Чтение онлайн

Если предметом этого частного спора является принципиальный вопрос, по которому комитет еще не заключил четкого соглашения, дело выносится на обсуждение секретарей профсоюза и предпринимательской ассоциации; если согласие не достигается, дело передается отраслевому комитету. Наконец, если ставка достаточно велика и ни одна сторона не находит выхода, вопрос решается силой — с помощью забастовки или локаута. Но и тогда добрые услуги нескольких поколений организованных профсоюзов сказываются на формах борьбы, которые, как правило, отличаются от методов, применявшихся нанимателями и наемными работниками столетие назад, настолько же, насколько честная война между современными цивилизованными народами отличается от свирепой партизанской войны между дикими племенами.

Контроль над собой и умеренность стиля надменной непоколебимой целеустремленности отличают делегатов Британии от прочих на международных конференциях рабочих.

Однако огромное значение услуг, оказанных профсоюзами, налагает на них соответствующие обязательства. Обязательство быть благородными требует с подозрением относиться к тем, кто увеличивает свои возможности поднимать заработную плату с помощью специальных планов, особенно когда такие планы содержат элемент анитисоциальной направленности. Лишь немногие изменения заработной платы обходятся без попреков, так как почти в каждом значительном и благонамеренном усилии таятся и определенные разрушительные последствия. Однако зло должно быть тщательно выявлено и изучено, тогда его можно обуздать.

§ 8. Главное средство, давшее профсоюзам возможность на равных вести переговоры с хозяевами, — это "Общее правило" (Common Rule) об уровне часовой или сдельной оплаты труда данной категории. Привычное и довольно неэффективное установление величины заработной платы через мирового судью мешало рабочему повысить ее, но и защищало от чрезмерного ее снижения. Однако когда конкуренция стала свободной, отдельный рабочий оказался в невыгодном положении при заключении договора с нанимателями, поскольку даже во времена Адама Смита между ними обычно существовало соглашение — формальное или неформальное — не перебивать цену друг друга при найме рабочей силы. И когда по прошествии времени та или иная фирма оказывалась в состоянии нанимать несколько тысяч рабочих, она становилась более крупной и более сплоченной договорной силой, чем небольшой профсоюз.

На практике соглашения и представления предпринимателей о том, что не следует сбивать цену друг друга, не были всеобъемлющими и часто нарушались или обходились. Когда чистый продукт, произведенный трудом дополнительных рабочих, давал значительный избыток над их заработной платой, то напористый хозяин мог переступить через негодование равных себе и привлекать рабочих, предлагая им более высокую заработную плату, и в передовых индустриальных районах эта конкуренция была достаточной, чтобы предохранить рабочих от долговременного падения их заработной платы намного ниже эквивалента их чистого продукта.

Поскольку некоторые защитники значительного ужесточения "Общего правила" пришли к выводу, что конкуренция доводит заработную плату производительного рабочего до уровня чистого продукта такого рабочего, который настолько непроизводителен, что предприниматель едва ли соблазнится нанять его вообще, необходимо вновь подтвердить здесь тот факт, что чистый продукт, к которому стремится заработная плата рабочего нормальной производительности, - это чистый продукт рабочего нормальной производительности.

[Многостороннее положительное влияние, которое оказывают на общественное благосостояние профсоюзы, может искажаться непониманием сути вопроса. Это влияние обычно проявляется, когда власть профсоюзов очень значительна, как показано в работе супругов Вебб "Industrial Democracy", где как раз присутствует такое непонимание. На с, 710 авторы пишут: "Теперь теоретически показано, как мы видели в главе "Приговор экономистов", что при "совершенной конкуренции" и полной свободе перехода из одной профессии в другую общий уровень заработной платы стремится быть не больше чем "чистый продукт труда предельного рабочего, который находится на границе с вообще незанятыми!". И на с. 787 и далее они ссылаются на этого предельного рабочего как на промышленного инвалида, или паупера, говоря: "Если заработная плата любой категории рабочих при совершенной конкуренции стремится к уровню, не большему, чем чистый продукт дополнительного труда предельного рабочего этой категории, отвлечение пауперов — не обязательно от производительного труда на себя, но от конкуренции на конкурентном рынке труда, путем увеличения производительности труда рабочего, получающего предельную заработную плату, - по-видимому, поднимет заработную плату всего трудящегося класса"]

Однако на практике конкуренция действует иным способом. Она не ведет к выравниванию предельной заработной платы в схожих видах труда, но корректирует ее в соответствии с производительностью рабочих. Если А может делать вдвое больше, чем В, а предприниматель колеблется, которого из них выбрать, он может с равным успехом нанять А по четыре шиллинга за час или В по два шиллинга за час, и причины, управляющие заработной платой, обозначены здесь одинаково ясно предельными случаями найма А за четыре шиллинга или В —за два [Было бы поистине преуменьшением сказать, что конкуренция заставит предпринимателя стремиться заплатить вдвое более высокую заработную плату А по сравнению с В при этих условиях; поскольку производительный рабочий, благодаря которому при таких же заводских пространствах, оборудовании и контроле можно производить вдвое больше продукции, стоит более чем в два раза больше высокой заработной платы, нежели непроизводительный рабочий: он может в действительности заслуживать в три раза более высокой заработной платы (см. выше: кн. VI, гл. III, § 2).

Конечно, предприниматель может побояться предложить более производительному рабочему заработную плату, пропорциональную его действительному чистому продукту, чтобы непроизводительные рабочие, поддержанные своими профсоюзами, не потребовали повышения заработной платы и не снизили тем самым его норму прибыли, решив, что она выше, чем на самом деле. Однако в этом случае причина, заставляющая предпринимателя брать в расчет величину чистого продукта менее производительного рабочего при решении вопроса о найме более производительного - не свободная конкуренция, но то сопротивление свободной конкуренции, которое оказывается с помощью неправильного применения "Общего правила". Некоторые современные концепции "участия в прибылях" требуют повышения заработной платы производительных рабочих почти до величины их действительного чистого продукта, т.е. выше, чем в соотношении со "сдельной" нормой, однако профсоюзы не всегда одобряют подобные требования].

§9. Взглянув на вопрос более широко, можно сказать, что профсоюзы обогатили нацию и себя таким применением "Общего правила", которое вело к правильному нормированию работы и заработной платы, особенно когда оно сочеталось с искренним старанием заставить ресурсы страны давать полную отдачу и таким образом усиливать рост национального дивиденда.

Любое повышение заработной платы или улучшение условий жизни и занятости, которого они достигали этими разумными методами, вероятно, шло во благо обществу.

Это вряд ли беспокоило и обескураживало бизнесменов и сбивало с ног тех, чьи усилия внесли наибольший вклад в национальное лидерство; это также не вытесняло капитал за границу в сколько-нибудь значительных масштабах.

Иное дело, когда применение "Общего правила" вело к необоснованному нормированию, которое заставляло предпринимателя включать относительно непроизводительные рабочих в тот же класс оплаты, что и более производительных, или не допускать человека к работе, которая ему по плечу, на том основании, что по технологии она к нему не относится. Такое использование "Общего правила" — прежде всего антисоциально. Конечно, для этого могут быть более серьезные причины, чем те, что лежат на поверхности, но их значимость, вероятно, преувеличивается профессиональным усердием функционеров тред-юнионов в техническом совершенствовании организации, за которую они отвечают. Такие причины относятся поэтому к числу тех, для которых внешняя критика полезнее, чем равнодушие. Мы можем начать с. наиболее яркого примера, мнения о котором сейчас расходятся очень мало.

В дни, когда профсоюзы еще не научились вести себя достойно, случаи необоснованного нормирования были типичными. Чинились препятствия внедрению усовершенствованных методов и машин, предпринимались попытки зафиксировать норму оплаты задания на уровне таких затрат груда, которые требовались для его выполнения давно устаревшими методами. Это в свою очередь способствовало сохранению уровня заработной платы в конкретной отрасли промышленности, но только путем такой остановки роста производства, что подобная политика — если бы она повсеместно добивалась успеха — значительно сократила бы нациоальный дивиденд и снизила численность хорошо оплачиваемых рабочих по всей стране. Услугу, которую профсоюзные лидеры оказали стране, осудив эти антисоциальные действия, нельзя забыть. И хотя частичный отход от высоких принципов деятельности просвещенного профсоюза привел к острым дебатам в 1897 г. в машиностроительной отрасли, эта ошибка была быстро очищена по меньшей мере от своих наихудших черт [Поучительная история сопротивления машинам изложена в "lndustrial Democracy", part II, ch. VIII. Она сопровождается рекомендацией не вообще сопротивляться внедрению машин, а не оглашаться на более низкую заработную плату для работающих старыми методами, чтобы выдержать конкуренцию машин. Это хороший совет для молодежи. Однако ему не всегда могут последовать те, кто уже достиг своего пика, и, если административная власть правительств будет расти быстрее, чем проблемы, порождаемые частными предприятиями, они могут оказать великолепную услугу, покончив с теми социальными беспорядками, которые возникают, когда умение пожилых и старых людей почти полностью лишается ценности вследствие улучшения методов работы].