Чтение онлайн

Позже в печати стали появляться сообщения о неудачах. Разочарование росло…

Но как все-таки заманчиво было бы получить информацию о процессах, отголоски которых должны хранить эти волны…

Не могу не вернуться к прежним записям, и хочу разобраться в существе наиглавнейшего для меня вопроса. Кто знает, какой извилистый путь пришлось пройти волновому лучу, предположим, от квазара, прежде чем он достиг Земли? Что это было — дуга, синусоида, замкнутый контур или какая другая линия? А может, разбухшая до бесконечности спираль, которая как штопор ввинчивается в подпространственный раздел, рождая на острие своем сложнейшую канву переплетений геометрических и физических начал? А почему бы и нет?.. Кто сказал, что наше пространственно-временное распределение должно быть похожим на надувной шар?.. Мне могут возразить, что есть тому свидетельства, в частности разлет галактик из единого гипотетического центра, который можно вычислить и восстановить. Ну и что? Разве может кто утверждать, что на окраинах Вселенная изотропна во всех направлениях и однородна?.. что наблюдаемый разлет вещества подчиняется только правилам классического взрыва? Вправе ли мы исключать, что истечение новообразованного пространства происходит не по всей периферии континуума, а выборочно, в одном или нескольких направлениях в виде самозарождающихся вихревых струй из субстанции физвакуума, в остальных же — растягивается под действием центробежных сил?..

Не могу также не коснуться предельных скоростей, хотя должен заметить, у меня нет аргументированных доводов в пользу своих слов. Скорость света в пустоте считается максимально возможной, а всё, что выше ее, вроде как лишено смысла. Но если какая-то тяготеющая масса, находящаяся, скажем, на окраине Вселенной, быстро переместится, то столь же быстро изменится и отделяющее ее от нашей точки наблюдения расстояние, а следовательно, и действующая между ними сила притяжения. Если, к примеру, что-то случится с тем же квазаром, то мы узнаем об этом только через миллиарды лет. Но как отразится такая катастрофа на гравитационном поле, связывающем его, условно говоря, с нашей Галактикой?.. Если считать, что гравитационный сигнал распространяется со световой скоростью, то нам придется ждать те же миллиарды лет, пока изменится главнейшая величина, определяющая стабильность существующего мира — сила взаимного притяжения. За это время объект (в принципе неограниченной массы) может рассеяться или прекратить существование (перейти, например, в энергию излучения) и тем самым изменить результирующий гравитационный потенциал в данной области пространства. Следовательно, первичное поле тяготения долгие годы будет сохраняться в неизменном виде, в то время как самого объекта уже может и не быть. Возможно ли такое? Может ли на поле тяготения распространяться правило неограниченного запаздывания, допустимое для луча света? Не напоминает ли это улыбку кота из известной сказки, которая осталась после его ухода? Устойчивость любой системы определяется прежде всего скоростью распространения обратной связи. Ожог вызывает чувство боли. При ожоге мы одергиваем руку, чтобы сохранить ее как часть нашего целого. Если бы этого не было, если бы запаздывала реакция обратной связи, то мы могли бы лишиться руки, даже не заметив этого. Так неужели за миллиарды лет, если считать скорость света предельной, с «руками» нашей Вселенной не произошло ничего такого, из-за чего их можно было бы потерять?.. При таком, казалось бы, громадном запаздывании гравитационного сигнала она давно уже должна была разделиться на ряд изолированных систем, размеры которых соответствовали бы устойчивому, сбалансированному их состоянию. Так как же изменяется сила тяготения при перемещении взаимодействующих масс? Как происходят при этом колебания гравитационного поля — сразу или с запаздыванием, причем тем большим, чем дальше находятся взаимодействующие объекты? Есть ли вообще теоретический предел размеров Вселенной… предел ее устойчивого соподчинения или расширение может длиться до бесконечности?..

Кстати, и об этом тоже. Когда говорят о «Большом взрыве» (в последнее время этой теме придается исключительное значение), я задаю себе вопрос: а так ли это было? Действительно ли наша родоначальная обитель пухнет, как дрожжевое тесто?.. Если быть до конца объективным, то даже разлет галактик можно объяснить без увеличения пространственного объема. Как?.. Опять же через сингулярность. Допустим, в силу каких-то гипотетических причин раскололся ледяной панцирь Арктики. Куда станут двигаться льды? Наверное, при всех равных условиях и в отсутствие препятствий они стали бы равномерно расползаться в направлении к экватору. Наблюдатель, находящийся на полюсе или на одной из дрейфующих льдин, отметил бы, что льды расходятся. Но с другой стороны такое движение носит не абсолютный характер (удаление в бесконечность), а подчинено свойствам земной поверхности. Не зная, например, что Земля шар, наблюдатель никогда бы не поверил, что ареал айсбергов имеет предел. Достигнув экватора, льдины, а в общем случае галактики и их скопления, даже несмотря на возрастающую между ними дистанцию, станут сближаться и в конце концов сойдутся в точке на противоположном полюсе. Конечно, пример с льдинами не совсем удачный, но тем не менее замкнутый цикл налицо. Единая масса, расколовшись однажды, вновь собралась воедино. Такая картина в общих чертах напоминает и направленность геомагнитных силовых линий, которые выходят из одного полюса и смыкаются на другом. В конце концов один из «полюсов» превратится во всемирный пресс, в чудовищную воронку вселенского масштаба, и в нее будет засасываться всё, что когда-то было создано. Захваченная таким образом материя, пройдя через горнило космического утилизатора, сомкнувшись предварительно в точку — сингулярность, — вновь выплеснется на другом «полюсе» в виде моноэлементной плазмы, а следом обратится в мириады новых звезд. Далее можно предположить, что запущенное каким-то образом вселенское колесо вращается вечно, периодически видоизменяя находящееся в природе вещество и наделяя его всё новыми свойствами. Рождение атомных и субатомных структур при этом можно было бы представить как извержение поступающей из недр Вселенной, отработанной и переплавленной, как металлолом в печи, материи, возможно, и ненаблюдаемой нами. Вновь образованное вещество разлетается в виде фонтанирующих струй по всем направлениям и даже разгоняется до субсветовых скоростей, создавая до определенной поры видимость «Большого взрыва». В дальнейшем эти струи, искривляясь в едином и неделимом пространстве, проходят все стадии вещественного эволюционного развития, после чего вовлекаются в новый цикл. Продолжительность такого кругооборота может быть намного больше времени, исчисляемого с момента рождения окружающего нас вещества. Мы сами можем находиться в одной из относительно ранних его стадий и наблюдать лишь ту часть космоса, которая доступна нашим, более чем скромным возможностям. Мы можем оказаться и где-то в середине, не видеть из-за дальности начала и не наблюдать конца… Одно лишь смущает — если и правда допустить существование такой, не дискретной, не взрывной, а непрерывно эволюционирующей Вселенной, то опять возникают те же вопросы. А что находится за ее пределами?.. Другие миры?.. Если да, то есть ли между ними что-то общее? Как они взаимодействуют?.. А если взаимодействий вообще нет? Тогда целый мир можно представить в виде элементарной частицы физического вакуума… Ну вот! Кажется, я опять пришел к тому, с чего всегда начинаю.

Конечно, в действительности всё может оказаться не совсем так… и даже совсем не так. Но несомненно одно — в любом случае, будь то первичный взрыв или нескончаемое кругообращение материи по замкнутому циклу, — рождающееся вновь вещество, будто подчиняясь какой-то сверхсложной генетической программе, проходит в строгой последовательности удивительно целенаправленные преобразования: от первородной протоплазмы на ранних этапах космоэволюции, к всё более сложным комбинациям частиц и атомов, к мириадам звезд, объединяющихся по мере формирования в склеенные гравитацией системы — галактики, скопления галактик, сверхскопления, скопления сверхскоплений и, возможно, даже более крупные структуры, определяющие в целом единую, гармоничную и упорядоченную на всех эвентуальных [7] уровнях картину мира, в которую тонко и филигранно вплетается замысловатая вязь кружев созвездий… к живому веществу…

Волны!.. Круги на воде… Звук… Излучение… И множество других примеров. Как бы там ни было, но все они, пусть с известной долей условности, поддаются чувственному восприятию и экспериментальному моделированию. А как с гравитацией?.. Влияет ли дальность расстояний на скорость гравитационной волны?.. Понятно, что скорость волнового сигнала не может быть бесконечной, так как смысл понятия волны уже подразумевает передачу исходного воздействия с некоторым запаздыванием, пусть даже с очень большой, но конечной скоростью. Но какой?.. Главный ограничитель скорости на пути гравитационного импульса — пространство (если брать за потолок скорость света). Как через это переступить? Не знаю!..

Пытаясь заполнить душевный вакуум, я тоже подключился к поискам гравитационных волн. Теперь всё свободное время я посвящал разработке приборов, датчиков, преобразователей, рассчитывал их параметры и характеристики.

Задуманные эксперименты требовали абсолютной стерильности. Для их проведения требовались условия, исключающие влияние помех и случайных возмущений. В целях защиты от всего этого я стал спускаться в заброшенные шахты, многие из которых были полузатоплены и находились в аварийном состоянии. Все подготовительные работы, включая перевозку и спуск оборудования, мне приходилось проводить вручную, без посторонней помощи… Эрмах многому бы удивился, узнай он, какие головоломные трюки (в прямом и переносном смысле) мне приходилось совершать. При этом я неоднократно рисковал жизнью и в полной мере отдавал отчет, что каждый из таких спусков может оказаться последним. Но никакие трудности не могли меня остановить, а тем более заставить отказаться от намеченной цели.

Несколько раз мои индикаторы откликнулись на какие-­то слабые колебания, но было ли это эхом искомой волны или что-то другое — так и осталось тогда невыясненным. Требовалась тщательная проверка и повторные испытания в еще более надежных условиях. Вопрос становился ребром: или-или… А для поисков ответа мне приходилось всё глубже забираться под землю…

Примерно год назад я познакомился со спелеологом Рестоном Штренбергом и как-то раз спустился с его группой в одну из малоизученных карстовых пещер, известных под названием «Провалы Рио де Плато». Ее устье находилось в центральной части обширного плоскогорья, там, где покровы палеогеновых лав перекрывают толщу юрских известняков.

Просторные гроты с причудливыми натечными фигурами и сосульками изумительных по красоте сталактитов являли собой идеальное место для такого рода исследований. Я был в восторге и не задумываясь перебрался туда. В одном из подземных залов я устроил некое подобие лаборатории и приступил к очередной серии опытов.

Пещера была расположена в стороне от набитых туристских троп, редко посещалась, поэтому я нисколько не тревожился за сохранность оставленного там оборудования. Примерно раз в месяц я имел возможность бывать в этом царстве вечной тишины и под конец всем сердцем полюбил хрупкое благолепие творений подземного зодчества.

Часами я мог любоваться нежными переливами застывших форм из снежно-белого кальцита, читая по едва заметной полосчатости многовековую летопись наслоений. На стенах, расписанных замысловатыми натечными узорами, то здесь, то там проглядывали округлые и миндалевидные пустоты, обрамленные по краям щеточками игольчатых прозрачных минералов. Прекрасные каменные цветы из белого кристаллического гипса и арагонита, будто пудрой присыпанные мельчайшими зернышками лилового флюорита, росли прямо из промытых водой каверн. При освещении снизу, от их полупрозрачных лепестков исходило мягкое жемчужно-розовое сияние, в результате чего на бархатистом фоне абсолютной черноты возникали потрясающие цветовые контрасты. Эффект особенно усиливался, когда я ставил цветок на возвышение, закреплял фонарь так, чтобы не было видно источника освещения, а сам отступал на несколько шагов в сторону. Иллюзия ожившей сцены из прекрасной сказки была полной. Но больше всего, конечно же, поражали сталактиты, свисающие многотонными гирляндами с куполообразного свода пещеры. Самые древние из них срослись с поднимавшимися от пола навстречу сталагмитами и так стояли пережатыми как песочные часы колоннами, прикрываясь узорчатой бахромой более поздних наростов… Из многочисленных трещин сочилась насыщенная растворенными примесями влага. Она медленно стекала по стенкам, частично испарялась, а частью скапливалась внизу, в небольшом озере, посреди грота. Вода в нем была чистой и прозрачной, но со стороны казалось, будто чашеобразное углубление до краев залито чернилами. Я попробовал эту воду на вкус и в дальнейшем полностью отказался от употребления. Необычайно холодная, солоноватая, с вяжущим металлическим привкусом, она оказалась совершенно непригодной для питья, вызывала тошноту и болезненные спазмы в желудке… Кругом стояла тишина, которую лишь изредка прерывали булькающие звуки от срывающихся капель. В общем, условия для тонких изыскательских работ не имели равных, и я благодарил судьбу за то, что она послала мне такую удачу…

Но время шло, а волны не давались. Я был уверен, что они есть. Но как их поймать?.. Видимо, чего-то не хватало в самой идее эксперимента. Многочасовые наблюдения не дали результатов. Единственным, хоть и слабым утешением, явился тот факт, что гора действительно поглощала все виды излучений, которые могли бы помешать наблюдениям.

И тут у меня возникла мысль вновь вернуться к полузабытому гразеру. Раз мощность гравитационного излучения настолько мала, что ее не могут зарегистрировать датчики, значит, это излучение надо усилить с помощью специального прибора — гразера.

Итак, решено. Я прекращаю опыты и сажусь за вычисления. Хорошо, что основа есть и даже сохранились критические заметки Войцеховича…

10 августа

Дело движется. Но не хватает времени. Кое-какие наброски сделаны, но главная работа впереди.

Гразер!.. Устройство, которое никто не видел, никто не знает, как оно устроено и как должно действовать. Одно только настораживает — усиление гравитационного потенциала в небольшом объеме может привести к самозамыканию определенной части пространства. А это, в свою очередь, означает, что вполне определенная доля материального мира, возможно, выпадет из общей системы отсчета и превратится в ту самую частицу реальной пустоты, о которой здесь так много говорится…