Чтение онлайн

— На ваш выбор.

— Хорошо, — продолжая стенографировать, сказал молодой человек. — Что-то ещё.

— Всё, — закрывая меню, ответил Герман. — Думаю, дама заказала достаточно, чтобы ограничится тем, что уже есть, — натянув недовольную улыбку ответил Герман.

— Что-то не так? — мотнула головой я. Герман промолчал, продолжая выдавливать нелепую улыбку. — Вы же хотите всё исправить. Извинения это хорошо, но, будем считать, что это ваш второй шаг к исправлению.

— Как пожелаете, Вероника Михайловна.

Было видно, как его сдавливает изнутри. Как он недоволен. Но по какой-то необъяснимой причине, он всё равно не собирался говорить об этом, продолжая сдерживаться изо всех сил.

— Боже мой… — бубнила я себе под нос, глядя на количество принесённой еды, которая уже еле умещалась на столе. — И зачем я столько заказала…

К этому времени Герман уже успел смириться с происходящим и поборол своих демонов, рвавшихся наружу. Теперь он смотрел на непрекращающийся поток тарелок с неким позитивом. Иногда на его серьёзном лице даже проскакивали непроизвольные смешки.

— Мы можем попросить их отменить заказ?

— Отменить? Они не будут брать деньги?

Герман снова улыбнулся.

— Нет, по счёту заплатить конечно придётся, но они хотя бы уберут это обратно на кухню.

— А потом выкинут?

— Может быть. Может раздадут своим.

— Ну уж нет! Так не пойдёт. Если кому и раздавать, то только вашим работникам.

— Хотите принести это в офис?

Я закивала.

— Правильно понимаете, Герман Дмитриевич. Схватываете на лету.

Как только официант принёс очередную тарелку, которую попробовал пристроить в свободное место, чудом поставив её на три другие, я притормозила его.

— Подскажите, можно упаковать это в контейнеры?

— Конечно, — сжимая челюсть так, что на лице проступали скулы, ответил молодой человек.

— Сделайте, пожалуйста.

Официант молча развернулся, явно не желая терпеть наше общество, чем этого требовали обстоятельства.

— Вероника, вы ведь не такая, — по-доброму глядя на меня, сказал Герман.

— К чему это?

— Зачем этот цирк? — обводя взглядом тарелки, спросил он.

Сил продолжать отыгрывать заносчивую дрянь больше не было. К тому же мне стало действительно стыдно за такое поведение.

— Не знаю… Просто… Я не знаю… — окончательно сдалась я. — Что вы хотите услышать?

— Правду, — коротко ответил Герман.

— Я тоже… — вторила я.

— И как же нам быть?

Я замотала головой. Повторяться несколько раз не хотелось совсем.

— Думаю, нам стоит отложить наш обед, ужин или что там ещё. Давайте просто отнесём всё это в офис и раздадим вашим работникам.

Герман отвернулся к окну, глубоко выдохнул. Он был растерян.

— Да, вы правы, наконец сказал он. Давайте сделаем так, как вы говорите, Вероника Михайловна.

Дождавшись, пока всё заказанное оказалось упаковано в пластиковые контейнеры — объём блюд уменьшился втрое, как минимум из-за огромных тарелок с бесполезной сервировкой по бокам, которая служила только для визуального увеличения блюд, — мы подняли несколько пакетов с заказанным и отправились к автомобилю, даже не позволив поесть себе.

Всё это время мы молчали. Но на обратной дороге Герман всё же решился завести новый разговор, подняв интересующую его тему.

— Что по поводу вашей работы?

Я как всегда не поняла. Но чтобы не показаться банальной, устав от собственных же вопросов, решила заявить:

— Если хотите знать что-то конкретное, задайте конкретный вопрос. Что именно вы хотите знать?

От такого Герман даже замялся.

— Хочу знать, собираетесь ли вы продолжать карьеру модели.

Ох… Только не это…

— Вам всё ещё нужна моя помощь? Хотите, чтобы я продолжила притворяться вашей сестрой?

— Я не хочу, чтобы вы делали того, чего не желаете делать. Тем более, вам ведь сейчас нужно отдохнуть после всего… случившегося. Но, так или иначе… да, — он посмотрел на меня, — я буду рад, если мы продолжим сотрудничество.

— Так вы это называете? — меня даже немного рассмешили его слова.

— А как вы это называете? — ответив улыбкой на улыбку, сказал Герман.

— Обман, — уверенно кивнула я. — Обман, и никак иначе.

— Что ж, как скажете, — согласился Герман. — Обман, так обман. — Он снова посмотрел на меня, оторвавшись от дороги. — Так что скажете: хотите продолжить наш обман или нет?

Я улыбнулась, убирая растрепавшиеся волосы с лица.

— Возможно.

Радовалась недолго, так как очень быстро вспомнила, в каковы риски. Я собственноручно загоняла себя в жернова соперничества двух титанов. Первый— неизвестный спонсор, любитель отыгрывать иностранцев, явно обладающий немалыми средствами и мечтающий уничтожить моего бывшего начальника. Второй же — сын бандита, который ещё до сих пор не проявил ни одной свойственной бандиту черты. Если только не считать его тиранию, продолжавшуюся последние полтора года. В остальном — ничего странного или страшного. Правда… это может быть всего лишь образ… Может, он просто обманывает меня, чтобы втереться в доверие. Что, если он знает о моём разговоре с Арманом? И как раз поэтому он так сильно изменился… Всё так хорошо складывается… Но нет, не стоит накручивать себя раньше времени. Нужно просто пронаблюдать и только потом делать какие-то выводы.

В офис мы зашли вдвоём. Слава богу, не под ручку. Ира, кстати, и без того была удовлетворена таким возвращением. Наверняка, у неё в голове уже успели свариться сразу несколько историй для предстоящих сплетен на тему того, как я провела время с Германом Дмитриевичем. Обязательно, когда буду уходить, нужно сообщить подруге, что ничего такого не было. Иначе, при следующем визите, велика вероятность наткнуться на историю о том, что в скором времени я ожидаю ребёнка от своего бывшего босса. Как говориться, главный генератор сплетен в деле. Ох Ира-Ира…

Обогнув стену ресепшена и оказавшись на обозрении работников офиса, что по привычке уткнули взгляды в мониторы, как только заметили начальника, я мягко подтолкнула Германа, протягивая ему свои два пакета с блюдами. Он непонимающе помотал головой, как бы спрашивая, на что это я намекаю.

Я ответила:

— Вы тут начальник. Вы и вручайте.

Герман выдохнул.

— Э… — первое, что вывалилось у него изо рта. От такого начала я непроизвольно захохотала, прикрывая рот ладошкой. Герман заметил это, отчего смутился ещё сильнее. — В общем…