Чтение онлайн

Мне пришло в голову, что на самом деле мы только поверхностно соприкоснулись с обитателями этого дикого края. Ведь, по большому счёту, мы едем на небольшом расстоянии вдоль границы. А что находится там, южнее? Сколько таких племён, таборов или караванов кочуют по неизведанным просторам этой части планеты?

Я столько раз слышал о цивилизации кочевников, но, признаюсь вам честно, даже сейчас, увидев их вблизи, так и не представляю, как они живут. И, похоже, цивилизованные марсиане тоже. Вальтер как-то в дороге мельком сказал, что там, где они живут, горы, одни только горы. Климат там более суров, особенно зимой, а летом в этих широтах настоящее пекло. Несмотря на то, что основные залежи льда на планете сосредоточены в районе полюсов, местные жители испытывают серьёзный недостаток в воде, так как добывать лёд шахтным способом он не научились. Насколько трудна там жизнь? Не поэтому ли они так агрессивны? Может быть те, с кем нам довелось познакомиться самые гостеприимные и контактные из них? Я усмехнулся.

Почему человек становится злее, когда усложняется жизнь или ему приходится бороться за выживание? Откуда берётся эта агрессия и почему происходит не наоборот? Ведь есть же примеры, когда в суровых условиях люди наоборот стараются друг другу помочь. Взять тех же полярников или монахов. Мне кажется, большинство так не смогло бы. Может быть, это удел избранных? Интересно, каким бы стал я, попади я в такие условия, в которых живут эти бедогали? Сумел бы я обойтись без того, к чему так привык? Ведь здесь нет ни изобилия, ни комфорта. Как бы мог я, типичный продукт эпохи потребления выжить здесь? Не знаю. Ведь я привык к тому, что все ресурсы Земли предоставлены мне для использования, и я пользуюсь ими на всю катушку. Ведь я венец творения. Царь природы! Поэтому я никогда не задумываюсь над тем, сколько я ем, а сколько выбрасываю. Ношу я одежду год или месяц. Принимаю душ пять минут или полчаса. Я клиент! Мне всё можно. Я плачу, в конце концов. Задумываюсь ли я когда-нибудь о том, что когда-то это изобилие закончится? Нет. Я очень занятой человек. У меня хватает своих проблем, а в минуты, когда я не занят, я хочу отдохнуть, расслабиться. Выплеснуть энергию, наконец. Так что мне некогда об этом думать.

А здесь? Мне кажется, я понял, марсиане относятся ко всему, что даёт природа, как к дару. Теперь мне понятно, почему они так наслаждаются едой и почему всегда до последней крошки всё съедают и до последней капли выпивают. А как они благодарят за еду! С чувством, с признательностью. Даже официантов. Теперь становится понятно, почему в парках садовники так бережно протирают каждый листочек на деревьях, а прохожие, оказываясь рядом с растениями, обязательно невзначай проводят рукой по ветвям. А что им ещё остаётся? Ведь они знают, что такое не иметь этого. Подсознательно представляют, я думаю, что такое жить, как племя одноглазого Шебру, где даже капля мочи идёт в дело.

Конечно, нам их не понять. Мы привыкли всё мерить деньгами. Поэтому для нас дерево – это такое-то количество денежных знаков за кубометр древесины, вода в озере – тоже какое-то количество денег, но уже за литр. Земля считается погектарно, но естественно, тоже в деньгах. И если мы рассматриваем эти объекты с точки зрения эстетики, то только в переложении на свою потребность в отдыхе и получение удовольствия от созерцания прекрасного. Что-то вроде бесплатного музея, получается. Природа для нас товар, планета – подрядчик. И, к сожалению, мы совершенно не задумываемся, о том, что всему есть предел…

Солнце опустилось ещё ниже. Теперь его не было видно из-за борта грузовика. Я почувствовал холодок. Ага, что же будет ночью? Через какое-то время мы сделали привал. Быстро перекусили, размялись и опять в путь. Я с Вальтером даже парой слов не успел перекинуться, так как во время трапезы я должен был отойти подальше, чтобы не травмировать своим видом хрупкую психику наших проводников. А после мне уже было не до разговоров. Я жадно уплетал великодушно оставленную мне пищу. Правда, когда мы уже собирались в путь, Вальтер закинул мне в кузов упаковку с бутербродами и одеяло. За что я благодарил его весь остаток пути.

Ночь выдалась звёздная и на редкость холодная. Я закутался в одеяло с головы до пят, но согреться никак не мог. Лежать уже не было сил, а сидеть в одеяле было неудобно. Я растирал себе плечи, потом отжимался, приседал. Ничего не помогало, холод пронизывал до костей. Я собрал все имеющиеся на борту тряпки, сгрёб их в кучу и залез под неё. Через некоторое время я стал согреваться, а потом незаметно заснул.

Проснулся от чувства голода. Приподнялся и поморщился от боли. Вся левая сторона затекла, а спина болела так, будто целая футбольная команда всю ночь молотила по ней своими бутсами. Я выглянул наружу. Вдалеке виднелись какие-то горы. Выглянул за левый борт. Там, наоборот, вместо горных цепей простиралась равнина. Я заподозрил неладное. Должно было быть наоборот, но, быстро найдя на небе солнце, успокоился – едем в ту же сторону. Я пожалел о том, что вчера не оставил на утро бутерброд, желудок настойчиво требовал пищи. Вдобавок было очень холодно. Больше всего замёрзли руки и ноги. Я стал растирать ладони и дышать на них. Закоченевшие руки плохо слушались. Ну, скорей бы приехать! Жаль, неизвестно какое расстояние мы должны были проехать и за сколько времени. Хотя нет, Вальтер ведь говорил, что это займёт день. Мы выехали почти в обед, значит, часов через… я посмотрел на солнце… шесть будем на месте.

Я ещё раз выглянул за борт. Не могу определить, с какой скоростью мы двигаемся. Вроде быстро. Но с какой скоростью? Сколько это, 100 или 60 км/ч? Не понятно. Хочется быстрее, но по такой поверхности особо быстро не поедешь. Дороги-то нет.

Я без удовольствия зевнул. Дул приятный ветерок. Быстрее бы поднималось солнце, может, станет теплее? Я посмотрел на небо. Облачности, наверное, здесь вообще не бывает никогда, не говоря уж о дожде. Я вообще на Марсе ни разу ещё не видел облаков. Так что, то, что я вижу на горизонте, скорее дым, чем облака. А может это смог? Вдруг там город какой-нибудь находится?

Мы замедлили движение и скоро совсем остановились. Из кабины вылез Анубор.

– Доброе утро, – поприветствовал его я.

Он не ответил. Его лицо было озабочено. Или он был недоволен, или просто не выспался? Откуда мне знать. За ним появился Вальтер.

– Ну, что? – спросил он его. – Она?

– Да, – медленно кивнул тот. – Идёт прямо сюда.

– Может рвануть к горам, пока не поздно? – предложил Бааде.

– А толку-то? – из кабины вылез Бибинг. – Всё равно не успеем.

Четвёртый, имени которого я не знал, вышел с другой стороны. Он обошёл машину, критически её осмотрел и залез ко мне в кузов.

– Здравствуйте, – осторожно сказал я.

Он также проигнорировал моё приветствие и стал рыться в горе железа. Я безмолвно наблюдал за ним. Наконец, он разогнулся и вытащил из кучи здоровенную железяку.

– Слышь, раб, – он показал её мне. – Скидывай такие штуки мне, – и бросил её за борт.

Я аж оторопел от оказанного мне доверия. Не медля ни минуты, я бросился к куче и стал искать среди этого металлолома то, что было необходимо кочевнику.

– Ну, что ты там так долго? – прикрикнул он через некоторое время.

– Сейчас, – я с трудом приподнял и бросил вниз то, что ему было нужно.

Посмотрел, не убил ли кого. К счастью, нет. Водитель сидел на корточках и приворачивал эту штуковину к колесу. Он посмотрел на меня.

– Ну, что ты смотришь, давай другую. Мне оставалось найти ещё четыре.

– Эй, что вы встали? – крикнул он на своих спутников. – Вам что, делать нечего?

Я посмотрел за другой борт. Все трое спохватились и побежали к нам. Я не совсем понял, в чём дело, но, судя по их лицам, можно было понять, что ничего хорошего. Я посмотрел в ту сторону, куда смотрели они. Это был не город и не облако. Надвигалась песчаная буря.

Бибинг запрыгнул в кузов и живо стал отшвыривать металлические предметы из той кучи, в которой только что рылся я. Не прошло и минуты, как необходимое количество железок было выброшено за оба борта. Он тут же спрыгнул вслед за ними и сел у одного из колёс. Вальтер стоял за ним и наблюдал за процессом.

– Может быть, помочь? – спросил он.

– Нет, ты гость, – пробурчал Бибинг.

– Тогда, может быть, мой человек вам поможет? – Вальтер посмотрел на меня.

– Мы справимся, землянин, – отозвался тот.