Чтение онлайн

Я молчала. Аннабель, не дождавшись ответа, вновь заговорила сама:

– Я так понимаю, это значит, что ты не намерена отступаться от своего упрямства.

– Правильно понимаешь.

Сестра резко выдохнула и в раздражении пнула валявшиеся на полу туфли.

– Что ж, великолепно. В таком случае, боюсь, ты действительно вскоре обнаружишь себя прикованной к столу, пока Кэллиш будет цедить твою бесценную кровь вёдрами. А всё потому, что ты слишком глупа, чтобы послушать меня и поступить так, как будет лучше для нас обеих!

С этим Аннабель резко развернулась и вылетела из гардеробной, едва не сбив с ног побледневшую как полотно Нэнси. Горничная явно слышала последние слова, и мне пришлось поторопиться, чтобы успокоить её:

– Энни говорила в переносном смысле. Она имела в виду совсем другое.

Нэнси слабо кивнула.

– Конечно, мэм.

Поверила она или нет, но в дальнейшие объяснения я вдаваться не стала. Дрожащими руками горничная помогла мне облачиться в принесённое платье, потом довольно быстро заколола волосы в нехитрый завиток.

– А как быть с мисс Аннабель?
– тихо спросила она, закончив припудривать мне тёмные круги под глазами, явное свидетельство недосыпа.

– Не уйдёт же она неодетой, - слабо улыбнулась я.
– Наверняка закрылась в спальне, вернётся, как успокоится немного. Подожди её здесь, Нэнси, хорошо? А я отлучусь ненадолго.

Добравшись до собственной спальни, я обнаружила Акко скромно свернувшимся на кресле в ожидании. Он встрепенулся, лишь когда я уже распахнула дверь, хотя, не сомневаюсь, услышал меня задолго до того, как я вставила ключ в замочную скважину.

– Акко, милый, - грустно проговорила я, потрепав его по шее.
– Прости, но я не смогу полететь с тобой сейчас. И после обеда тоже вряд ли - ещё сутки без сна ни я, ни Джер не выдержим. Так что отдохните и возвращайтесь как обычно, вечером, хорошо?

Акко уркнул, согласно, но немного опечаленно. Я быстро набросала на клочке бумаги записку для Джера, чтобы Акко не пришлось изображать мой отказ пантомимой. Отпустив кшахара восвояси, закрыла окно - за это время в спальне уже изрядно похолодало - и отправилась обратно в комнаты Аннабель, проверить, как обстоят дела с её приготовлениями. К моему удивлению, Энни уже покорно восседала на мягком пуфе, откровенно скучая, пока Нэнси колдовала над её причёской. Правда, на меня сестра демонстративно не смотрела. Я вздохнула и опустилась на кушетку, молчаливо дожидаясь, когда придёт время спускаться вниз. Нам в самом деле предстоял длинный, нудный и невыносимо скучный день.

После обеда я наконец-то получила возможность добраться до постели и, мгновенно провалившись в сон, провела в таком состоянии почти всё время до ужина. Однако, проснувшись, почувствовала себя ещё хуже, чем утром. Да уж, сегодня ночью я должна наконец выяснить всё, что сокрыто на оставшихся страницах рукописи, потому что дольше в таком режиме я продержаться не сумею.

За ужином Энни была всё так же неколебимо холодна и лишь однажды вдруг снизошла до того, чтобы молчаливо наполнить мой опустевший бокал из стоявшего у неё под рукой графина.

– Спасибо, - тепло поблагодарила её я, но Энни лишь надменно поджала губы и отвернулась, так и не встретившись со мной взглядом.

После ужина, дабы не привлекать излишнего внимания, я как обычно сделала вид, будто удалилась к себе. Всего-то нужно было дождаться полуночи и проскользнуть по спящему дому в библиотеку, но, похоже, усталость всё же взяла своё.

Я не заметила, как уснула.

Разбудило меня ощущение, будто кто-то настойчиво обтирает моё лицо грубой, шершавой влажной тряпкой. Я очнулась, но в первые минуты по-прежнему пребывала в каком-то тяжёлом, вязком тумане, не понимая, ни где нахожусь, ни сколько времени, ни что вообще происходит. Открыть глаза было так сложно, будто веки налились свинцом.

Что-то влажное и тёплое вновь скользнуло по щеке, но теперь я поняла, что это была вовсе не тряпка.

– Акко!..
– невнятно простонала я, а потом, наконец осознав, что его присутствие рядом не предполагалось, резко распахнула глаза.
– Акко?..

Он облегчённо уркнул и прижался ко мне, а я поёжилась от резкого холода: из распахнутого настежь окна сильно дуло. Впрочем, именно ледяной воздух заставил меня окончательно проснуться.

– Что такое? Сколько времени?
– я оглянулась на часы. Стрелки показывали четверть первого.
– Ох, Акко, простите меня... Джер уже там?

Акко утвердительно уркнул, но выглядел взволнованным и настойчиво поторапливал меня бережными толчками.

– Что? Что случилось? Что-то не так, да?

Кшахар ощутимее подтолкнул меня к двери, а сам устремился обратно к окну и оглянулся на меня уже стоя на подоконнике.

– Иду, - решительно подтвердила я и, не медля более, устремилась в коридор, к лестнице.

Сердце тревожно колотилось, отсчитывая ступеньки, а я лихорадочно размышляла, что же могло произойти, пока я предавалась неожиданно одолевшим меня сновидениям. Мысли посещали самые разные, однако того, что ожидало меня в библиотеке, я предположить не сумела. Или не хотела?.. Ошеломлённая, я застыла на пороге у неплотно прикрытой двери.

"Нет, нет. Не может быть. Он не мог снова так поступить со мной".

Или мог?..

Впрочем, сомневаться в увиденном мне, к сожалению, не приходилось.

Прямо передо мной, напряжённо вытянувшись под взглядами шестёрки орденских демонов, Джер протягивал торжествующей Аннабель настоящую рукопись Джона Боуфорда.

ДЖЕР

Когда лишь немногим позднее полуночи мы с Акко заявились в библиотеку, Аманда - а вернее, та, кого я вначале без колебаний принял за неё, - уже ждала нас, уютно устроившись в одном из кресел.

– Доброй ночи, - улыбнулся я, влезая в окно.
– Как вы? Удалось отдохнуть?

– Немного, - ответила она, поправляя выбившийся локон затянутыми в чёрное кружево пальцами.

Спрыгнув на пол, я обернулся к Акко, но тот отчего-то вдруг замер снаружи, принюхиваясь и крайне тревожно глядя на меня. Я нахмурился.

– Что такое?

Он беззвучно оскалил зубы, а потом, совершенно внезапно, окатил меня такой резкой и удушающей волной безотчётного страха, что я чуть плашмя не повалился на пол.

"Какого дьявола?!" - едва не рявкнул я, но вовремя сдержался, соображая, что мой кшахар ещё никогда - или практически никогда - не применял против меня своего знаменитого убийственного взгляда. И теперь, если он сделал это, у него, несомненно, имелись причины... Акко дёрнул крыльями, показывая, что не собирается оставаться в библиотеке, однако меня с собой не звал.

– Ты, чего, голодный? Полетать хочешь?
– хмыкнул я с натянутой беспечностью, ещё не понимая, от чего именно предостерегал меня Акко, и потому стараясь не выдать никому из возможных свидетелей истинной сути нашего разговора.