Чтение онлайн

А Мариса была сногсшибательно красива. Он не мог оторвать от нее глаз. Но она не была доступной. Она принадлежала ему.

– Прости меня. Я не должен был тебя оставлять.

Дамасо не привык брать на себя ответственность за кого-либо кроме себя, но эта женщина заставила его переоценить многое из того, что раньше он полагал само собой разумеющимся.

Мариса подошла к окну:

– Ничего. Я привыкла сама за себя сражаться.

Однако сегодня все было иначе – ведь это он поставил Марису в неловкое положение. Он, никогда раньше не чувствовавший вины и сожалений. И еще половины чувств, которые ощущал в ее присутствии. Если бы Мариса об этом узнала, она, без сомнения, высмеяла бы его. Она думала, что тогда на пляже он пытался просто соблазнить ее, чтобы заставить выйти за него замуж.

На самом же деле он просто смертельно хотел ее с самой первой встречи. И его голод рос с каждым днем. Он хотел ее тела – но не только. Дамасо хотел ее общества. Ее улыбки. Ее внимания. Хотел заботиться о ней. Хотел…

– Я не привык извиняться, – произнес он, и Мариса вздрогнула: его голос раздался прямо у нее за спиной, словно бы пронизывая ее насквозь, и от ее смешной защиты не осталось и следа. – Но мне очень стыдно за все случившееся сегодня. Правда.

Мариса была поражена, и только ее выдержка и осторожность не давали ей проявить свое удивление. За это время она не раз замечала в его поведении признаки достойного человека – такого, какого она могла бы полюбить. Она изо всех сил старалась держать дистанцию, но в глубине души хотела сдаться и позволить ему ее уговорить.

Он мягко, но настойчиво положил руку на ее плечо, и Мариса почти против своей воли развернулась. Выражение глаз Дамасо, как обычно, было непроницаемо, но его внимательный взгляд заставил Марису смутиться.

– Я просто хотел тебя побаловать.

– Побаловать? Я не ребенок.

Неудивительно, что он так к ней относится, учитывая ее репутацию. Да и положа руку на сердце, она и в самом деле не монашка. Одно время она даже стремилась поддерживать образ светской дивы, но ей это быстро надоело.

– Я знаю, – мягко сказал Дамасо, подходя совсем близко к ней.

Его голос был хриплым и таким соблазнительным, что Мариса вздрогнула. И еще эта рука на плече… О, как он легко покоряет ее. Желание росло. Как можно сопротивляться, когда она так безумно его хочет?

– И я не легкая добыча, – резко произнесла Мариса, стараясь не обращать внимания на дрожь возбуждения, охватившую ее. Если он поссорился со своей девушкой, пусть не думает, что может с ней утешиться.

– Я знаю, querida [2] .

– Это ты сейчас так говоришь. А на вечеринке…

– На вечеринке я с ума сходил от ревности.

– От ревности? – Мариса удивленно замерла.

Это значило, что ему действительно не все равно. Она потратила несколько дней на поиски информации о нем в Интернете и выяснила, что он уделяет поразительно мало внимания своим любовницам. Судя по всему, он обожал постоянно находиться в состоянии охоты. Чувство собственничества было ему незнакомо – он ни с кем надолго не задерживался.

Мысль о том, что Дамасо беспокоится о ней, растопила небольшой кусочек льда в ее сердце.

– Ты не способен на ревность. В твоем теле нет нужного органа.

– Разве? – Дамасо подошел еще ближе, и Мариса ощутила тепло его тела. – Возможно, тебе стоит проверить получше?

Он взял ее руку и положил на свою ключицу, и Мариса вздрогнула от удовольствия, принесенного его прикосновением. По ее руке побежали мурашки.

– Ты здесь спала, помнишь?

Его голос гипнотизировал, вызывая в ней воспоминания о том, как они были только вдвоем. Ее взгляд затмила пелена страсти. Даже больше, чем страсти, – желания того тепла и спокойствия, которое она однажды обрела в его объятиях. Мариса сглотнула, чувствуя, как ее воля слабеет.

– Не надо, Дамасо. – Она попыталась вырвать руку, но он не позволил. Сердце ее панически заколотилось. – Отправляйся к своей девушке.

Ее голос предательски дрожал, выдавая волнение.

– Она не моя девушка. – Он посмотрел ей в глаза, и у нее перехватило дыхание. – Мы расстались задолго до того, как я тебя встретил. Кроме того, сейчас мне не нужны другие женщины.

Он говорил, казалось, вполне откровенно. Мариса почувствовала, как дрожат ее колени.

– Прекрати! Хватит играть в эти игры.

Мариса злилась на себя за эту слабость и желание, которое ее охватывало в его присутствии. Дамасо нежно взял ее за подбородок:

– Я не играю в игры. Никогда. Это не в моих правилах.

– Ты всего несколько дней назад пытался меня соблазнить, поэтому…

Его ладонь вдруг коснулась ее губ, и Мариса потрясенно умолкла.

– Тогда ты сказала мне, чтобы я не прикасался к тебе, пока действительно этого не захочу.

Дамасо отпустил ее подбородок, однако вопреки ожиданию не убрал руку. Он провел длинными пальцами по ее шее, вниз к ключице, где неровно билась жилка пульса.

– Я хочу тебя, Мариса. Ты даже не представляешь, как сильно.

Мариса уперлась обеими ладонями в его грудь и толкнула изо всех сил, но он не сдвинулся с места.

– Неправда. Ты хочешь меня только потому, что я ношу твоего ребенка.

Она никогда не встречала мужчины, достойного ее доверия. Скорее всего, их просто не существует.

– Ты просто хочешь привязать меня к себе.

В его глазах мелькнуло что-то дикое, а затем его губы медленно сложились в улыбку, от которой у Марисы перехватило дух и ее грудь словно захлестнула горячая волна. Его ладони скользнули по ее голым плечам, и это прикосновение растопило еще один ледяной щит, который она вокруг себя воздвигла.

– Я нахожу тот факт, что ты носишь моего ребенка, крайне эротичным, – произнес он низким бархатным голосом.

Он шагнул к ней вплотную и коснулся бедром ее бедер, раздвигая их. Мариса резко втянула воздух, почувствовав его эрекцию. Она немедленно ощутила жгучее желание, а ее бедра сжались, словно не желая его отпускать. Воздух вокруг них словно звенел от напряжения.

– Я хочу этого, Мариса, правда. – Дамасо нервно вздохнул, его грудь ходила ходуном. – Дело не только в ребенке. Речь о нас с тобой. Для меня важно, что я чувствую с тобой рядом. И что ты чувствуешь.

Несмотря ни на что, она была готова ему поверить.

Дамасо взял ее ладонь и впился в нее поцелуем. Мариса ощутила, как слабость охватывает ее тело.

– Давай забудем обо всем и начнем сначала.

– Зачем? – Она из последних сил стремилась призвать на помощь всю враждебность и недоверие, которые помогут защитить ребенка от чужих посягательств. – Чего ты хочешь?

– Хочу, чтобы мы снова стали просто Дамасо и Марисой.

Это звучало так искренне и просто. Так соблазнительно. И, со вздохом отдаваясь на его волю, Мариса признала свое поражение в этой битве.