Чтение онлайн

— Только ей не говори, что я сегодня приходила.

Это было супернеловко, но уж лучше опозориться перед ним, чем показаться перед Динкой коварной сволочью, которая ходит и тайно соблазняет её парня.

В ответ но мою просьбу Пашка наградил меня каким-то странным долгим взглядом. Потом ухмыльнулся одним краем губ и ушёл в конюшню.

Блин, может из двух зол я выбрала не меньшее.

Но, как ни странно, Пашка сегодня вёл себя безукоризненно. Сказал, что я должна сама попробовать забраться на Василия, который опять мне достался. Никаких попыток пощупать мою попу, долгих прикосновений к руке. Может, мне и в тот раз всё почудилось, да ещё и Динкина ревность роль сыграла. Наверняка он нормальный, верный парень. Ну, или Динка ему мозги вправила, но какая разница? Главное, что, наконец, можно было расслабиться.

Раза с третьего у меня, и правда, получилось забраться на лошадь самостоятельно. Я выпрямила спину и гордо взирала на поле для занятий с высоты Василия. Честно говоря, это было немного страшно. В прошлый раз я больше думала о Динке, о Пашкиных поползновениях, о красавце-инструкторе, который оказался красавцем-бизнесменом. А сейчас сосредоточилась на занятии. И сидеть вот так, не держась руками за седло, а лишь бёдрами сжимая бока лошади, и при этом ещё двигаться вверх-вниз…

Но вместе с этим ужасом меня наполняло и даже переполняло какое-то сумасшедшее счастье. От морозного воздуха, от чистого искрящего снега, который в городе никогда не бывает таким белым, от того, как фыркает подо мой Вася, а ещё — потому что у меня стало получаться привставать и опускаться в такт его рыси. И это понимание, созвучие, были лучше всего.

— Во, молодец, хорошо, — где-то далёким фоном подбадривал меня Пашка.

Но мне и не нужно было, я сама чувствовала, что делаю всё правильно. Я проехала так несколько кругов и покосилась на виднеющийся вдали лес. Там наверняка не так однообразно. И на несколько шагов ближе к моей детской мечте. Забытой, но теперь снова ярко вспыхнувшей. На белом коне, по полю…

— А когда мне можно будет в лес? — спросила я Пашку.

— Да на следующем можешь уже попробовать.

— Было бы здорово!

Я всё ещё смотрела в сторону дороги, уводящей в лес, как на ней появился всадник на чёрной лошади. Вообще-то было далековато, чтобы разобрать, но я опять его узнала. Просто школьные лошади были не такие стройные, не такие длинноногие. Да и фигура человека, сидевшего верхом, явно принадлежала высокому крепкому мужчине.

— Не устала? — неожиданно спросил Пашка, и я чуть не вывалилась из седла.

Вообще-то ноги уже отваливались, и приседала я только на характере, но теперь мне хотелось посмотреть, как будут возвращаться эти двое. Самойбийственное, конечно, желание… Только бы Василия опять никуда не понесло.

— Ещё немного осилю, — неестественно бодро отозвалась я.

— Давай тогда ещё круг и шагом.

Я сделала самый большой круг, какой только вышло, и была вознаграждена. Прекрасный всадник как раз подъехал и пересёк поле. Как ему удаётся так выглядеть даже после конной прогулки? Не запыхался, не съехала набок шапка… Я старалась не глазеть, но он так и тянул на себя взгляд. Мужчина тоже меня заметил и поглядывал всю дорогу. Наверняка следил, чтобы я снова что-нибудь не отчудила. Но в этот раз обошлось.

Я доехала свой круг, сделала второй шагом и поняла, что немного себя переоценила. Или много. Когда слезла с лошади, ноги совсем не держали. Пашка попытался поддержать, но я отмахнулась. Если позволю себе окончательно расслабиться, так и сяду где-нибудь, а потом не встану. А мне ещё хотелось покормить лошадей.

Я сходила за морковью и раздала всем школьным. Мне очень хотелось оставить хоть одну штучку моему белому красавцу, но я ещё помнила, как меня отчитали. Ну и правда, я бы не хотела, чтобы кто попало кормил мою лошадь. Думать о том, что конь принадлежит кому-то другому, что кто-то его любит, катается на нём, было почти больно.

Я постояла возле решётки, протянув руку. В этот раз он не был таким букой, и позволил тронуть свой нос, ткнулся мне в ладонь.

— Привет, — тихо сказала я.

6

Так сложно смириться с тем, что в декабре после четырёх уже, считай, вечер. А я ещё кормила и гладила лошадей, переодевалась… В итоге, когда я вышла на улицу, уже сильно стемнело.

Вокруг конюшни свет серебрил сугробы, создавая сказочно-новогоднее настроение, но там, дальше, не было ни фонарей, ни света окон. Утрамбованная дорога просто уводила в черноту. Даже небо сегодня было хмурым, не пускающим на землю хотя бы капельку лунного серебра.

Я медленно побрела в сторону поля, тайно надеясь, что сейчас кто-нибудь из занимающихся тоже пойдёт к автобусу, и будет не так страшно. Но никто не шёл, я вспомнила, что пара, которую я видела на пути туда, прощалась со всеми пока я гладила Снега, а ещё одна девушка кажется была на машине и тоже наверняка уехала.

Надо было уже собраться с силами, со смелостью, и пойти, потому что светлей точно не становилось. Но я не могла заставить себя ускорить шаг. Но даже так, двигаясь, как улитка, я неминуемо приближалась к границе света. И когда пересекла её — тоскливо оглянулась назад.

Там — тепло и ощущение зимней сказки, впереди же — пустырь и тёмная ночь. Никакие доводы разума, что все тут ходят, что ещё нет даже пяти вечера, не помогали, меня сковал животный страх. Инстинкты требовали развернуться и сидеть в безопасности. Я заставляла их молчать, но они напомнили, что у меня гудят ноги, и я даже убежать в случае чего не смогу.

Всё это и правда становилось глупым. Я шмыгнула носом, одёрнула куртку и решительно зашагала в темноту. Но стоило мне пройти шагов десять, как сзади меня окатило светом фар. Я обернулась.

Машина — старенькая Тойота — остановилась и из-за лобового стекла мне помахал Пашка. Я сдержанно улыбнулась, чтобы не выдать радости от того, что в темноте я больше не одна. Но стоять было странно и я тихонько попятилась дальше к полю.

Тем временем Пашка открыл дверь и, наполовину высунувшись из машины, крикнул:

— Подожди, ты куда?

— Домой, — ответил мой внутренний Капитан Очевидность.

Пашка усмехнулся, будто я пошутила.

— Да погоди, ты как-то убежала, не попрощавшись, я не успел тебе сказать. Хотел предложить подвезти.

“Убежала” — это не сильно соответствовало моей вялой попытке решительно отправиться в поле навстречу темноте. Но предложение было очень заманчивым. Безумно хотелось согласиться, раз и навсегда избавившись от дрожи и предчувствия долгой дороги, наполненной настороженностью и страхом. Но я помнила про Динку.

Если прямо сейчас, когда я и так тайком, против её желания отправилась сюда, ещё и сяду в машину её парня… Кем я буду после такого? Да и вообще для отказа был миллион причин.

Например, я знала, что конюшня работает до семи или даже до восьми, то есть Пашка из-за меня получит неприятности на работе. А ещё это неприлично — садиться к парням в машину… Правда ни последнего, ни про Динку, я вслух сказать не могла.