Принцесса в опаловой маске
Шрифт:
Вилха
С тех пор как я получила работу в магазине одежды, я утешала себя звуком шелеста шелка и ритмичным, методичным проколом иглы через ткань. Это первое, что казалось мне знакомых с тех пор, как наша процессия достигла Коринфа, и медленно, некоторые узлы в моем животе начали развязываться.
Пока еще не все. Я сидела и шила в магазине одежды, не собираясь вернуться в замок, но, все же гадая, что же там происходит. Пока я прячусь, что же стало с Эларой?
Слух, что принцесса в маске доехала до Коринфа, официально добралсь до магазина одежды поздно днем через дворянку по имени Альвира, ей нужно было изменить платье, которое она наденет на маскарад. Она стоит перед зеркалом, пока Кира стоит перед ней на коленях, подкалывая ее платье. — Мы обедали с ней и королевской семьей позапрошлой ночью. Действительно можно подумать — ой! — Альвира смотрит вниз на Киру, — Смотри что делаешь.
Мои руки холодеют при ее словах. Вместо того, чтобы сказать солдатам, что я сбежала, Элара все еще в замке и притворяется мной.
Кира смотрит на Альвиру снизу вверх, как будто бы она была из королевской семьи. — Вы встречались с принцессой в маске? И какая она?
— Неуклюжая и глупая. Она опрокинула бокал вина и использовала не ту вилку на ужине. Действительно, почему мир так очарован ей, не понимаю. — Она отдергивает платье и хмурится. — В любом случае, король решил, что она будет появляться на балконе каждый вечер перед закатом. Почему бы кому-то хотеть видеть ее, когда она вероятно жутко выглядит под маской, не то что я.
— Но ходит столько слухов, — говорит Кира. — А может быть она не страшная, может быть она красивая.
— Не может быть, — Альвира усмехается. — Да как она может быть красива? Она же из Галандрии.
— Вроде казалось… с ней хорошо обращались? — спрашиваю я.
— Конечно, — говорит Альвира. — Страссбурги сделали для нее праздник, не так ли? И принцессы Леандра и Руби кажется были с ней. — Она опять отдергивает платье. — Галина, этот подол сделан криво, можешь посмотреть на него? Твои девочки делают все не так….
Галина наклоняется, и пока они все изучают платье Альвиры, я отворачиваюсь, притворяясь, что сконцентрирована на платье сапфирового цвета, над которым работаю. Слушая их разговоры о принцессе в маске, я чувствую себя невидимкой, будто я призрак, который ходит по комнате долго после его смерти. Но слушая о том, что у Элары все хорошо, что никто не навредил ей в результате моего исчезновения, оживляет меня. Она — причина того, что солдаты не пошли за мной. Она должно быть по-настоящему великий притворщик, которым себя представляет.
Или, возможно, нет, думаю я, протыкая иголку через сапфировый атлас. Возможно Хранители могли надеть маску на лицо любой девушки и обдурить Страссбургов. Король Эзеро хотел, чтобы его сын женился на принцессе в маске, не обязательно на Вильхамине Эндервин.
— Вилли, — говорит Кира, — мы должны пойти сегодня и встать перед воротами замка, и подождать пока наступит закат, чтобы увидеть принцессу в маске.
— Я? — говорю я удивленно. — Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой?
— Конечно, — смеется Кира. — А почему нет?
— Не почему, — отвечаю я. Не могу же я сказать ей, что никто не приглашал меня составить компанию.
— Вечером будет холодно, — продолжает Кира, смотря на мое тоненькое дорожное платье. — Ты принесла с собой еще какую-нибудь одежду? Или теплое пальто?
Я отвечаю не сразу. Я думаю обо всех чемоданах, которые взяла из Коринфа, но Кира путает мое сомнение с чем-то другим.
— Не смущайся, — говорит она. — Многие приезжают в город без багажа. — Она поворачивается к Галине. — Пожалуйста, можем ли мы ей дать несколько платьев из обносок? — спрашивает она, и Галина кивает.
— Из обносок? — спрашиваю я.
— У нас есть несколько платьев-заказы, что никогда не заберут или платья, которые нам пожертвовали, чтобы мы могли практиковать строчку, — Кира ведет меня в заднюю комнату и выбирает пару простых платьев в серых и черных оттенках. — Эти должны подойти. — Оба платья сделаны из шерсти и гораздо теплее, чем то, что одето на мне сейчас.
— Спасибо, — говорю я и беру у Киры платья с благодарностью. Возможно, я и все в окружении моего отца были неправы насчет киренийцев.
— Сегодня после ужина ты должна встретить меня у разрушенной статуи. Мы пойдем вместе, чтобы посмотреть на принцессу в маске, — улыбается Кира. — Хорошо?
— Хорошо, — говорю я, улыбаясь в ответ. — Я приду.
* * *
Позднее, пока я обедала с Виктором и Джеймсом, до меня дошло, что я не знаю, где находится сломанная статуя.
— Она около замка, — отвечает Виктор, отодвигая от себя тарелку лосося. Он строго смотрит на меня и скрещивает руки на груди. — Ты только прибыла в город. Тебе не следует бродить по улицам, как ты делала это пару дней назад.
— Виктор, — осторожно говорит Джеймс. — Я не думаю, что Вилли оценит такую заботу о ней.
Гостиница сегодня заполнена. Официанты метались между столов, вынося еду и наполняя кубки. Мужчина играл на лютне, пока несколько женщин смотрели на него с обожанием. Рядом с камином два мужчины играют в карты. И рядом с ними сидели Антон и Джаромил, окруженные группой грубо выглядящих мужчин. Все они пристально смотрели на Антона, который говорил.
В течение всего ужина я гадала, что они обсуждали, и имело ли это общее с грядущим маскарадом. Или все пересыхало во рту при одной мысли— с принцессой в маске. Независимо от той работы, что кто-то нанял Антона и Джаромила сделать, ясно, что они нашли себе помощников.
Мой отец все еще оправлялся от нападения на площади Элеаноры. Но люди, которые пытались убить его — неважно кто они — сидели бы они просто так в гостинице, обсуждая свои дела, пока вокруг них?
— Я просто говорю, — говорит Виктор, не останавливаясь. — Такие как ты молодые люди думаете ….
Его прервал крик. Люди, которые играли в карты стали обвинять друг друга в жульничестве. Один из них встал и бросил тарелку о стену. Она разлетелась и частички приземлились на пол, довольно близко к Антону и Джаромилу.