Чтение онлайн

В это время Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев находился с официальным визитом в США. Узнав о происшедшем, он немедленно направился в пострадавшую Армянскую ССР. Перед отъездом Горбачев формально попросил у американцев гуманитарной помощи. Также в восстановлении республики Советскому Союзу помогали Великобритания, Франция, Норвегия, Италия, ФРГ, Бельгия, Швейцария и т. д.

Удивительно, но администрация Армянской ССР в первое время после трагедии пребывала в растерянности, почему-то не имея никаких четких регламентированных инструкций на подобные случаи. Быстрее других свою работу наладили медики и гробовщики. С пострадавшими районами не было телефонной связи в течение месяцев.

Очевидцы отмечают, что в общем и целом советские спасательные службы сработали неэффективно, не говоря уже о том, что никакого предварительного обучения населения не велось и не было даже тривиального напоминания о том, как следует вести себя в экстремальной ситуации. Личные качества спасателей заслуживали искреннего уважения, но это не слишком помогало, когда общая организация работ была ущербной. Неправильно разбирались завалы: действовали разрозненно, мелкими группами, обломки не вывозили, а сваливали рядом, расчистку проводили неглубоко — не достигали подвалов и фундаментов, соответственно тела многих погибших не были извлечены. Впрочем, винить в этом спасателей нельзя, поскольку им приходилось нелегко без тяжелой техники, которой поначалу просто не было, а оттаскивать камни машинами далеко не всегда удавалось.

Самую первую помощь республике оказали вооруженные силы и пограничники. Они и были теми, кто в первые часы после трагедии успели спасти из-под обломков немало жизней. Один из военнослужащих, участвовавших в спасательных работах среди руин города Спитака, В. Зотов рассказывал, что у каждой группы спасателей был свой участок и поначалу они действовали несогласованно, не имея никакой информации о том, что происходит в других частях города. Обрывочными сведениями делились люди, приходившие за пищей и водой. По их словам, центр города превратился в огромный морг на открытом воздухе. Сюда свозили обнаруженные останки погибших. Считалось удачей, если в этой мешанине тел и их частей удавалось находить то, что осталось от близкого человека и что можно было похоронить.

Порой наблюдались совсем уж душераздирающие сцены.

Однажды, когда объявили очередную минуту молчания, чтобы услышать из-под завалов стоны раненых, раздался тихий детский плач. Груду камней быстро раскидали и добрались до расколотой бетонной плиты. Ее убрали и увидели женщину, кормящую грудью младенца. Точнее, она его кормила, когда началось землетрясение. Плита в этот момент рухнула, но мать какими-то нечеловеческими усилиями смогла ее удержать и повернуться так, чтобы образовалась ниша, в которой укрылся ребенок. По содранным ногтям было видно, что женщина пыталась выбраться из ловушки, но безуспешно — плита частично придавила ее, и мать в таком положении продолжала кормить ребенка. Поэтому младенец выжил и его удалось спасти. Женщина, к сожалению, умерла за несколько часов до прихода спасателей.

Город, оказавшийся под прицелом стихии, напоминал зону боевых действий, как будто его забросали авиабомбами и отутюжили залпами тяжелой артиллерии. Здания — в грудах обломков, улицы — в многочисленных провалах, инженерные коммуникации нарушены. Оставшиеся в живых люди жгли костры, чтобы согреться и приготовить пищу.

Вскоре после «библейского» (как его позднее назовут) землетрясения на помощь армянам пришли почти все национальности Советского Союза, и никто не делился по признаку: свой — чужой. В такие моменты становилось очевидно, насколько дружной была их общая родина.

В процесс восстановления разрушенных городов включились все республики СССР — строители приезжали отовсюду, на месте размещались в палатках. Первым делом им предстояла нелегкая работа по разгрузке прибывавших железнодорожных составов и самолетов с тяжелой техникой. Но толком поработать они не успели, поскольку вскоре социалистическое государство прекратило свое существование.

Независимая Армения продолжает восстановление до сих пор. С распадом СССР строители покинули республику, хотя и оставили в Армении около 600 единиц строительной техники и автотранспорта.

Самый крупный природный катаклизм XX в. Землетрясение силой 8,2 магнитуды сотрясло китайский город Таншань 28 июля 1976 г. Прежде данный район не считался сейсмоопасным. Частично разрушен был Пекин, расположенный в 140 км от эпицентра. Всего более 5,2 млн. домов пострадали до такой степени, что жить в них не представлялось возможным.

Власти страны признали погибшими около 243000 человек, ранеными — примерно 164000, без вести пропавшими — более 7000 семей, осиротевшими — 4200 детей. Однако есть и другие оценки, связанные с цифрой, достигающей 800000 (иногда звучит цифра в 1 млн.) человек погибшими и примерно столько же — ранеными. Косвенным свидетельством занижения властями числа жертв служит и факт недооценки китайцами силы катаклизма (утверждалось, что магнитуда составила 7,8). Некоторые эксперты обращали внимание на то, что китайское правительство никогда не сообщало количество жертв, об этом узнали лишь в 1988 г. от сейсмологической службы Китая. Такое «лукавое» поведение официального Китая, возможно, связано с тем, что не удалось оповестить жителей о надвигающейся катастрофе, хотя за год до нее китайские ученые с помощью новой сети станций сумели своевременно предсказать землетрясение в Хайченге и успели эвакуировать из опасного района население. В 1976 г. система не сработала.

По официально признанному количеству жертв катастрофа заняла 3-е место после великого китайского землетрясения 1556 г. и землетрясения в Индийском океане в 2004 г. (основной разрушительной силой здесь было цунами).

За некоторое время до трагедии жители деревень заметили беспокойное поведение собак, которые не желали есть, а предпочитали выть, задрав голову к небу. Сначала никто не мог понять, в чем дело. Сперва подумали на какую-нибудь болезнь, поразившую животных. Ясность наступила лишь 28 июля. Помимо этого, ночью перед катаклизмом в небе наблюдалось странное свечение (таинственные «огни землетрясения»), из аквариумов выпрыгивали рыбки, куры в панике носились туда-сюда, мыши стайками бегали в поисках укрытия. Вдобавок уровень воды в колодцах соседних с Таншанем деревень перед бедствием несколько раз повышался и снижался.

Многих из тех, кто остался в живых после основного толчка, добил 2-й мощный толчок магнитудой 7,1, произошедший 29 июля. В это время выжившие, способные стоять на ногах, рылись в обломках в поисках раненых или хотя бы какого-то своего имущества. Стихия разрушила местную гидроэлектростанцию, обрушила мосты, повредила резервуары.

По автомобильным и железным дорогам больше нельзя было ездить. Данное обстоятельство существенно затруднило деятельность отрядов спасения, пытавшихся добраться до разрушенного города. Какая-либо связь отсутствовала, и в столице государства о случившемся узнали только спустя несколько часов.

В «северной столице китайского фарфора», Таншане, остался неповрежденным лишь павильон на вершине горы, расположенной в центре города. Отсюда, с высоты птичьего полета, нескончаемые руины выглядели особенно удручающе. Кое-где возвышались одинокие деревья. Западные СМИ, комментируя снимки со спутника, печально констатировали, что город стерт с лица Земли.

До этого здесь жили свыше 1,5 млн. человек. Город представлял собой скопление рабочих поселков, которыми обросли угольные шахты и предприятия. Наверное, в силу особенностей основной профессии местных жителей (шахтеров) они привыкли противостоять опасности и трудностям, помогать друг другу в сложной ситуации. Большинство выбравшихся из-под завалов торопилось оказать помощь нуждавшимся в ней. Таким образом около 500 000 горожан спаслись собственными силами и с помощью других пострадавших.