Чтение онлайн

– Так это ты ее автор? – я пристально посмотрела на его руки. Они отнюдь не были руками каменщика. Это были типичные руки богатея, отродясь не державшего в них ничего, кроме ручки для подписания чеков, стилус для тыкания в экран и клюшки для игры в гольф.

Он проследил мой взгляд и улыбнулся.

– Мы живем в двадцать первом веке, госпожа. Сейчас для того, чтобы работать с камнем, совершенно необязательно бить по нему молотом.

– И когда ты закончил свое творение?

– Около пяти лет назад, госпожа.

– С тех пор ты не вносил никаких корректив? – я коснулась рукой шрама на подбородке.

– Никаких, – подтвердил он.

Сюжет, обреченно подумала я.

Что-то связанное с мистикой, древними манускриптами и тайными оккультными сообществами, и хорошо, если без кровавых человеческих жертвоприношений обойдется. Интересно, а это как-то связано с теми моими способностями, которые заинтересовали ТАКС? И может ли Цензор разрушить свой собственный сюжет, или все происходящее и будет являться его частью?

– Значит, у тебя нет сомнений?

– Никаких, – снова сказал он.

– А то, что я совершенно не ощущаю себя вот этим вот всем, в расчет как-то принимается?

– Скорее всего, нет, госпожа, – сказал он. – Просто эта часть тебя еще спит, и когда придет время, она пробудится, и ты осознаешь свое предназначение. А мы всегда будем рядом с тобой, будем помогать и поддерживать

– И направлять? – уточнила я.

– Нет, госпожа, – сказал он. – Не нам, простым смертным, давать советы дочери богов.

Лучше бы мой папа оказался простым королем, подумала я. Это было бы как-то ближе и понятнее, и меня максимум могли бы отравить или насильно выдать замуж, и это, наверное, худшее, что могло бы со мной случиться, но это все равно звучит лучше, чем текущая неопределенность.

– Расскажи мне о моем отце, – попросила я.

– У нас не принято о нем говорить, госпожа.

– Вот как? И почему? Боитесь, что он услышит и покарает?

– Нет, просто обычно такие разговоры заканчиваются спорами, иногда очень ожесточенными, – сказал брат Тайлер. – Тебе я, безусловно, не могу отказать, но вообще мы внутри Братства такие разговоры не поощряем. Твой отец – фигура слишком неоднозначная. Одни говорят, что он – воин в сияющей броне, рыцарь без страха и упрека, бесстрашный и доблестный паладин, который придет на помощь нуждающимся и накажет виновных. Другие же за то, что он творил, считают его чудовищем. Он всегда приходит на помощь к другу, но быть его другом смертельно опасно. Он был простым человеком и стал богом, а потом стал убийцей богов. Он дважды умирал и дважды возрождался, и с каждым разом становился сильнее. Он рушил миры в бездну хаоса, преследуя свои собственные цели.

Я подумала, что это описание совсем непохоже на папу Бэзила.

Линялые джинсы, выцветшая куртка, стертые кеды, ржавый пикап… Всегда считала, что сущности, в перерыве между завтраком и обедом рушащие миры в бездну хаоса, должны выглядеть как-то более пафосно.

Конечно, после той истории в Дерри у меня были какие-то подозрения, что он немного не тот человек, каким пытается казаться, но не думала, что до такой степени не тот.

С другой стороны, это вполне может оказаться преувеличением в рамках текущего сюжета, и на самом деле он не мир в бездну хаоса обрушил, а, скажем, грузовик с обрыва уронил. Или сахарницу на кухне.

– А что насчет моей матери? О ней у вас тоже говорить не принято?

– Здесь подобных ограничений нет, – улыбнулся брат Тайлер. – Твоя мать – Морриган, богиня войны и плодородия.

– Плодородия? – удивилась я. – Довольно неожиданное сочетание.

– Не того плодородия, что связано с посадками озимых и урожайностью с гектара, – сказал брат Тайлер.

– О, – сказала я.

Если моя мать действительно богиня секса, это многое в моей жизни объясняет, мрачно подумала я.

– Богиня похоти и страсти, – сказал брат Тайлер. – Богиня плотских утех, великая королева, соблазняющая мужей и вдохновляющая их на подвиги. Прекрасная женщина или прелестная дева, которая…

– Хватит, хватит, я уже поняла, – сказала я. – Значит, она – Война, а он – Месть?

– Истинно так, госпожа.

Неудивительно, что они встретились.

– Ты знаешь, что с ней случилось?

– Знаю, госпожа, – сказал брат Тайлер и уставился на тлеющие в камине угли.

– Мне кажется, ты хочешь о чем-то умолчать, – сказала я.

– Нет, госпожа, я бы не посмел, – сказал он. – Просто это не та часть истории, которую хорошо рассказывать темными ночами ребенку этих родителей.

Такой заход не мог меня не насторожить, и я приготовилась услышать страшную правду.

– Они познакомились, когда он восстанавливался от ран после очередной своей битвы, – начал брат Тайлер издалека. – Она помогла ему исцелиться, она ухаживала за ним и приносила воду, когда он хотел пить…

– И на этой почве между ними завязался роман, – сказала я.

– Истинно так, госпожа, – согласился брат Тайлер. – Но поскольку оба они были людьми сильными и своенравными…

– …то у этих отношений не было будущего.

Он кивнул.

– В Заветах этому уделено не так уж много внимания, ибо они сконцентрированы на том, что происходило и должно произойти в этом мире, а твои родители повстречали друг друга в мире ином.

– Параллельный мир? Параллельная вселенная? – всегда подозревала, что папа Бэзил приходит откуда-то издалека.

– Да, – сказал он. – Миры, где война никогда не меняется, миры, где война никогда не кончается. Твои родители были плотью от плоти того мира, кровью от крови его, и кровь его они пили вместо вина, и она пьянила им головы…

– И вполне можно обойтись без таких подробностей, – сказала я. – Что было дальше? И по возможности, нормальным человеческим языком, без этих вот «плоть от плоти».

– Их роман был бурным и быстротечным, – сказал брат Тайлер. – В конце концов, их пути разошлись, а потом случилась большая война и твои родители оказались по разные стороны баррикад, и когда твоя мать встала против твоего отца, ее постиг Смерть.

– Э… – вот эту новость было не так уж легко переварить. Папа Бэзил говорил мне, что мама умерла, но никогда не говорил, как. – То есть, ты хочешь сказать, что мой отец убил мою мать?

– Нет, госпожа. Я же сказал, ее постиг Смерть.

– Постигла?

– В мирах бесконечной войны Смерть имеет мужской пол, – сказал брат Тайлер. – В мирах бесконечной войны у Смерти есть имя, и имя ему – Борден. Смерть – близкий друг и соратник Мести, твоего отца.

– И он убил мою мать?

– Да, госпожа.

– Они после этого так и остались друзьями?

– В Заветах об этом ничего не сказано.

– Чушь какая-то, – сказала я. – Разве Месть не должен был отомстить?

– Отомстить Смерти?