Чтение онлайн

Впрочем, эта проблема предполагалась, но по факту подойти к центру Дефанвей было не сложно. Он находился в центре города, прилегающей территории не имел, а соответственно и охраны вне здания. Внутрь же попадать было не обязательно.

Лина из-за плохой погоды на принимающем побережье вынуждена была немного задержаться еще с вылетом. Отсиживаясь в зале ожидания на виду у охранников и полиции, ее беспокоил только один вопрос: как она меньше запомнится, если будет сидеть с открытым лицом, как все люди, или если как бы случайно прикроет лицо своей удлиненной челкой. В результате она опробовала оба варианта и даже поменяла местами рубашку и кофточку.

Полет и посадка прошли удачно. Погода мешала самолетам, но больше ни чему. Но к назначенной дате она все же успела подготовиться.

Дольше всего до центра Юро с несколькими пересадками добираться пришлось Михею, так как ему пришлось довольствоваться услугами сухопутных сообщений. Все возможности авиации были сосредоточены на межконтинентальных перелетах, поскольку им не было альтернативы из-за царящего полного хаоса в морях.

Остановить работу всех трех центров планировалось одновременно. В нынешних условиях это было сделать довольно трудно, так как центры располагались в трех разных частях света, а возможности созвониться и скоординировать действия не было. Поэтому, каждый вынужден был терпеливо дождаться условленного часа.

–  Ну, что ж?
– Михей, наконец, сидел на скамейке в небольшом сквере под стенами телецентра Юро, смотрел на часы и беседовал сам с собою.
– Надеюсь... Да, нет, я уверен, что вы сейчас делаете то же самое. Два, один... Да здравствует белый шум!

Потом он как бы неожиданно вскочил и посмотрел вверх на здание центра, где с наружной рекламы заискрило как будто от короткого замыкания. Реклама погасла, вслед за ней погасли окна, погас вестибюль и указатели подземной парковки. Михей, конечно же, поспешил в сторону прочь от здания, не переставая оглядываться.

***

Пелагея прибежала в штаб как смогла рано и сразу вызвала все штабы: Пест в надежде, что Глеб еще не ушел домой, и Венец.

–  Глеб, ты думаешь это случайность?

–  Чтобы одновременно прервалось вещание трех телецентров практически на весь день? До сих пор ведь не восстановлено! Сомневаюсь!

–  Они же не в одном здании находятся?

–  Насколько я знаю, даже не на одном континенте! Как минимум один точно откуда-то от вас вещает. Наверное, Кариба, судя по названию.

Подключился Венец.

–  Томас, вы тоже без телевидения? Ой, привет, Рехема!
– поправилась Пелагея, увидев, кто появился на дисплее.

–  Томаса пока нет, - ответила Рехема.
– Но у нас да! Телевидение отключено с полудня.

–  У вас с полудня, значит. Ну..., - задумался Глеб, прикидывая разницу во времени.
– Да. Одновременно с нами! А у вас со скольки, Лаш?

–  Ночью оборвалось. Точно не знаю. Так говорят. Получается тоже одновременно с вами.

–  Тогда точно не случайно, - подытожил Глеб.

–  Это точно кто-то работает, - согласилась Рехема.
– Вы обратили внимание, где-то раз в полгода происходит какая-нибудь неслучайность, направленная против правительства?

–  Они зато хоть что-то делают, в отличие от нас, - скептически отозвалась Пелагея.

–  Подожди, подожди... Тебе наскучила тишина?
– возмутился Глеб комментарию Пелагеи.
– Да, согласен. Мы не ведем активных действий. Но это из тех соображений, что вести их вслепую попросту неэффективно. Мы сейчас не можем достоверно отличать нас от них. Против кого мы будем вести активные действия?

–  Отбой, Глеб. Согласна. Мы и так теряем периодически людей. А их мало. А если это просто правительство отключило последние каналы?

–  А почему они их тогда раньше-то не отключали?
– молниеносно возразила Рехема.

–  Мне другое интересно, чего они хотели добиться этим?
– озадаченно произнес Глеб.

–  "Они" это сейчас у тебя кто? Они или все-таки ты думаешь, что это дело рук человеческих?
– уточнила Пелагея.

– Я думаю, что это люди, - задумчиво произнес Глеб.
– Но мне не понятна их цель.

–  Снизить влияние правительства на массы?
– предположила Пелагея.
– Но вещание ведь все равно восстановят.

–  А смысл тогда?
– продолжила Рехема.

–  Вот и я волнуюсь, что из-за таких бессистемных акций может усилиться контроль полиции за населением. Нам это не очень будет удобно, и, полагаю, может многое осложнить.

31.

–  Пела, это ты?

–  Да, мам.

Пелагея, не спеша, распутала с шеи слегка испачканный с одного края блекло-бежевый шарф. Даже будучи новым, он не отличался выдающейся яркостью, но став поношенным и любимым шарфик стал еще нежнее. Былой его цвет сейчас мог бы казаться просто карнавальным. Пелагея магазинно свернула и положила его на трюмо, сняла пальто и аккуратней обычного усадила его на плечики, отряхнув и пригладив.

Она пришла к себе, уставшая от сложного дня, и словно пыталась сосредоточиться на этих рутинных процедурах, которые обычно делала быстро и автоматически. Мать даже успела выйти ее встретить.

–  Привет, милая?

–  Привет, мам.

–  Что сегодня нового?
– спросила мать, по обыкновению интересовавшаяся очередными прорывами и идеями.

Она как тайный советник всегда хотела быть в курсе всех событий и деталей, сказывалась старая привычка. Но раньше она не позволяла себе давать оценки, а они были всегда. Теперь же она обязательно, даже если Пелагея не хотела, делилась своим взглядом. Иногда даже подбрасывала интересные ходы.

–  Сегодня? Сегодня, наконец, запустили лабораторию, - медленно ответила Пелагея, словно они эти лаборатории запускают каждый день по несколько раз.

Виолетта заметила, что дочь, отвечая ей, оставалась глубоко в своих мыслях, словно скрываясь там, чтобы не сказать лишнего.

"Это так она ответила о лаборатории, которую мечтала поднять больше года?
– удивилась мать.
– Еще несколько месяцев назад она весь вечер рассказывала, с каким трудом им удалось завербовать врачей".

–  Лабораторию Тро...?
– Виолетта попыталась вспомнить название.

–  Крони, - спокойно поправила ее Пелагея.
– Это та самая лаборатория нейротехнологий при медицинском центре Крони, которая свернула исследования с самого начала столкновения.

Виолетта даже вспомнила рассказы дочери, что в центре Крони попросту некому стало работать. Специалисты, пережившие деградационный период, стали ближе к людям и дальше от науки. Но врачей все равно не хватало. Кроме того, была отключена сеть, а все оборудование лаборатории управлялось от компьютеров интегрированных в нее.