лошадьми, но езжу на них довольно редко и не испытываю к ним особой привязанности. Конечно, у меня никогда не было такого коня, как Джулианов Моргенштерн, или отцова Звездочка, или Глемдэннинг — конь Бенедикта, — они настолько же превосходили обычных лошадей сроком жизни, силой и выносливостью, насколько Амбериты по всем этим параметрам были выше обитателей большинства Отражений.

Я посмотрел по сторонам в надежде обнаружить законного владельца, но вокруг никого не было видно.

— Мерлин! — услышал я голос Люка, но не стал откликаться. Вместо этого я двинулся вперед, стараясь ступать как можно тише — мне не хотелось, чтобы он нашел меня здесь. — С тобой все в порядке?

А я просто хотел привести в порядок эту лошадь — с ней обязательно надо было что-нибудь сделать, прежде чем мои спутники ее увидят.

Но тут я обнаружил, что не могу оторвать глаз от этого совершенно очаровательного животного — с ног до головы оно было в черную и оранжевую полоску, точно тигр. Этим оно немного напоминало Глемдэннинга — черного цвета, с красной гривой и хвостом. Я не знаю, на каком Отражении Бенедикт его нашел, но это место, безусловно, заслуживало существования.

Я сделал еще шаг вперед.

— Мерль! Случилось что-то?

Мне не хотелось кричать в ответ, чтобы не испугать бедное животное. Я протянул руку и погладил его по шее.

— Все хорошо, — сказал я ему. — Ты мне нравишься. Сейчас я тебя отвяжу, и мы будем друзьями, о'кей?

Одной рукой я принялся распутывать поводья, а другой продолжал гладить его шею и плечи. Когда он наконец освободился, то не стал вырываться и убегать, но вместо этого, казалось, начал внимательно изучать меня.

— Пошли, — сказал я, наматывая поводья на руку. — Вот сюда.

Я повел его за собой, продолжая разговаривать с ним, и когда мы уже были почти у самой дороги, обнаружил, что действительно успел к нему привязаться. Выйдя из зарослей, я едва не наткнулся на Люка с обнаженной шпагой в руке.

— Господи! — воскликнул он. — Теперь я понимаю, почему тебя так долго не было! Ты, должно быть, раскрашивал этого конягу!

— Что, здорово получилось, а?

— Отлично! Если ты надумаешь его продавать, я могу предложить хорошую цену.

— Не думаю, что захочу с ним расставаться.

— Как ты его назовешь?

— Тигр, — незамедлительно ответил я и уселся на него верхом.

Мы направились к дороге, и я заметил, что даже на лице Далта появилось что-то вроде одобрения, когда он увидел моего коня. Нэйда протянула руку и погладила его черно-оранжевую гриву.

— Теперь мы сможем успеть вовремя, — сказала она, — если поспешим.

Я тронул поводья и завел Тигра на дорогу. Я предвидел возможные варианты его реакции, припомнив кстати и то, что рассказывал мой отец о влиянии подобных дорог на поведение животных. Но Тигр оставался спокойным, так что я тоже смог вздохнуть свободно и расслабиться.

— Вовремя для чего? — спросил я у Нэйды, когда мы двинулись вперед в нашем прежнем порядке: Люк впереди, Далт следом за ним справа, Нэйда слева, я справа от нее и немного позади.

— Точно я не знаю, — отвечала она, — потому что Корал все еще в бессознательном состоянии. Однако я чувствую, что она не движется дальше, и отсюда можно заключить, что те, кто ее похитил, остановились в башне, о которой я уже говорила — там, где наша дорога расширяется.

— Вот как? — спросил я. — Тебе, может быть, удается даже определить коэффициент расширения, исходя из величины расстояния, которое мы уже прошли?

— У меня обширные познания, — сказала она, улыбаясь. — Забыл?

Она внезапно отвернулась, искоса бросив взгляд в сторону Люка. Он по-прежнему ехал впереди нас, глядя на дорогу, хотя иногда оборачивался к нам.

— Ах, чтоб тебе, — тихо сказала Нэйда по-английски. — Сейчас, когда я снова с вами обоими, я вспоминаю колледж. Еще немного, и я заговорю…

— По-английски, — закончил я.

— А что, я сказала это по-английски?

— Да.

— Вот черт. Придумай что-нибудь, если я снова проговорюсь, ладно?

— Хорошо, — сказал я. — Но, кажется, у тебя сохранились приятные воспоминания о времени, проведенном на Отражении Земля, несмотря на то, что ты находилась там не по своей воле, а выполняла принудительную работу, которую моя мать тебе поручила. К тому же, вряд ли найдется еще одна ти'га с дипломом Калифорнийского университета.

— Да, это было прекрасное время. Единственное, что меня беспокоило — я никак не могла разобраться, кто из вас есть кто. В остальном — я провела в колледже самые счастливые дни в моей жизни, встречаясь с Люком и с тобой. Я пыталась узнать у вас имена ваших матерей, чтобы выяснить, кого же все-таки мне поручено защищать, но вы оба такие скрытные…

— По-моему, это у нас в генах, — заметил я. — Я также получал удовольствие от общения с Виантой Бейль — и высоко ценю твою защиту и в других случаях.

— Я ужасно переживала, когда Люк начал свои ежегодные покушения на твою жизнь. Если он был сыном Дары, который нуждался в моей защите, он бы вряд ли стал это делать. Но так было. К тому времени я уже очень привязалась к вам обоим, но все, что я знала — это то, что вы оба Амберской крови. Я не хотела причинять вреда ни одному из вас. Самое ужасное для меня началось, когда вы почти одновременно уехали — я была уверена, что Люк собирается заманить тебя в горы Нью-Мехико, чтобы там наконец убить. Тогда я уже подозревала, что именно тебя должна защищать, но еще не была до конца уверена. Я любила Люка. Я вселилась в тело Дэна Мартинеса, взяла с собой пистолет и последовала за ним. Я знала, что, если он действительно попытается тебя убить, то заклятие, наложенное твоей матерью, заставит меня помешать ему любой ценой — даже если для этого мне придется в него выстрелить.

— Но ведь ты выстрелила первой! Мы в тот момент просто стояли на обочине дороги и разговаривали. Его выстрел был сделан в целях самозащиты.

— Я знаю. Но что-то говорило мне, что ты подвергаешься опасности. Он привел тебя в такое место, которое было идеальным для…

— Нет, — перебил я. — Ты нарочно промахнулась, чтобы сделаться мишенью для ответного удара.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Вместо того, чтобы стрелять в Люка, ты предпочла создать такую ситуацию, при которой он был вынужден стрелять в тебя.

— Но я не могла этого сделать! Заклятье твоей матери…

— Может быть, ты это сделала бессознательно. Возможно, нечто, более сильное, чем заклятие, заставило тебя так действовать.

— Ты действительно так думаешь?

— Да, и тебе тоже следует это признать, теперь, когда ты свободна от заклятия. Моя мать говорила мне об этом, и, кажется, ты тоже.

Она кивнула.

— Я не знаю точно, когда и как это произошло, но я почувствовала это, — хотя я по-прежнему готова защитить тебя, если тебе будет угрожать опасность. Я так рада, что вы с Люком стали друзьями, и…