Чтение онлайн

– Ванну прими и оденься, наконец, - равнодушно бросает Артур, наконец-то отпустив мою руку.

– Рена найди, сейчас же! Плевать... Из-под бабы вытащи, но чтоб был через полчаса!
– это уже телефону.

Всю дорогу сюда, Артур не переставая звонил кому-то, иногда что-то сообщая, иногда спрашивая, чаще приказывая, как сейчас.

– Останешься здесь. Марк тебя посторожит, утром приеду - поговорим, - а это снова мне, под истошный писк трубы в руках.

– Что с Микой?!
– стараясь поймать его взгляд, спрашиваю я.

– С какой Микой?
– он снова глядит сквозь меня, продолжая бубнить в телефон:

– Мирна? Малышка, растолкай Тони... Да, очень... Жду.

– Что с Микой?!
– настойчиво повторяю я.

– Морган разберется, - делая жест рукой, будто отмахиваясь от назойливой мухи, бросает он и снова бубнит в трубку:

– Тони, паразит, развел гарем... не найти...
– в очередной раз рассказывая кому-то о том, как "перебили всех", Артур избавляется от мокрого костюма, рубашку и пиджак он небрежно бросает в одно из кресел.

"Занимается спортом, наверное..." - без рубашки Артур кажется гигантом, у него торс античной статуи.

"Интересно, почему в моем мире Арт так и остался щуплым забитым мальчишкой?" - вопрос не новый, но в этот раз ответ крутится совсем близко, еще чуть-чуть и...

Артур что-то с грохотом роняет в соседнем помещении и мысль снова исчезает. Я тупо стою посреди холла, не зная, что делать дальше, беспомощно кутаясь в измызганную простынку.

Арт возвращается быстро, одетый в новый, еще более элегантный костюм, с мокрыми волосами и неизменной трубой в руке.

– Твой приятель в порядке, - с непонятным презрением в голосе сообщает он мне и добавляет, криво ухмыльнувшись, - впал в истерику, оплевал Моргана, но тот его полечил, до утра проспит теперь.

– Морган?
– Артур меня совсем запутал.

– Твой этот...
– отчего-то мне кажется, что словом "этот" он заменил ругательство.

– С ним все в порядке?
– быстро спрашиваю я, чувствуя, как глубоко запрятанный страх за Мику рвется наружу.

– А что с ним сделается?!
– Артур проносится мимо, практически сметая меня с дороги.

Ветерок с улицы, едва заметный шорох двери и я остаюсь одна. Первая мысль - "бежать". Только куда и что потом? Да и Марк тут какой-то бродит...

Наваливается апатия, я в растерянности слоняюсь между ванной (душ против ожидания не добавляет бодрости, а скорее наоборот) и спаленкой с огромной кроватью-сексодромом. Кроватка, застеленная черным шелком и занимающая почти всю комнату, немного приводит меня в себя. Лежбище настолько безвкусно и неуютно на первый взгляд, что у меня мерзнут пятки.

– Это что Артур здесь спит? Однако...
– произношу вопрос вслух, чтобы просто услышать свой голос.

– Редко и не один, как правило!
– спокойно отвечают за моей спиной.

Я нервно взвизгиваю и оборачиваюсь, одновременно закрываясь прихваченным из ванной огромным полотенцем.

– Я Марк, - сообщает мне смутно знакомый парень в очках.

Растеряно гляжу, как он ставит на одну из тумбочек поднос с огромной чашкой.

"У него приятная улыбка" - думаю.

– Я буду в холле, - улыбается он мне, как ни в чем не бывало и уходит.

Еще один крепыш. Кажется, в этом мире все мужики сошли с ума на культе тела. И пистолетах! Паренек одет в обычные джинсы и футболку, но вот поверх футболки у него кожаная перевязь кобуры.

– Спасибо, - запоздало говорю спине.

– Добрых снов, - доносится из-за прикрытой двери.

Тупо смотрю на поднос - дымящаяся кружка чего-то ароматного, бутерброды с рыбьими яйцами, - никогда не любила, но голод дает о себе знать. Только сначала надо что-то на себя накинуть - хватит уже мир голым задом смущать.

Почти сразу нахожу в шкафу у Арта черную футболку и голубой банный халат. "Отель "Сребрянница"" - надпись на халате.

"Любопытно, неужели Арт халаты из отелей крадет?" - пробивает на нервный смешок.

Беру с подноса бутерброд и вгрызаюсь в него, стараясь не думать о противном вкусе икринок, лопающихся на языке. Меня грызет тревога за Мику и я стараюсь себя утешить.

"Раз его увезли к Доку Моргану - все будет в порядке... Да и Арт сказал..." - как любимую песенку в медиаплэйре прокручиваю успокоительное заклинание.

Чай принесенный Марком пахнет мятой и еще какими-то травками. Торопливо запиваю, последний бутерброд, чувствуя, как слипаются глаза...

"Неужели снотворное?" - пугаю саму себя.

Да нет, мне просто невыносимо хочется спать - силы окончились - обычные дела. Поэтому падаю на тигеринский сексодром... И засыпаю, не успев додумать очередную важную мысль.

***

Солнце заливает небольшую светлую комнату потоками жаркого света. От яркости его лучей сразу начинает болеть голова. Хотя нет - сначала засаднили губы, а потом хочется пить. Я долго пытаюсь открыть правый глаз, правда, довести до конца это важное дело мне не удается, но все же... Нда... На широком подоконнике огромного залитого светом окна я наблюдаю пару стройных женских ножек - зрелище бесспорно приятное, только совсем не вяжущееся с тем, что услужливо подсовывает мне память... Плачущая, но (слава всем богам, которых, кажется, нет) целая Каролинка. Потом какое-то покрывало превращенное в импровизированные носилки, на котором меня тащат неразговорчивые, похожие на близнецов, ребята. Неплохие ребята, даже морду мне очередной раз не начистили, хотя материл я их изрядно и вроде даже брыкаться пытался... Точно! Меня еще какой-то ненормальный седовласый очкастик, которого можно на иллюстрацию в сказки фоткать (один в один гоблин) осматривал и уколы колол. Руки мне держали, но вспоминается, что я в него все же умудрился плюнуть. Да... Интересно на меня страх влияет... Я ведь решил, что мне смертельную инъекцию делают!

Воспоминания приходят толчками, усиливая головную боль. Хочется прикрыть глаза, избавить их от режущей яркости солнечного света, но девушка в зеленом халатике, будто танцующая на подоконнике мне этого сделать не позволяет. Невысокая, пухленькая, с богатой копной темных волос девчонка, приподнимается на цыпочки, колдуя над задвижкой окна. И без того короткий халатик задирается, погружая меня в обдумывание интересного вопроса: "Какую смысловую нагрузку несут прозрачные трусики?" Жаль все хорошее быстро кончается - грохает, раскрываясь, тяжелая створка, впускает в комнату потоки вкусно пахнущего солнцем и хвоей воздуха. Истошно кричит какая-то птица за окном, потом раздался мерный стук...

– Ой, дятлы запели, - тихонько хихикает девчонка, легко спрыгивая на пол.

Ее хитрющие серые глаза с легкой ехидцей смотрят на меня. Подчеркнуто медленно оправляет халатик, отчего он еще заметнее обтягивает изрядные, в нужных местах, округлости. Одаривая меня приветливой улыбкой, щебечет:

– Доброе утро, больной!

– А оно доброе?
– кашлянув, чтобы прочистить горло, осведомляюсь я.

– Конечно, - игриво подмигивает девчонка, и спрашивает, - разве может быть недобрым утро, когда вы познакомились со мной?