Чтение онлайн

Я ощутил, как наши эрекции встретились, и это было ОЙ!

И в хорошем и плохом смысле.

В хорошем, потому что меня накрыло теплой волной неги, и это приносило мне недюжинное удовольствие, то, как он прижался ко мне, и в поцелуе двигался вперед-назад (но самого ЭТОГО ничего не было!), а плохое в том, что я злюсь на него, за то, что он подлец, заключил моего отца в тюрьму, украл мое королевство и хочет меня трахнуть в мужском облике...

УНИЗИТЬ МЕНЯ ОКОНЧАТЕЛЬНО.

Его поцелуи переместились с моих вспухших от поцелуев губ вниз, к шее, по телу спустя несколько секунд пошла дрожь, меня начало окутывать сладкое марево.

МНЕ СТЫДНО. СТЫДНО.

Виктория, соберись, соберись! Что ты делаешь?!

Что я делаю? Ничего...

Чувствую его губы на своей груди, то, как он мягко покусывает мои соски... ИЗВРАЩЕНЕЦ.

Виктория уснула.

ВИКТОР, ПРОСНИСЬ, СДЕЛАЙ ТЫ ЧТО-НИБУДЬ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ТЕБЯ ИМЕЮТ КАК ШЛЮХУ!

И Виктор проснулся.

Ты шлюшка остроухого узурпатора?

Нет. НЕТ.

Pov Виктор

Я выгнулся, и с силой толкнул от себя Тео. Мне удалось высвободиться из-под гнета его крепкого, стройного тела. Вскочил, как ошпаренный.

Кто я?

Виктор.

А Виктория жива?

Уснула на время.

Кажется, у нас проблемы, Виктория. Потому что мы с тобой разъединяемся.

–  Ты сказал, что покажешь, где отец. Так что поднимайся, и пошли, - проговорил я, приглаживая волосы. Узурпатор, глядя на меня, сел на кровати и сказал:

–  Пошли.

Как легко согласился! Нет ли здесь подвоха?

Я стоял и смотрел, как он откидывает длинные волосы назад и застегивает рубашку, поглядывая на меня. Господи, как же долго он это делает. Потом он накинул на плечи черный плащ (куда же без него!) и подошел ко мне.

–  Мы обязательно вернемся к этому позже, Виктор.

Глава десятая. Виктория и Виктор (2)

«Да что ты?» - хотелось сказать мне и послать его куда подальше. Впрочем, я решил, что если хочу увидеть отца, должен быть благоразумнее. И потому ответил с ехидной улыбкой. - Обязательно вернемся, Тео.

Он принял этот ответ за чистую монету и направился довольным к двери. Чтоб я трахался с мужиками! Да лучше тюрьма. Это все Виктория, чтоб ее. Лучше бы подумала о спасении отца!

Я думала!

Ага, как же. Обжималась с этим смазливым остроухим. А наш отец...

Мой отец.

И мой, ясно? И вообще, молчи. Позор тебе.

Я вышел вслед за эльфом, и мы с ним направились по коридору. Взглянув на него, я увидел, что у Тео такой вид, словно бы ничего не произошло. Прекрасно. Надеюсь, об этом никто не узнает.

Пропуская описания того, как мы шли по коридорам, сразу перейду к Подземелью. Темная и широкая лестница, колупанная в некоторых местах, вела вниз. По ней мы шли. Потом шли по коридору. Я осматривался. Темные, старые стены, затем шли деревянные двери с овальным верхом.

–  Что там? - спросил я, осматривая очередную дверь. На каждой из них был написан номер. 020, 022, 023, и так далее.

–  То, что тебе пока знать не надо, - ответил тот, впрочем, без резкости, что не дало мне сделать похожий выпад.

А потом начались двери с решетками, в которых сидели заключенные. За одной из этих дверей был отец.

Мы шли еще некоторое время, и я с неудовольствием осматривал сырой потолок с падающими с него каплями, шныряющих серых крыс и черных больших пауков в углах. Все это освещалось керосиновыми лампами, свисающими уродливо с потолка. От сырого запаха мне хотелось чихать. Я взглянул на Тео: ему, похоже, все по боку. Я услышал стоны заключенных и просьбы о помощи. Даже меня пробрала дрожь от них, но у остроухого не изменилось даже выражение лица. Один из пленников кинулся к окну с железными прутьями и взглянул на меня. Такого изможденного лица я давно не видел. Я прошел мимо, следуя за Тео. Боюсь даже подумать о том, как выглядит отец. Мы так не обращались с провинившимися. Хотя, я думаю, что половина из них просто была взята в плен, также, как и мы.

Был еще один поворот, затем еще. Я думал, что эти камеры не кончатся, когда Тео, наконец, остановился перед одной из них и сказал, взглянув на меня:

–  Пару минут.

–  Мне что, нельзя зайти к нему?

–  Я не охранник, чтобы ждать тебя.

–  Так дал бы мне охранника, раз такой занятой, - съязвил я, глядя на него. Мы обменялись испепеляющими взглядами.

–  Пару минут, - повторил он.

Я задержал на нем злобный взгляд, но Тео никак не отреагировал на него. Тогда я подошел к двери и, взявшись за прутья темницы, позвал:

–  Отец! Это я, Виктор.

Молчание.

–  Отец!

В темноте камеры я не мог разглядеть ничего. Там не было даже одной несчастной свечи. Наконец, я услышал какое-то бормотание.

«Что с ним? Заболел?»

Затем я увидел его лицо, приближающееся ко мне. Он был таким же, как и утром. Затем он поднял на меня глаза, и в них я увидел отчаяние.

–  Все в порядке? - спросил я, глядя на отца.

–  Виктор... Никак не привыкну к твоему...

Я выпучил глаза, давая понять, что говорить об этом не следует. Отец кивнул и продолжал:

–  Все хорошо. Меня тут кормят. В углу стоит обрезанная бочка для опорожнения.

–  Плохо. Они ведь тебя не пытали?

–  Нет. Но хотели. Как ты?

–  Отлично. Мне дали комнату и кормят два раза в день.

Отец кивнул. Я приблизился к прутьям вплотную и, ощущая их ржавый запах, прошептал:

–  Отец, я вытащу тебя отсюда. Держись.

–  Надеюсь, с тобой будут хорошо обращаться, лисенок, - сказал он, и я ощутил, как что-то неприятное разлилось изнутри.

–  Все, Виктор, пошли, - прозвучал голос Тео.

Я ощутил себя собакой, которую выгуливают. Попрощавшись с отцом, я устремился за эльфом. Теперь я хотел знать, где находится Линдо. Возможно, что от него уже избавились. Тем лучше.

Не придется возвращаться в женское тело. Так гораздо удобнее. Когда мы поднимались по лестнице, Тео проговорил:

–  Надеюсь, теперь ты спокоен.

–  Ага, - ответил я. - Только если бы там было освещение, было бы лучше. Он все-таки король.

Тео повернулся ко мне и сказал:

–  Бывший король.

Он почти уткнулся своим носом в мой. И я ответил:

–  В таком случае, я, бывший принц, который может свалить отсюда ко всем чертям.

Я был доволен своим ответом. Но такого, как Тео подловить сложно:

–  Ты уже даже не бывший принц. Ты признал, что мой раб. Так что будь любезен говорить со мной с уважением.

«Черта с два, остроухий», - подумал я, глядя ему в спину. С еврейскими эльфами только и работают еврейские методы. Я думал теперь, оставляя за собой последние ступени, о том, чтобы обхитрить его. Ты начал войну, Тео, и Виктор принял вызов. Скоро ты начнешь пожинать плоды своих деяний.