Чтение онлайн

Он не чувствовал вкуса победы. Наоборот, ему казалось, что Самойлов его обыграл.

— Говори, не томи! — усмехнулся Алекс, — неужели Самойлову удалось поставить «шах и мат» самому королю?

— Самойлов согласен продать свою долю и долю жены по интересующей меня цене.

— Но…, — в глазах Алекса сверкнуло любопытство

— Третью часть — долю своей дочери, он согласен передать только со своей дочерью.

— В смысле с дочерью? — не сообразил Алекс.

— Его условие: чтобы я взял в жёны его дочь. Не будет свадьбы, не будет сделки. Это его принципиальная позиция.

— Дааа, — протянул Алекс, — сильный ход. Самойлов не утратил хватку, несмотря на возраст и проблемы со здоровьем. Во-первых, пристроит дочурку! Во-вторых, усилит собственные позиции, породнившись с тобой. Сильный ход!

— Так ты считаешь, что я должен принять его предложение? Ненавижу, когда мне диктую условия! — в глазах Севастьянова сверкнула ярость.

— Не поддавайся эмоциям! Здесь требуется холодная голова. Ты отказываешься от предложения и….проигрываешь. Снова борьба, конкуренция, а это время, деньги. И результат будет, неизвестно какой. Вдруг Самойлову повезёт и он найдёт нового инвестора? Все твои усилия пойдут прахом. Второй вариант — ты соглашаешься. Две части у тебя в кармане! Так? — задаёт вопрос Алекс и сам же отвечает. — Так. Не думаю, что его дочурка слишком интересуется делами. Формально ты являешь собственником. Я слышал, Самойлов собирается отойти от дел, заняться здоровьем, уехать к морю. Переоформишь долю жены на себя и через годик благополучно разведёшься! Брак у нас дело добровольное, разводят быстро. Выплатишь ей компенсацию или алименты назначишь. Гуд бай, девочка. А ты остаёшься полноправным владельцем! Идеальный вариант!

— Только жена не идеальная! — пробормотал Севастьянов и губы его презрительно скривились.

— Глеб, ты поддаёшься эмоциям! Считай её средством достижения своей цели. Сейчас у тебя серьёзных отношений нет. Ты ничего не теряешь, твои любовницы так и останутся при тебе. В конце концов, спать тебе с ней не обязательно. Ты даже её можешь поселить отдельно. Я слышал, девица она капризная и взбалмошная. Но это её папочка разбаловал. Тебе приструнить её проблемы не доставит. Будет как шёлковая. Проблемы или неприятности захочет доставить, отправишь в загородный дом. Годик-то, он быстро пролетит. Тебе всё равно нужно будет подождать, чтобы влияние Самойлова ослабло! — Алекс задумался на миг. — Настаивай на заключении брачного договора. Чтобы каждый остался при своей фамилии. Откажись от пышного торжества, только регистрация, на которой только вы присутствуете. Сейчас, насколько я знаю, в ЗАГСе даже свидетели не требуются. С родственниками не знакомь, в свой круг, в семью не вводи, чем меньше людей будет знать, тем лучше!

— Ты не представляешь, как я зол. Ты знаешь, после Мэри я не собирался обзаводиться семьёй! — в словах слышалась горечь.

— Рано или поздно сделать придётся! Тебе в любом случае, наследник нужен!

– Но точно не от этой девицы! Пустоголовой вертихвостки! — с жаром воскликнул Севастьянов.

— Ты злишься из –за той ситуации? Мне Кэтрин рассказывала. Всё-таки, чем-то она тебя зацепила? Ночь ты с ней провёл, думаю, удовольствие получил! Как женишься, не отказывайся от её прелестей! Она вроде смазливенькая, фигуристая. Что ещё нужно? А год, оглянуться не успеешь, пролетит! — успокаивал друга Алекс.

— Мне тут на неё досье собрали! Она три раза замуж собиралась, ни разу не вышла! — в голосе звучало презрение. — А я оказался тем ослом, который попался в силки её папаши. Тот спит и видит, кому бы дочурку впихнуть!

— Глеб, воспринимай ситуацию проще. Это сделка, по условиям ты год будешь считаться мужем. Формальным. Знать о изменении твоего семейного положения будет минимальное количество людей. На кону отличная компания. Если для тебя это неприемлемо, отправь семейство на три буквы алфавита и пробуй другие методы.

— Да, ты прав! — задумчиво произносит Севастьянов. — Это идеальный вариант. Только я думал карту по-другому разыграть! У меня на неё компромат: видеозапись, где она крадёт деньги. Пригрозил отцу, что дам ход делу. Самойлов мужик крутой. Сказал, как отрезал: что хочешь с плёнкой, то и делай. Если её замуж не возьмёшь, то я забираю её долю и выгоняю из дома. Она, типа, должна нести ответственность за свои поступки. И он, как отец, её сам накажет! Это он говорил на полном серьёзе. Я уверен, он слов не ветер не бросает!

— Тем более! Так что, заключай брак-сделку без сомнений! Будешь держать её в ежовых рукавицах, проблем не будет!

Севастьянов неуверенно покачал головой и плеснул ещё виски в стакан.

Спуску он ей не даст, это точно!

***

Незаметно пролетел месяц с того дня, когда отец сообщил Николь о том, что она выходит замуж за Севастьянова.

Сидя на широком подоконнике, поджав колени к груди, Николь думала, как изменится её жизнь с завтрашнего дня.

Она оглядела свою комнату, оформленную в стиле «спальня принцессы»!

Белые стены, светлый пол, сочетание розового, фиолетового, салатового и желтого делал сказку явью.

Множество креативных идей не давали скучать: подушки с меховой оборкой, оригинальное панно, разноцветные пуфы.

Кровать с балдахином из легкой полупрозрачной ткани идеально вписывалась в интерьер комнаты.

Мама столько раз предлагала сменить дизайн комнаты на что-то, более подходящее для взрослой девушки. Николь неизменно отказывалась. Она ценила и любила свою маленькую обитель, это было её царство. Здесь она чувствовала себя уютно и комфортно.

Она любила смотреть в окно. Наблюдать, как качаются вершины деревьев, куда-то плывут облака, меняются краски на закате солнца.

Сейчас она чувствовала, что за этот месяц в ней произошли большие изменения.

Больше она не чувствовала себя маленькой девочки, любимицей отца, принцессой.

Маленькая девочка внутри неё выросла. И сейчас, среди розового и прочего яркого безумия ей стало неуютно, она чувствовала себя потерянной и одинокой.

Сейчас бы, она без раздумий согласилась изменить дизайн комнаты на что-то лаконичное, элегантное, в стили минимализма.

Но особого смысла в этом не было. Завтра она покидает свою комнату и переезжает к мужу.

Папа с мамой уезжают на длительное время за границу, где будут заниматься лечением отца.

Жизнь семьи кардинально изменилась.

И стоя на пороге изменений, Николь чувствовала тревогу.

Она вспомнила, как в один из дней, после той сцены в гостиной, когда отец рвал и метал вернувшись со встречи с Севастьяновым, он позвал её в свой кабинет.

Николь осторожно вошла в кабинет и тихо прикрыла за собой дверь.

Отец по-прежнему на неё злился, не сменил гнев на милость.

– Папа, ты меня звал? — спросила она.

Отец, тяжело поднявшись из-за своего рабочего стола, подошёл к окну и стал смотреть в даль.

— Через месяц ты выходишь замуж за Севастьянова. Вопрос решён! И обсуждению не подлежит! — будничным тоном сказал Самойлов.

У Николь всё внутри оборвалось. Замуж? За Севастьянова? Да никогда!!!!

– Папа, папочка! — Николь бросилась к отцу, — пожалуйста, скажи, что это плохая шутка! Только не за него! Пожалуйста! Лиши меня содержания, я уйду из дома! Пойду работать, буду сама зарабатывать себе на жизнь! Но за него — никогда!