Чтение онлайн

— Вот дьявол!

Меня и правда покусали. Следы зубов Эммы выглядели как большущие оспины.

— Одна женщина сказала, вы с братом Эммером вчера что-то не поделили?

Снорри засунул в рот чуть не полсвиньи и пальцем заправил свисающие лохмотья бекона.

— Этот Эммер ушлый малый, — сказал Макин и закивал. — Шустрый такой, и в голове что-то да есть.

Он постучал себя по лбу.

— Да нет. — Я решил не распространяться. — Все в порядке.

Снорри сомкнул губы и принялся жевать, косясь на мои укусы. Я запахнул куртку.

— Да дело твое, — сказал он, подняв бровь.

— Каждый выбирает свой путь сам, — сказал Макин и потер подбородок.

Я вскочил на ноги — и тут же пожалел о столь резком движении.

— Да чтоб тебя, сижу, понимаешь, и смотрю, как ты жрешь свинью, как… как…

— Свинья? — подсказал Снорри. Он поднял тарелку и соскреб жареные яйца прямо в рот.

— Мне нужно помыться, переодеться во что-то приличное и поесть в сколько-нибудь цивилизованном заведении. — Голова раскалывалась, видимо желая, чтобы я треснул пополам. Я ненавидел весь мир. — Встретимся в полдень у ворот замка.

— Уже полдень!

— В три часа! — крикнул я из дверей и выполз на свет божий.

Солнце взирало с запада на то, как я карабкался по высокому холму к наружным воротам Высокого замка. Я отмылся от дорожной грязи в бане, так, что вода стала черной, постригся, усмирил головную боль порошком, в действенности которого аптекарь торжественно поклялся, заметив, что он также помогает от чумы и водянки. И наконец я купил свежую льняную рубашку, которую без труда подогнали по фигуре, бархатный плащ с опушкой из того, что выдавали за горностая (на самом деле это, видимо, была белка), и посеребренную пряжку. Не то чтобы этот наряд был достоин принца, но в нем я хотя бы сойду за дворянчика, если ко мне не будут слишком приглядываться.

Снорри не явился. Я подумал, не пойти ли одному, но решил, что не стоит. Мало того что иметь телохранителя вроде как престижно, так еще я находил пользу в том, что кто-то охранял мое тело. Особенно псих под два метра ростом, здоровенный и невольно заинтересованный в том, чтобы не дать мне умереть.

Прошло, наверно, еще с полчаса, прежде чем я заметил внизу на широкой улице своего норсийца. Он вел на поводу Слейпнир и Рона, но хотя бы догадался не прихватить с собой никого из братьев.

— Кляч надо было оставить в конюшне.

Я решил, что будет неразумно бранить его за опоздание. Он лишь ухмыльнется и хлопнет меня по спине, будто я шучу.

— Я подумал, что на равнине пешком ходят только нищие. — Снорри хмыкнул и потрепал Слейпнир по шее. — И потом, я привязался к этой старушке, и она честно таскает меня.

— Лучше пусть думают, что у меня где-то неподалеку стоит в конюшне нормальная лошадь, чем тащить к воротам эту парочку на смех караульным.

— Ну…

— Слушай, ладно, притворись, что они обе твои.

И я зашагал вперед, а он последовал за мной на почтительном расстоянии.

Я предстал у Тройных ворот, с полным основанием носящих это имя, перед старшим из облаченных в кольчуги гвардейцев, поставленных там для досмотра потенциальных посетителей. От аристократов ожидается некоторое высокомерие, и долгая служба приучила людей вроде тех, что встретили меня, реагировать на него должным образом. Мой брат Мартус обладал удивительной способностью смотреть сверху вниз даже на самых высоких из подчиненных, да и я сам неплохо с этим справляюсь. Я собрался с силами и принялся излучать презрение. Снорри, конечно, решит, и не без основания, что я никогда не забываю о превосходстве королевской крови (хотя он скажет что-то вроде «у тебя вечно скипетр в заднице»), но он еще не видел меня во всем великолепии.

— Принц Ялан Кендет из Красной Марки, потомок Красной Королевы, двадцатый в очереди наследник Вермильона и всех его владений. — Я помолчал, давая им возможность проникнуться словом «принц». — Я путешествую на север и отклонился от дороги на Рим, дабы засвидетельствовать почтение королю Олидану. К тому же я предложу передать Красной Королеве любую переписку, оставшуюся после недавнего визита моего брата, принца Мартуса.

Впервые в жизни у меня была причина быть благодарным за наше с Мартусом внешнее сходство.

— Добро пожаловать в Высокий замок, ваше высочество.

Стражник, крепкий, уже седеющий дядька, шагнул ко мне, окинул быстрыми черными глазами мой наряд и уставился мне за плечо, словно не понимая, куда делась свита.

— Это срочная поездка. А вот мой личный охранник. Мы остановились в Старом городе, сняли комнаты.

Я специально так сказал, чтобы он решил, что в тех комнатах остались люди.

— Разумеется, принц… — Он нахмурился. — Ялан?

— Да. Ялан. А теперь скажи Олидану, что я здесь, — и поторопись.

Это привлекло его внимание. Немногие опускают титул, когда упоминают короля Олидана лицом к лицу с его гвардейцами. И еще меньше тех, кто обманом пытается добиться встречи с ним. Что ни говори, король Олидан — не самый милый и любезный человек.

— Я немедленно пошлю гонца, ваше высочество. Возможно, вы пожелаете подождать в моей комнате в кордегардии. Я могу отправить человека поставить ваших… лошадей в конюшню.

Я решил, что не стоит просто торчать у стены. Ночь намечалась теплая, но если он заставит нас ждать долго, то придется тут ошиваться на радость зевакам.

— Веди, — сказал я.

Лучше оставаться со своим титулом в гордом одиночестве, чем выставлять его напоказ.

И мы проследовали через ворота к небольшой двери в толстой стене, потом по лестнице наверх. Капитан Тройных ворот жил фактически на чердаке над входом, за устрашающего вида подъемным механизмом и нишами, в которые убирались три подъемные решетки. Комната была чистой, в ней стояли стол и стулья. Я сомневался, что здесь часто принимают заезжих принцев, но, надо понимать, мало кто из них прибывал без предупреждения и без свиты.

Снорри протиснул колени под стол.

— Пиво будет не лишним.

Капитан лишь поднял бровь и покосился на меня. Я кивнул. Естественно, сам я пить не собирался — в то утро я дал клятву трезвости.

— Посмотрим, что я могу сделать, — сказал он и вышел. Вскоре мы услышали, как он орет на лестнице.

— Похоже, все идет как надо.

Снорри потянулся за краюхой хлеба в центре стола и принялся забивать свою бороду крошками.

— Гмммм.

Ему-то было не о чем беспокоиться. Рисковал лишь я. Мне оставалось надеяться, что Олидан поймет: я не настолько важная персона, чтобы брать меня в заложники, и что даже такой холодный и безжалостный человек, каким был, по слухам, король Анкрата, подумает дважды, прежде чем рискнет вызвать недовольство моей бабки. Много чего рассказывали о том, как она сеяла среди соседей страх перед Красной Маркой, причем некоторые из этих способов, пусть и несколько маловероятные, были вполне достойны ночных кошмаров. В любом случае я считал, что риск оправдан, коль скоро я могу освободиться от цепей, связывающих меня со Снорри, и быстренько убраться к себе на юг.