Чтение онлайн

Промолчав некоторое время, дополнила: «Я сказала, что Севастьянов. Он расхохотался. Оказалось, ты его дядя!»

— Здесь сигнализация и тревожная кнопка установлены? — внезапно для Николь спросил Севастьянов.

— Нет! — помотала головой Николь.

Она набралась смелости и взглянула на своего мужу.

Тот набрал на телефоне номер и ждал ответа. «Стас, у нас имеется помещение винтажной лавки. Чтобы завтра здесь были установлены сигнализация и тревожная кнопка. Да, это срочно!»

Отложив телефон, он вздохнул и сказал, обращаясь к Николь: «Итак, что мне с тобой делать?»

Николь крепко прижала к груди свой ежедневник, проводя ладонями по нему. Поглаживание чуть шероховатой кожи, из которой была изготовлена обложка ежедневника, её успокаивала.

— Я бы никогда не стала упоминать твоё имя, если бы не испугалась. Я очень сильно испугалась. Прости меня! — сказала она тихим голосом.

Севастьянов подошёл к Николь совсем близко и нежно провёл по голове. Словно погладил маленькую девочку.

Этот простой, нежный жест послужил спусковым крючком для Николь. Она всхлипнула, отложила ежедневник и бросилась на грудь Севастьянова.

Она крепко его обняла. Не было никакой возможности удержать слёзы. Она горько заплакала, оплакивая свою несчастную судьбу, своё невезение, все те проблемы и трудности, которые навалились и преследовали её весь последний год.

В последний месяц она старалась быть сильной, не давать волю слезам и не зацикливаться на том, что отец её выгнал, мужу она не нужна с самого начала их брака.

Сейчас та броня, в которую она себя облачила, дала трещину.

Пусть на несколько минут, но сейчас, прижавшись к мужу, который обнял её и нежно поглаживал, она чувствовала себя в безопасности, под защитой этого сильного мужчины.

Севастьянов ничего не говорил, только нежно поглаживал Николь по волосам, давая ей возможность выплакаться.

Когда слёзы иссякли, Николь отстранилась от Севастьянова и пробормотала: «Прости, я расслабилась! И твою водолазку орошила своими слезами! — попыталась она пошутить.

— Уже поздно. Тебя отвезти домой? — спросил он.

— Нет, — Николь помотала головой, — я здесь живу!

— В смысле «Здесь»? — удивлённо переспросил Севастьянов.

— Над этим залом небольшое помещение, там у меня комната.

— И отец позволяет тебе здесь жить? Я ничего не понимаю.

— Отец меня выгнал, — Николь сглотнула, — вернее, он не хочет меня видеть! — голос Николь предательски дрогнул. То, что произошло между ней и отцом, глубоко её ранило. Она протёрла глаза, чтобы вновь не расплакаться. Сегодня Севастьянову её слёз хватило.

— Так, Николь, что ты натворила в этот раз? — требовательно спросил он, взяв её за подбородок и подняв лицо.

— Отец договорился с тобой о выкупе акция. Я должна была вернуть деньги, но я их потратила! На покупку этого магазина! Отец рассердился! — често ответила она.

– Хм, рассердился — это ты лукавишь. По всей видимости, он был в бешенстве. А я то гадал, из-за чего он отменил сделку. Теперь ясно. Тогда покажи, чем ты у нас владеешь , и что хочет заполучить Борис.

Николь отстранилась о мужа.

— Это правда, что если ты согласие не давал, то договор недействительный? И ты…ты…попросишь меня освободить помещение? — набравшись смелости, задала вопрос Николь.

Она ждала ответа, затаив дыхание. Сейчас для неё это было главное, словно жизнь или смерть.

Севастьянов нежно провёл костяшками пальцев по её щеке.

– Муж Розы ставил меня в известность. Он сказал, что для Розы эта лавка словно ребёнок, которого она вырастила. И она желает, чтобы галерея продолжала жить. А потом мне сказали, что нашли новую владелицу, замечательную девушку, которая идеально вписалась в образ хозяйки «винтажного рая»! Мне только не назвали имя. Я даже предположить не мог, что это ты!

– И значит…. значит..Борис не сможет меня выгнать? –не могла поверить своему счастью Николь. Мысленно она уже прощалась со своим магазинчиком.

— Борис перешёл допустимые границы и попутал берега. Он за это ответит! — жёстко сказал Севастьянов, — но не будем о нём, тебя он больше не побеспокоит! Так проведёшь для меня экскурсию? — улыбнулся Севастьянов.

Сердце Николь подпрыгнуло и сделало кульбит!

Он! Улыбнулся!

С такой настоящей улыбкой он никогда не смотрел на Николь. Чаще все это была презрительная, ироничная или высокомерная ухмылка или гримаса!

Глаза Николь засияли! Она почувствовала, как бабочки запорхали в её животе!

Выражение о порхающих бабочках она слышала, но никогда не приходилось испытывать такого трепета и счастья просто от присутствия человека рядом.

Она взяла Севастьянова за ладонь и повела за собой.

«Думаю, женские штучки тебя особо не интересуют. Расскажу, что у нас предлагается для мужчин. Покупают и сами мужчины, и женщины, в качестве оригинальных подарков. У нас большой выбор галстуков. Смотри, галстук Gucci, выполнен из шелка красного и синего цвета. Декорирован абстрактным принтом. Потрясающий винтажный галстук Hermes. Он выполнен из шелка с фантазийным принтом. Это Франция, 1980-е годы.

Любят женщины дарить галстуки. Мужчины сами себе любят покупать часы. Коллекция часов небольшая. Винтажные часы Rolex Oyster Perpetual Datejust с Микки -Маусом на циферблате. Механические, стальные. Отличное рабочее состояние, Швейцария, 1970-е.

Хорошо на подарки берут малотиражную посуду из серии «подарок человеку, у которого все есть». Например, набор столового серебра с ручками из перламутра толстостенных ракушек, которые повсеместно повывелись еще сто лет назад. А также штучные расписные тарелки, стеклянные графины и кофейные чашечки.

Николь говорила и говорила, показывала. Она была невероятно счастлива.

Когда они вернулись к прилавку, Николь, чуть краснея, произнесла: «У меня для тебя подарок. Чайная пара Hermes, чашка с блюдцем. Я, как только увидела впервые, поняла, это твой набор. Не знала, будет ли возможность подарить тебе. Сегодня она появилась!

И Николь протянула Севастьянову фирменный подарочный пакет оранжевого цвета.

Внезапно пальцы Севастьянова оказались на губах Николь. Она вздрогнула, её бросило в жар. Она подняла взгляд, чтобы встретиться с его глазами. Между ними словно прошла молния.