Чтение онлайн

— Ну да ладно, я пошла. Не скучай, зайчик! — быстро бросила суккуба, и вышла из камеры. За ней ещё двое, ничего не понимающих от чар мужчин. Я вжалась в стену так, что вжиматься больше было не куда, и сжала кулаки так, что ногти больно впились в ладони. Нет, эту боль я могла вынести, но "зайчик"!? Это реально резануло по сердцу. И боялась я так, что даже старалась не дышать.

Но к моему счастью Астарта ушла в другую сторону, а мужчины шли за ней, как мошки на свет. Как только они ушли, я отлипла от стены, и облегчённо выдохнула. А потом подумал, что боятся мне здесь нечего, и вообще, пошли эти все куда подальше. Поэтому дала себе пять минут спокойно постоять, отойти от страха и слез. Когда я поняла, что готова к безэмоциональной встречи с кронпринцем, то просто разлилась струёй воды и просачилась в камеру метаморфа. Он там был один, поэтому я поняла, что теперь мне все фиалетово. Я приняла свой истинный облик, осветив камеру голубый сиянием.

— Ну-с, — жизнерадостно начала. — Вы как, Ваше Высочество?

Кайон сидел на полу с кондалами на руках, и они были не из обычного железа, а волшебного. Такого, который блокирует и выпивает магические силы. Его глаза смотрели на меня и все также светились почему-то тусклым, серебристым цветом. И смотрел он на меня неверящим взглядом.

— Что? — спросила я, и приподняла бровь.

— Я в раю? — простой вопрос.

— Ага, как же, — буркнула я. — Так тебя туда и пустили.

Серебристо серые глаза осмотрели меня с ног до головы. И улыбнулся, понимая, что это всё-таки я.

— Да всё шикарно, — ответил он, ехидно улыбаясь. А потом встал на ноги, но он был таким слабым, что было больно на это смотреть. В конце концов я не удержалась и дала ему по шее.

Послышались недовольное "Ай!", а потом вопрос:

— За что? — поднимая обе руки к шее.

За что!? За то, что я все это время, что ты где-то не рядом, не спала и не ела, жутко переживала за тебя, зараза ты безсовестная! И люблю я тебя, дурак! Сильно люблю… И давно уже…

А я снова не удержалась и обняла его. Крепко-крепко, потому что скучала все эти дни, потому что люблю его, потому что испугалась сильно. И мне все равно, что от него пахнет сыростью. Мой. Не отдам. Никому.

Но как бы я не хотела, Кайон так и не обнял меня в ответ. Да он вообще ничего не сделал!

И я только крепче прижалась к нему.

— Малыш, ты меня прости, но я не могу… — сказал он немного растерянно. Я, как ужаленная, сразу отскочила от метаморфа. Да, конечно… Он не может.

Кай протянул ко мне руки как бы извиняясь, и открыл рот, что бы что-то сказать, но тут в камеру совершенно безшумно просочилось тёмное облако, и моментально Кирилл принял свой облик.

— Ну, чего вы время тянете!? Потом будете обниматься-целоваться! — недовольно прошипел. Я невольно вздрогнула, и поморщилась. — Снимай кондала быстрей!

Тендай был полностью согласен с хозяином, но перед этим перелетел на плечо Кая:

— Ты как?

Кайон недовольно перевёл взгляд с меня на вампира, и сказал:

— Да, спасибо, я тоже рад тебя видеть! И спасибо, Тэндай, со мной все в порядке, в отличие от твоего хозяина. У него ни капли сожаления, и вежливости!

— Я этим займусь, — задумчиво ответил сокол, и медленно кивнул.

Кирилл, конечно, поморщился, и пробурчал: "Сплелись".

Метаморф протянул руки вампиру:

— Если бы хотел, давно бы уже снял!

И тут в камеру, сквозь решётки, забежала Виолетта, и шёпотом воскликнула:

— Хоро-оший на-аш!!!

Тэндай имел очень хорошую реакцию, поэтому успел взлететь до того, как лисица запрыгнула в раскрытые руки метаморфа, тот еле успел её поймать и обнять.

— Воротник, отстань от моего хозяина, — пробурчал недовольный симуран.

Вил перестала тереться моськой о куртку метаморфа, и приняла самое серьёзное вырожение мордочки, за всю историю самых серьёзных мордочек. А Кай медленно опустил песца, и так и остался сидеть на корточках, невольно поморщившись от боли. Меня саму как-будто вывернуло наружу, и встряхнуло — так сильно я переживала за него. Тем временем Вольф медленно подошёл к хозяину, и уткнулся мордой в лоб метаморфа. И долго так просидели, мысленно разговаривая. Первым очнулся Вольф, опустил голову над кондалами и положил на них лапу.

— Кирилл, позови Диану, — распорядился симуран. — Эльза, поможешь?

Кирилл сразу же помчался за ведьмой.

— Да, конечно, что нужно делать? — отозвалась я.

— Я блокирую магию, а ты просто замораживаешь кондала. Ясно?

В ответ я лишь кивнула, опускаясь перед Каем на колени. Он совсем был без сил, и еле открывал глаза. Видимо, мысленный разговор отнял у него последние силы. Бедненьки-и-ий мой!

Вольф широко раскрыл синие глаза, и уставился на замок кондалов, тихо объясняя мне, что они делают с нашим метаморфом:

— Это железо не обычное. Оно выпивает энергию. Абсолютно всю, поэтому силы метаморфа его тоже погидают и с каждой секундой быстрее, а этого допустить никак нельзя. Иначе нам всем кобза. А ему в первую очередь… Все, работай!

Я положила ладони на железо, слегка касаясь совсем бледной кожи Кайона.

Тут же влетели Диана, Кирилл и Вольп, тихо наблюдали за нами.

Я закрыла глаза и сосредоточилась на чертовом железе. Металл постепенно начал замерзать, и с тихим хрустом осколки упали у наших ног.

— Отлично, — похвалил меня фамильяр. — Диана, дай ему зелье какое-нибудь.

Ведунья на ходу достала бутылек, открыла и влила в рот метаморфа. Тот проглотил, и кивнул в благодарность.

— Кайон, посмотри на Эльзу, — распорядился симуран.

Метаморф тряхнул головой, и поднял на меня ослабленные глаза.

По спине пробежалась дрожь от ужаса, и я закрыла рот ладонью. Потому что его глаза…

Они не светились…

— Он больше не метаморф, — тихо подтвердили мои самые ужасные догадки Вольф.

— Как не метаморф!? — эхом прошептала Диана.

— Как не метаморф!? — психанула я. Какого лешего!?

Но сам Кайон был спокоен, как глыба. Как будто ему было наплевать на всё! Но знаем мы его довольно давно, поэтому понимаем, что под маской спокойствия творится что-то страшное, и нам лучше не лезть к нему. Но он просто встал и начал изучать кондала (то есть их ледяные остатки), которые совершили с ним этот ужас.

Ну а я у же не могла сидеть спокойно. Достала меня эта суккуба. Достала и всё тут! Хотелось вывернуть её наружу, и постепенно высасывать воду.

— А! Точно! — почему-то спохвстился метаморф… Точнее бывший метаморф…

— Держи, — и вложил мне в руку красный, крупный кулон.

— Что это? — не поняла я, чувствуя, как начинает дергаться глаз. Правый. Бесит потому что! Всё!

— Это кулон Астарты. Я успел сделать его копию, и поменять. Тут, мне кажется, четвертая часть легенды, — объяснил он.

Я повертела бардовый в руках, рассматривая его. Большой камень, обрамлённый каким-то чёрным металлом. Ладно, не суть. В камере было темно для сосредоточенного чтения, поэтому я подошла к Вольфу: