Чтение онлайн

– Ты, получается, знал, что мне достанется от Кирилла, но всё равно помог Ждановой.

Он застывает на месте. А затем следуют ругательства, от которых у меня вянут уши. Игнатьев сам себя кроет матом.

– Лиза стерва. Зачем вообще связался с ней?

Он не плохой. Просто Жданова заморочила ему мозги.

– Я видел сообщения, написанные Некрасовым. Он признавался Лизе в любви и просил её подождать, пока порвёт с тобой. Там такая страстная переписка.
– Игнатьев садится на бордюр.
– Якобы тебя держит рядом из-за своего папочки. Помогает с предвыборной кампанией. На, вот.
– протягивает свой телефон.

Диктует мне пароль блокировки.

– Она прислала скрины переписки. Жданова не могла его видеть с тобой, очень ревновала. Попросила помочь. А ещё сказала, что ей по-женски жаль тебя.

– И ты купился?
– опускаюсь рядом с ним.

– Мне главное, чтобы тебя не обманывали.

– Ты пешка в её игре.

Читаю переписку Некрасова и Лизы. От некоторых смс у меня лицо краснеет, а от других больно режет в груди.

– Перекинешь мне эти скрины?

– Зачем?

– Хочу показать Кириллу. Он меня оскорблял и орал на весь кафетерий, что я такая же гадина как все девки, а сам.
– слеза скатывается по щеке.

– Эй, только не плачь.
– сразу убирает капельку с моего лица.

Он так искренне волнуется за меня.

– Прости, пожалуйста!
– умоляет он.
– Хочешь на колени встану?

– Нет!
– улыбаюсь сквозь слёзы.

– Я дурак! Побей меня.
– берёт мою руку и бьёт себя по голове.
– Впервые за кого-то переживаю. Когда увидел их переписку, и узнал, что он тебя использует, решил помочь блондинистой стерве. Мы понимали, что Некрасов не будет терпеть наше с тобой общение за его спиной и прекратит ваши отношения.

Отбираю руку обратно.

– Похоже мы оба для них просто пешки.

Ян отправляет мне скрины.

– Знаю, что мэр помог с оплатой операции твоего отца. Я верну ему эти деньги, и ты ничем не будешь обязана их семье.

– Ни в коем случае. Даже и не думай.

– Тогда помогу с работой. Через несколько месяцев у тебя уже будет нужная сумма. Не отказывайся сразу. Подумай.

Киваю, а он расплывается в такой широкой и светлой улыбке, что на сердце становится теплее.

Не могу на него злиться. Несмотря на то, что его отец - министр, он простой и без заморочек. Совершенно не высокомерен.

– Можно я провожу тебя?

– Но только до ворот.

– Ок!

Он встаёт и протягивает мне руку. Но я поднимаюсь сама.

– Ох, Даша, Даша!
– качает головой.

Мы приходим к колледжу.

– Можно, я иногда буду тебе писать?

– Угу!

– Тогда, до встречи!

– Пока.
– машу ему рукой.

Он подмигивает мне и садится в машину. Иду к себе, совсем позабыв, что небезопасно мне ходить одной. Неожиданно кто-то хватает меня и заталкивает в пустую аудиторию. Следует щелчок закрывающегося замка.

Стук моего сердца отдаётся в горле.

Я не разворачиваюсь к двери. Душа знает, кто там. Она чувствует ЕГО. Не шевелюсь, не дышу. Грудь сжало тисками. Уверена, что вот-вот большие руки лягут на мои плечи. И в следующий миг холодные ладони действительно опускаются на них.

Я вздрагиваю, но по-прежнему не поворачиваюсь. Боюсь взглянуть в эти чёрные бездонные глаза. Мне известна причина того, зачем мы здесь. ЯН ИГНАТЬЕВ. Кирилл видел нас сто процентов.

Сжимаю в руках свой телефон. Это придаёт смелости. Есть чем ткнуть в красивое наглое лицо. Пусть почитает скриншоты со своей перепиской.

Но он не спешит ругаться и что-то предъявлять. Его твёрдая грудь упирается в мою спину. Почему мы просто стоим и молчим? Никто не нападает, не кричит.

Я слышу тяжёлое дыхание, которое полностью соответствует моему. С чего начать? Как показать холодность, когда рядом с ним она тает словно лёд в огне?

Кирилл сам разворачивает меня к себе, но я не поднимаю головы.

– Взгляни на меня! Покажи свои бессовестные глаза.
– приказывает Некрасов.

Это заставляет меня взять себя в руки. Вскидываю подбородок и гляжу так злобно, как только могу.

– Нет, это я хочу взглянуть в твои бессовестные глаза.

Сжатая челюсть парня говорит о его гневе, но мне всё равно. Снимаю блок с экрана, открываю скрины и показываю ему.

– Читай внимательно.
– держусь изо всех сил, чтобы не треснуть его мобильным.

Некрасов забирает телефон и листает переписку снова и снова.

– Видишь фамилию? Или одолжить очки?
– отхожу к окну, оставляя Кирилла в оцепенении.
– И ты ещё посмел мне устроить скандал из-за общения с Яном.

– Я не писал этого.

– Ну да, конечно.
– грустно улыбаюсь, вглядываясь вдаль.
– Как ты там написал? “Мне противна эта нищенка. Самое мерзкое целовать её.”

– Даша, это не моя переписка с Лизой.

– И ты думаешь, я поверю?

Он быстро подходит ко мне и хватает за локоть.

– Взгляни на меня!

– Не хочу. Ты мне омерзителен.

– Взгляни!
– больно сжимает мою руку.

Я поворачиваюсь. И вижу в этих глазах отчаяние. Совсем не то, что ожидала увидеть.

– Никогда подобного не писал.

– Неужели?

– Поверь мне.

– А ты мне поверил?

Некрасов отпускает руку.

– Стал слушать, когда просила?
– начала наступать.
– Позволил объяснить?
– толкаю его в грудь.
– Ты устроил скандал и снова натравил на меня своих дружков. Взгляни!

Убираю волосы, чтобы видел красноту, оставшуюся после горячего кофе.

– Нравится? Доволен?
– смеюсь, похоже у меня начинается истерика.
– Нет, ты был неудовлетворен и потому попросил что-то подсыпать мне в еду. И я весь день пролежала под капельницей.

Он позволяет бить его по груди. Кулаки уже болят, но я не останавливаюсь.

– Прости!

– Не прощу!
– кричу, сквозь рвущиеся наружу слёзы.
– Я тебя ненавижу!

Он неожиданно крепко обнимает меня.

– Я не просил никого, ни о чём.

– Врёшь!
– пытаюсь вырваться.

Его сообщения, отправленные Лизе, причиняют боль. Каждое слово ножом в сердце. Я, как мазохист, вновь и вновь их прокручиваю в голове, чтобы не сдаться, чтобы не поддаться Некрасову.

Слёзы стекают по лицу и капают ему на рубашку, оставляя маленькие мокрые пятнышки.