Чтение онлайн

Ни шепота, ни детского плача, Таллия ощутила холод, ее наполнило чувство потери. Неужели Эмиссары успели до такой степени запугать народ? Значит, на улицах уже воняло горелой плотью, а деревни были наполнены зловонием от ужасных смертей во имя Эмиссаров и остальных мерзавцев, желавших захватить вызывающий ненависть контроль?

Её предки сражались с этим на протяжении двух веков после завоевания Каринии. Если поразмыслить, то, когда они позволили некоторым их этих жестоких людей остаться у власти, совершили ошибку. Потребовалось практически восемьсот лет, чтобы мерзавцы вернулись и укусили их за задницы. Таллия жалела, что стала свидетелем этого. Она чувствовала себя неудачницей и понимала, почему ее отец так отчаянно хотел мальчика.

Не её предки потерпели поражение, это была Таллия — последняя принцесса Каринии.

Она взглянула на Алека, затем на остальных Эмиссаров, и её ненависть стала сильнее, чем когда-либо прежде. Как ни странно, они не выглядели такими уж самоуверенными. Она быстро просмотрела на лицо каждого Эмиссара, а затем обратно на толпу, стоящую перед ней. Что-то было не так.

Алек повернулся и подошёл к одному из охранников, который быстро кивнул и вернулся в замок, прихватив с собой ещё четверых мужчин. Всё, что могла делать Таллия — стоять и наблюдать за Алеком, который вновь заговорил. По обеим сторонам от принцессы стояли два охранника, вооруженные мощными лазерами, которые использовали только во время войны. Они тоже выглядели обеспокоенными, их оружие было поднято. В этот момент Таллия заметила движение справа.

Люди зашевелились. Она окинула взглядом толпу, выглядывая семифутового серебристого мужчину, который смог бы сплотить народ в своих целях. Но там не было никого, кто возвышался бы на целую голову и плечи над остальными. Вместо этого она заметила, когда присмотрелась, Хелькера. Сосредоточив все свое внимание, она пригляделась и поняла, что там стояла вся её личная стража. Они планировали попытку побега.

Алек шагнул вперед, его голос загремел:

— Хорошо подумайте, прежде чем действовать. Нет никаких причин проливать сегодня кровь. На каждого из вас приходится трое моих стражников.

Хелькер прошел сквозь толпу, остановившись прямо напротив Алека, который сразу подал знак своей страже. Десять из них вышли вперёд, чтобы окружить Хелькера.

— Если не желаешь кровопролития, то немедленно покинь дворец. Ступай к монахам и там доживай свои дни в мире и покое. Принеси обет молчания и прекрати насилие, в этом случае, до тех пор пока ты будешь держать обет, ты будешь в безопасности.

Алек открыл было рот, чтобы возразить, но Хелькер прервал Эмиссара:

— Или ты можешь умереть здесь и сегодня. Таковы условия.

Алек рассмеялся. Но никто больше не поддержал его. Один из Эмиссаров начал пятиться назад подальше от других, косясь на дверь, ведущую обратно во дворец. Но прежде чем он успел дойти до нее, группа людей из тридцати мужчин, крестьяне с мечами и старинными лазерами, вышла из двери и окружила Эмиссаров, а также стражников, удерживающих Таллию.

В тот же момент к глоткам стражи, столпившейся вокруг Хелькера, были приставлены мечи с криками бросить оружие. Мужчины подчинились, даже не взглянув на Алека в поисках разрешения.

— Удерживать позицию. — Голос Алека утонул в гомоне ревущей банды, в которую превратилась толпа.

Осознав своё поражение, Алек повернулся, чтобы сбежать, но Эмиссары уже были окружены.

В последней попытке спастись, он бросился на Таллию. Он не смог бы навредить ей каким-то образом, не сейчас, но принцесса не желала, чтобы он использовал её, вынуждая кого-то сдаться. Благоразумие и тренировки, полученные от старого капитана её отца, были вспомнены Таллией. Она дотянулась до кобуры с лазером охранника, который стоял справа, и выдернула оружие.

Алек засмеялся, ринувшись к ней.

— У тебя не хватит смелости, женщина.

Но у неё хватило. Таллия, не колеблясь, выстрелила, покончив с Эмиссаром раз и навсегда.

Он упал на землю.

— Вот моя жертва вашим богам, — заявила она, пока Эмиссар лежал перед ней и умирал, его плоть обгорела, а глаза закрылись в последний раз.

Толпа начала выкрикивать её имя, по всему двору раздавались радостные возгласы.

— Королева Таллия. — Голос Хелькера перекрыл шум, и скандирование усилилось, вскоре оглушив принцессу.

Она улыбнулась, впервые искренней улыбкой, но с оттенком печали. Рядом не было ни Райаны, чтобы разделить этот момент, ни Джоара, чтобы разделить с ней постель. Если ей не повезло и она не зачала ребёнка, то ей придется искать нового мужа, чтобы родить наследника. Но Джоар был прав, познав его, она никогда не захочет видеть в своей постели другого мужчину.

Остальные Эмиссары сдались, как и охрана, увидев, что их превосходят и числом, и вооружением.

— Скажите, что нам с ними делать? — спросил Хелькер.

— Отведите их внутрь, — ответила она.

Таллия прошла в храм Эмиссаров, который они использовали как свой дом и церковь. Ей пришлось идти по коридору, где ранее не ступала нога ни одной женщины, чтобы встретиться лицом к лицу с Эмиссарами, окруженными стражей.

— Здесь, в вашем священном месте, вы преклоните колени и поклянётесь в верности не только мне, но и любому следующему монарху. Как главы своего ордена вы убедитесь, что каждый из ваших последователей будет знать об этом. Вас отведут наружу, и вы дадите клятву перед всеми вашими сородичами и родственниками. Итак. Кто хочет пойти первым? 

— До сих пор не могу поверить, что ты привёз меня домой, — обратился Джоар к Кригану.

— Я решил, что, если тебе нужно спасти свою принцессу, лучшее место, чтобы найти людей, готовых сражаться за тебя, — это Лимера.

— С чего ты взял, что они будут сражаться за меня? И откуда знаешь, что мы не опоздали? — ехидно спросил он.

— Этого я не знаю. Зато уверен, что ты не смог бы справиться с этими безумцами в одиночку. Ты же сам говорил, что потребуется целая армия, чтобы свергнуть их. У них есть оружие, а у нас — нет. У них есть солдаты, у нас — нет.

— Я мог собрать армию.

— Из крестьян? — рассмеялся Криган. — Да ладно. Ты же знаешь, как трудно заставить нормальных людей сражаться за что-либо ещё, кроме крыши над головой и еды в животе. А они это уже имеют, даже если Эмиссары в итоге захватят власть.

— Ты тоже такого мнения, Райана? — спросил Джоар.

Она стояла и смотрела в окно, пока их корабль покидал облака и направлялся к земле, расположенной неподалеку от крепости его отца. Джоар не искал этой встречи.

— Я считаю, что люди могли бы пойти за тобой. Но также я знаю, что они не твой народ, как и не мой.