Чтение онлайн

От расстройства у меня разыгрался зверский аппетит, и тут я с ужасом вспомнила, что в связи со всеми этими событиями напрочь забыла зайти в магазин. А в холодильнике-то мышь повесилась. Вот ещё один минус житья без родителей – сам себя не покормишь, никто не покормит. Я обречённо полезла в морозилку за пельменями, заныкаными там на чёрный день. Обычно я такое не ем, но сегодня уж точно чернющий день. Поставив кастрюлю с пельменями на плиту, я решила набрать ванну – мне необходим релакс. Следом в ход пошла музыка. Я врубила самую душераздирающую подборку, чтобы всласть порыдать под неё. Затем заглянула в бар. Там одиноко стояла бутылочка дорогущего вина, которое я приготовила в подарок подруге. «Прости, Туся, оно мне сейчас нужнее», – решила я, откупоривая бутылку.

Прихватив винчик, я с удовольствием нырнула в ароматную пену. Пары бокалов на голодный желудок мне хватило, чтобы прийти в кондицию и начать подвывать очередному слезливому треку. Мой вокальный пассаж, впрочем, вскоре был бесцеремонно прерван пельменями. Они решили с шипением вылить воду из кастрюли на конфорку. Пришлось встать и снять крышку. Благо ванна стояла впритык к плите. Когда я первый раз увидела такую конструкцию, то была в лёгком шоке, а теперь вот нахожу это крайне удобным. Да и чего удивляться. Старый фонд – тут и не такое бывает. Потом я ещё немного попела, поревела, сожрала пельмени, запив их остатками вина и завалилась спать.

Утром я проснулась не по будильнику и, как ни странно, в хорошем настроении. Непонятно откуда оно вдруг образовалось, ведь, вроде, всё плохо. Но факт остаётся фактом, мне хотелось улыбаться и было какое-то неуловимо-прекрасное ощущение надвигающегося счастья. Так иногда бывает ранней весной, когда на улице ещё непроглядная серость и под ногами слякоть, а в воздухе уже запахло переменами. Так может и у меня после чёрной полосы случится вдруг что-то хорошее. Ведь Новый год же.

У меня тут же созрел план действий. Недавно мы с Тусей (которая осталась без вина) болтались по торговому центру. У нас не было задачи купить что-то определённое, просто пришли поводить жалом. Ничего особенного мы не нашли и завалились в кафе выпить винишка. После выпитого дела пошли гораздо лучше и я, как-то незаметно спустила ползарплаты на обалденные, но абсолютно непрактичные шмотки, которые до сегодняшнего дня так и висели невостребованными в моём гардеробе. Но сегодня именно тот день, когда им суждено сыграть свою роль, решила я, и уверенно достала два белых платья из шкафа. Одно было ещё ничего, а второе просто откровенно вызывающее. Они, вообще-то, были куплены для новогодней вечеринки, которая мне теперь не светит. Так что, надену одно из них прямо сейчас. Я остановилась на втором варианте – гулять, так гулять. В ход также пошли белые ботфорты на умопомрачительной шпильке и полушубок под серебристую норку с отделкой под песца. Я критично воззрилась на себя. Сколько ж мы тогда выпили, что я решилась купить всё это белоснежное безобразие? Смотрится, конечно, сногсшибательно, но кто ж в здравом уме наденет это по нашей питерской слякотной погоде? И, та-дам! Этот человек я! В этот прекрасный серый день я, нарядившись во всё белое, буду создавать у себя и окружающих новогоднее настроение. А ещё я намеревалась отомстить Джорджу. Пусть этот старый похотливый гоблин, подавится собственной слюной.

В боевом настроении я вышла из дома. Но пройти с высоко поднятой головой, как планировала, у меня не получилось. Приходилось всё время смотреть под ноги, чтобы обходить лужи. Спасибо, хоть, дождя не было, а то хороша бы я была в своей шубе.

В офисе всё прошло, как я и планировала. Когда я зашла, все молча воззрились на меня. В тишине я сняла шубку, повесила на вешалку и без стука вошла в кабинет шефа. И без того вытянутое лицо Джорджа вытянулось ещё сильнее. Я швырнула на стол заявление об уходе.

– Ты хорошо подумала, Даша? – он не сводил с меня вожделеющих глаз.

– Да!

– По закону ты обязана отработать ещё две недели.

– Нам обоим это не надо! – отрезала я, наклонившись к нему.

Я постаралась, чтобы в моём взгляде, при этом, одновременно читалось презрение и скрытая угроза. И, кажется, это подействовало. Он заёрзал на стуле.

– Ну, как хочешь. Трудовую книжку получишь в отделе кадров. Я сейчас их предупрежу.

Резко развернувшись на своих шпильках, я вышла из его кабинета виляя бедрами. Когда мне послышалось, как он судорожно сглотнул у меня за спиной, я расплылась в удовлетворённой улыбке.

Кадровичка, поворчав, что так не делается, всё же отдала мне мою трудовую. Я была рада, что мне больше не придётся сюда возвращаться.

Выйдя из офисного здания, я медленно шла к метро, не очень понимая, куда мне теперь направится. Мне нужно было перейти дорогу, но прямо у поребрика начиналась огромная лужа и проезжающие машины норовили окатить меня с головой. Я предусмотрительно отошла подальше, переждала поток и только тогда приблизилась к дороге. Я долго примерялась, чтобы сделать шаг пошире. Наконец, решившись я шагнула. Мне удалось поставить ногу на сухое место, но не успела я порадоваться, как услышала скрип тормозов и буквально в сантиметре от меня остановилась машина. Не донеся ещё вторую ногу, я инстинктивно отшатнулась и, конечно, не устояв на своей шпильке, со всего размаху села в лужу в прямом и переносном смысле этого слова. Из машины выскочил парень.

– Ты в порядке? – склонился он надо мной.

– Вроде, – неуверенно отозвалась я.

– Зачем ты под колёса кидаешься? – набросился он на меня.

Я не успела ничего ответить, потому что в этот момент активизировалась бабулька на остановке.

– Убили! Девушку убили! – заголосила она хорошо поставленным в очередях голосом, – Ирод, девочку сбил!

– Успокойтесь, бабушка, все живы! – поспешил заверить её незнакомец.

– Садись в машину! – это он уже мне.

Подхватив, меня под локоть, он буквально впихнул меня на переднее сиденье и резко рванул с места прежде, чем я успела что-то понять. Я медленно приходила в себя. Боже! Я в машине с абсолютно незнакомым парнем. А если он маньяк какой-нибудь? Осторожно осмотрелась. Я совсем не разбираюсь в машинах, но эта по виду дорогая. Белый кожаный салон, приятный аромат, классическая музыка. Я скосила глаза на водителя. Да он умопомрачительный красавчик. «Может и не маньяк, так и быть», – постановила я. Тут я начала осматривать себя, чтобы оценить масштабы бедствия. Шуба выглядит крайне плачевно – с неё стекает грязная водица из лужи, куда я так эпично плюхнулась. Кстати, попе тоже досталось. Чую будет нехилый синячище. Колготки разорваны, а сапоги перестали быть белыми. Блин, как всё плохо. Слёзы сами хлынули из глаз. Я судорожно всхлипнула, пытаясь сдержаться и не впасть в истерику в присутствии этого красавчика.

– Ты чего? – подозрительно покосился он на меня.

– Ничего, – мужественно выдавила я из себя.

– Ну, давай, рассказывай, что не так?

– Да всё не так, – разнылась я. – Вон шуба испорчена.

– Я оплачу химчистку, что ещё?

– Колготки разорвались.

– Ладно, куплю тебе новые.

– Что ещё?

– Я вся грязная, – подвывала я.

Он наклонился ко мне, и я почувствовала аромат его явно дорогого парфюма. Протянув руку, он достал из бардачка пачку влажных салфеток и кинул мне на колени. Я начала оттираться, не забывая при этом поскуливать.

– Что-то ещё?

– Меня сегодня с работы уволили!

– В этом тоже я виноват? – он вопросительно изогнул свою безупречную бровь.

Я лишь всхлипнула в ответ.

– А кем ты работала?

– Переводчиком.

– Да? Ну, считай, что тебе повезло. С работой я тоже постараюсь помочь. Когда готова приступить?

– Да хоть сейчас, – обрадовалась я. – У меня и трудовая с собой.

– Ну и отлично, тогда сейчас и трудоустроим тебя.

– В смысле? Прямо сейчас? – я занервничала.

– Ну, да. А чего тянуть?

– Ну, я, как бы, не в форме, – протянула я, оглядывая себя.

– Ерунда, – отмахнулся он.

– Меня точно возьмут там на работу? – усомнилась я.

– Не волнуйся, я замолвлю за тебя словечко начальнице отдела кадров. Думаю, она мне не откажет, – улыбнулся он.

– Вы спите с ней, что ли?

– Откуда такие мысли? – поперхнулся он.

– Глядя на тебя это первое, что приходит в голову, – не подумав, ляпнула я.

– А что со мной не так? – ухмыльнулся он, явно нарываясь на комплимент.

А вот обломись. Я демонстративно отвернулась к окну и начала думать о том, что ждёт меня впереди. Но чем больше я размышляла об этом, тем больше начинала нервничать и уже почти готова была отказаться от его щедрого предложения и трусливо сбежать.

– Вот мы и приехали.

Мне ничего не оставалось, как выбраться из машины. После меня на белоснежной коже осталась грязная лужица. «Придётся тебе и на химчистку салона потратится», – усмехнулась я про себя. Но ехидство мгновенно покинуло меня, как только я разглядела величественное здание, к которому он меня подвёз. Не знаю, что это за контора, но, как пить дать, мне здесь не место.

Конец ознакомительного фрагмента.