Чтение онлайн

Было проще простого устроиться поудобнее и подслушивать сквозь чуть приоткрытую дверь служебного входа. К ее удивлению, София и полковник Найт находились не в постели, а сидели, воркуя, на диване, словно пара глупых юнцов.

Она самодовольно ухмыльнулась.

Ах как плохо ведет себя принцесса, подумала она, подглядывая за своей хозяйкой, сидящей на коленях у полковника. Принимает этого жеребца-производителя одна, почти раздетая... Какой скандал!

Полковник Найт беспокоил их всех, особенно ее. Алекса понимала, что с ним надо обращаться осторожно.

Телохранители ему не доверяли, и, судя по всему, их опасение, что ее высочество наняла его для собственного удовольствия, все-таки имело под собой основания. Естественно, у него был блестящий послужной список, но реальная причина назначения этого красавца на пост нового начальника службы безопасности была отлично видна с наблюдательного пункта Алексы.

Никто не мог бы с уверенностью сказать, что он хочет получить от всего этого. Возможно, англичане поручили ему соблазнить принцессу для достижения собственных тайных целей.

Трудно сказать, каковы мотивы полковника, но одно было совершенно ясно: ее высочество влюблена.

Алекса приподняла бровь. Любопытно было бы узнать, какие такие греховные услады предложил ей этот красивый вояка, если София, отпрянув от него, гневно воскликнула:

– Нет! Ты в своем уме? То, о чем ты говоришь, невозможно!

Алекса навострила уши. Некоторые позиции были трудны для исполнения и требовали особой гибкости, но нет ничего невозможного, если имеется желание и чуть-чуть ароматизированного масла...

– Ш-ш-ш... – Полковник снова привлек к себе Софию и что-то зашептал ей на ухо.

Алекса, задумавшись, наблюдала за ними. Если София не отваживается исполнить его необузданные фантазии, то она-то могла бы с готовностью предложить свои услуги.

София вырвалась из его рук.

– Хватит! Не желаю тебя слушать! – крикнула она и зажала руками уши.

– Дорогая, я не хотел расстроить тебя... – сказал он.

– Замолчи, пожалуйста. Ты абсолютно не прав. – Она покачала головой с расстроенным видом.

Алекса наморщила лоб, соображая, не пойти ли ей туда, чтобы помочь.

Откровенно говоря, вкусы у некоторых из этих англичан, казавшихся такими правильными, были абсолютно непристойными даже по ее стандартам.

– Просто подумай об этом, – уговаривал он ее.

– Здесь не о чем думать. Ты ошибаешься, Гейбриел. Верь мне. Неужели ты считаешь меня такой дурочкой? Ты сам не знаешь, о чем говоришь.

Алекса в некотором смятении сочувственно покачала головой. Бедная София! По ее лицу было видно, что ее ненаглядный любовник причинил ей боль.

Какие все-таки мерзавцы все мужчины, подумала она. От любви одни мучения. Поэтому она и не хотела влюбляться.

– Думаю, что тебе пора уходить, – сказала София своему англичанину.

Полковник Найт выпятил квадратную челюсть, но послушно встал и вздохнул, опустив руки по швам.

– Прошу прощения.

София снова покачала головой и, сложив руки на груди, отвела взгляд.

– Я знаю, что ты хотел сделать как лучше, но сейчас, прошу тебя, уходи...

Он так и сделал. Отвесив ей безупречный поклон, он ушел. Отказ Софии его, как видно, тоже расстроил.

Ее высочество закрыла лицо руками и опустилась на кушетку. Какое-то время она лежала не двигаясь, в конце концов подняла голову и, решительно смахнув слезинку, спокойно взяла свой бокал красного вина со стола, где его оставила. Когда она проходила мимо места, где пряталась Алекса, лицо ее было бледным, а глаза немного покраснели.

Алекса нахмурила лоб. Ей до смерти хотелось войти к Софии и задать своей хозяйке кое-какие наводящие вопросы, чтобы узнать, что же все-таки шептал ей полковник. Но тогда София поняла бы, что она уже давно шпионит за ней, как шпионила нынче утром, когда полковник показывал ее высочеству тайный подземный ход.

Алекса не могла допустить, чтобы ее хозяйка узнала правду. Как-никак доверие Софии было единственным, что стояло между ней и вечно присутствующей угрозой расправы со стороны тунисца. У нее мороз пробежал по коже при воспоминании об изогнутом кинжале с его зловещей гравировкой. Ее заставили очень хорошо разглядеть это оружие в тот день, когда похитили на Бонд-стрит, где она покупала какую-то бижутерию.

Тунисец с черными, как оникс, глазами сказал, что перережет ей горло, если она не исполнит все, что ей прикажут, и она ему поверила. Если у нее были какие-то сомнения относительно того, что он выполнит свою угрозу, то они исчезли в ночь нападения.

Она пережила ужасные моменты в экипаже, потому что знала, что произойдет, отчаянно хотела предупредить Леона о засаде, но побоялась.

Не могла же она обратиться за помощью к телохранителям. Она пользовалась ими всеми, неотесанными дуралеями, в своих целях.

Нет, Алекса уже смирилась с поражением. Орден Скорпиона обещал не причинять зла Софии – и точно так же обещал отрезать ей голову, если она откажется с ними сотрудничать.

Она предала Софию, чтобы уберечь на плечах свою белокурую голову, а потом стать наконец свободной от всего этого. Свободной от жизни во дворце, похожем на тюрьму, со всеми его сплетнями и интригами. Свободной от необходимости жить в тени Софии. А самое главное, свободной от всех неправильных решений, которые она сделала. Скоро у нее появится шанс начать жизнь с чистого листа, стать новым человеком...

Но сначала надо пройти через этот кошмар и оставаться спокойной, играя еще какое-то время роль глупышки.

Еще пара недель – и все закончится.

Для Софии, пребывавшей в смятении, предостережение Гейбриела относительно возможного предателя среди ее телохранителей было слишком большой нагрузкой на нервы, тем более что она выросла в дворцовой атмосфере, где приходилось сомневаться в искренности каждого. Когда она лишилась своих ближайших родственников, люди, охранявшие ее долгие годы, заменили ей семью. Поэтому высказанное Гейбриелом предположение глубоко ее огорчило.

Обладая логическим складом ума, она, конечно, не исключала возможности, что он прав, но сердце отказывалось согласиться с этим.

Охватившая ее паника заставила ее разозлиться на него, потому что он продолжал упорно убеждать ее в том, о чем даже помыслить было страшно.

Который из ее драгоценных телохранителей мог оказаться предателем? Ведь все они были ей как братья. Конечно, она понимала, что глава службы безопасности лишь выполняет свою работу и что сказал он эту ужасную вещь только потому, что хотел защитить ее. Но он наверняка ошибся. Она не вынесла бы, если бы такое оказалось правдой, тем более что столько всего они пережили вместе. А вдруг из-за предателя в их рядах погиб Леон? Можно ли исключить такую возможность?