Принцесса в побеге или уроки по выживанию
Шрифт:
— Не-е-ет!! — взвыл Вольп. — Нихахих зелий!!
— Сейчас, сейчас, — пробормотала та и нырнула в комнату за сумкой с зельями.
— Ы-ы-ы! — хотел прорычать огневик, но получилось лишь жалкое завывание.
Мальчики сели на диван, и уставились всеми глазами за предстоящим представлением. Я тоже присела на подлокотник.
— Так… Во-от оно… — вышла Диана с красным пузырьком. Из-за красного цвета стекла жидкость внутри казалась бардовой, и походила больше на кровь.
— НЕ-Е-ЕТ!!! — заорал рыжий, и кинулся куда-то за стол.
— КУДА!? — заорала в ответ очень недовольная ведьма, метнувшись к нему. Но жертва, уже на этот раз, зельевой пытки, лишь рванул вокруг стола.
— Вольп, это же зелье! — крикнула я, поддерживая подругу. — Оно же лечит!
— А дафайте, бутем считать, что я и так выличился, — предложил огневик, все так же шипилявя от опухшего языка. По сути, когда он молчал, заметно не было, но когда начинал говорить…
— Нет! Не давайте! — рыкнула Диана.
— Не путу я пить твою катость!
— Как так "гадость"!? — психанула ведьма. — Я корни цветочков в полнолуние собирала? Собирала! Я святую воду капала? Капала! Я лешего достала? Достала! А он, между прочим, отказывался мне давать мёд из роз! Я, если хочешь знать, ему чуть все ветки не поотрывала! А это для ведуньи недопустимо!
— Отшань! — только и ответил не послушный рыжик.
— Прокляну!! — крикнула Диана, и рванула к нему. Тот, естественно, от неё. И это продолжалось бы довольно долго, если бы Диана совсем не разозлилась и не топнула ногой. А потом резко отскочила назад. Из того самого места вырвались четыре лианы, и рванули к бедному огневику. Каждая с разных сторон стола, и схватила его за руки и ноги!
— Папочки, — прошептала перепуганная принцесса, совершено не готовая к такому исходу событий, и тихонечко соскользнула на диван.
— А-а-а!! — заверещал Вольп, и Диана этим быстро воспользовалась, подбежав и сунув зелье в открывшийся рот огневика.
Я была просто в упаде. В прямом смысле слова! Закрыла руками глаза, и наблюдала за ними из-за разведённых пальцев.
Сначала Вольп мычал (с зельем во рту), потом ругался (когда все проглотил). Причём очень цветасто ругался, высказав все своё мнение о недоделанных ведуньях, и об их зельях. Последнее выделил особенно, так, что даже мальчики, сидевшие подальше от меня, рты пооткрывали от восхищения. Потом посмоковал зелье, и понял, что говорит совершенно чисто.
— Святые огоньки… — прошептал, высунув язык, и пытаясь его рассмотреть. Толку, конечно, было мало. — Пусти меня, а?
Последнее злобной (но очень довольной) Диане.
— А что нужно сказать? — нахмурила бровки та.
— Прошу понять, простить и отпустить, — последовал незамедлительный ответ.
Ведунья ещё постояла и подумала над "отпусканием", но все же смилостивилась и отпустила неугомонного рыжего на землю. Четыре лианы вернулись на свои законные места, то есть в пол.
Диана очень гордо вскинула подбородок, и не менее гордо ушла в комнату, предварительно очень громко закрыв дверь, чтобы не оставалось сомнений в её расположении духа.
— Ведьма, — только и буркнул огневик, подходя к шоколаду и ножу.
— Нет! — крикнула я, отобрав нож. — Я сама!
***
И вот настал тот самый день. Разбудил меня очень сильный стук в главную дверь. Я (с включёнными волосами, в коротком халате, и совершенно сонным взглядом) открыла дверь.
— По-о-одьем! — провозгласила бодрая Профессор Женевьева. — Первый день, первые ощущения, и небольшой сюрприз!
— Ка… — провела рукой по волосам. — Кой?
— Та-кой! Это же сюрприз! Всё, пошла я, а вставайте! Но чтоб через час были, как штык, у центрального сада! — напоследок распорядилась она, и бодро стуча каблучками, ушла.
— Угу, — кивнула я, и закрыла дверь.
— Собираться? — послышался сзади хриплый после сна голос.
— Угу, — повторно кивнула Каю.
— Добро утро, что ли, — усмехнулся метаморф, проводя рукой по растрепанным волосам. Смешно ему, да?
— Доброе, — ответила я, зевнула, прикрыв рукой рот, и потопала в нашу комнату. — Разбудишь мальчиков?
— Угу, — отозвался тот.
Я зашла в комнату, и… Упала на кровать к Диане.
— Ну-у… — недовольно проворчала та. — Ты чего-о?!
— Собраться надо, Профессор Женевьева сказала, — ответила принцесса, забирая у ведьмы подушку.
— А… Ну, ладно, — пробормотала та.
И чуть снова не заснули.
— А кто это? — спросила Диана.
— Кто "кто"? — не поняла я.
— Ну… Профессор Женевьева, — объяснила ведунья.
— А… Профессор Воды, — ответила я.
— А… Хорошо-о…
***
— Девочки! Ну, вы чего!? — послышался совершенно недовольный голос Кая.
— А? — спросила я. Ершики лысые! У нас же первый день учёбы! Как я могла заснуть!? Я вскочила с кровати, чуть не врезалась в метаморфа, и поспешила в ванну.
— Сколько время!? — спросила я, умываясь.
— Полдевятого, у вас полчаса, — ответил он из комнаты.
— Почему ты раньше нас не разбудил!? — я выскочила из ванной комнаты с мокрыми волосами, но уже более-менее бодрым видом. Диана утащила у меня полотенце из рук, и тоже поспешила в ванну. Но на скорости я всё-таки врезалась в большую тушку наглого метаморфа.
— Потому что, был уверен, что вы собираетесь, — недовольно пробурчали в ответ, и, взяв меня за плечи, переставали подальше от себя. Ну-ну. Кай ушёл, и я спокойно переоделась в платье чуть выше колена, темно-синего цвета.
Через десять минут вышла из комнаты при полном параде. Даже накраситься совсем чуть-чуть успела.
— Ого, какие мы шустрые, — восхитился Кай, глотнув чего-то из кружки.
— Можно подумать все девушки долго собираются, — пробурчала за моей спиной Диана. — Доброе утро, мальчики!
— Доброе, — зевнул Кирилл. Бедненький вампир! Они же обычно поздно ложатся и допоздна спят, а тут.
Я посмотрела часы. Пятнадцать минут, даже позавтракать успеем. Я подошла к холодильнику, взяв какую-то кружку на столе. Глотнула.
— Ершики лысые! Что это?! — поморщилась я.
— Кофе, — буркнул Кай, и демонстрировано глотнул содержимое своей кружки.
— И он мой! — припечатал Вольп, отбирая у меня кофе.
Ой, ой, какие мы нежные!
***
Появились у центрального сада мы даже раньше многих адептов. Видимо, не все с первого раза проснулись, как я, поэтому спасибо нашему правильному метаморфу.
Вскоре собралась внушительная толпа из адептов. В их числах были и новички. Их можно было узнать счастливым физианомиям и улыбкам до затылков. Второй курс жалел о своём выборе, третий и четвёртый мечтал побыстрее от сюда убежать, а вот пятый мало чем отличался от первого. Время — все же удивительная штука.