Приручи меня, если сможешь
Шрифт:
Главное и любимое преимущество выходных заключалось в том, что мне никуда не нужно было идти, спешить или о чем-то волноваться. Я могла спокойно разобраться с домашними делами, а потом наслаждаться отдыхом. По выходным мы с Кейси обычно зависали у меня, обсуждали школьные проблемы или болтали о разных мелочах. На этот раз Кейси сидела со мной на кухне, пока я замешивала тесто, не поверите, для бананового печенья. Оно и впрямь получилось тогда очень вкусным. Не знаю, где Итан раздобыл рецепт, хотя это было не так уж и важно, но лакомство вышло отменное. До этого я, естественно, заранее озаботилась готовкой на несколько дней вперед. Между делом я рассказывала Кейси, которая сидела за островком, что за это время произошло со мной в доме Роев. Не сильно вдаваясь в подробности, я описала все, начиная с поцелуя у ванной и почти поцелуя на кухне, завершая купанием в бассейне и угрозой Лендона. С того дня я больше его не видела. Но Макс мельком упоминал, что старший брат заперся у себя в комнате, чтобы закончить песню. Я не хотела его видеть, нет, мне просто было интересно.
После моего рассказа повисло долгое молчание. Поставив первую порцию печенья в духовку, я обернулась к подруге. Яблоко, которое она грызла, замерло на полпути ко рту.
– ЧТО?! – прозвенел голос Кейси.
В кабинете отца послышался глухой хлопок, будто что-то упало. Да, это на самом деле было громко…
– Да как он посмел? Вот негодяй! – ударив яблоком по столу, затараторила Кейси. – Надеюсь, ты не осталась в долгу?
– Ну, можно и так сказать…
Я честно пыталась, но моя попытка против меня же и обернулась. Не владела я навыками соблазнения! Не было опыта.
– Как он посмел играть с моей лучшей подругой? Вот же бабник несчастный! – Я засмеялась, видя, как Кейси из-за меня разволновалась. – Этот придурок еще за это ответит, – твердо произнесла девушка, кусая яблоко. О-о-ой…
– Кейси, я хорошо знаю это выражение лица, и оно меня пугает.
– Это выражение лица называется «возмездие близко». Только я еще не придумала, какое именно. Но это неважно! Если этот бабник все-таки решил с тобой поиграть, мы должны обернуть это в нашу пользу.
– В твоих словах есть смысл, но я не хочу с ним связываться. Мне не нужны проблемы в доме Роев.
– Я понимаю, милая, – Кейси заглянула мне в глаза. Она знала, как мне нужна была эта работа, и знала, что я получала там гораздо больше общепринятого. – Но если этот гад снова будет тебя доставать, скажи мне, мы обязательно что-нибудь придумаем.
Я расплылась в улыбке. Не знаю, что бы я делала без Кейси.
– Эта до жути милая беседа так и требует дружеских объятий, но ты вся в тесте, поэтому я воздержусь, – глядя на мой фартук, отозвалась подруга.
Комментарий Кейси и мой перепачканный вид не могли остаться незамеченными, поэтому мы в унисон рассмеялись.
Видимо, громкий смех помешал папе работать, так как через несколько мгновений он зашел на кухню.
– Прости, пап, мы тебе помешали?
– Что вы, дамы, конечно, нет. Я просто шел на чудный запах, который исходит, вероятно, из этой духовки. Что это? – Подойдя к ней, папа приоткрыл дверцу и стал разглядывать содержимое. Но тут же отдернул руки, получив по ним полотенцем.
– Закрой, иначе они не поднимутся. Потерпи!
Кейси усмехнулась.
– Мистер Максфил, бесполезно даже пытаться. Я получила ложкой по лбу за украденный кусочек теста, поэтому и перебиваюсь тут яблоками… Лекси жестока! – с напускным ужасом сказала Кейси, бросив папе яблоко.
Поймав его, отец засмеялся.
– Знаю, она слишком серьезно к этому относится, – сказал он, кусая фрукт и уворачиваясь от еще одной атаки полотенцем.
Напоследок победоносно мне улыбнувшись, папа вернулся в свой кабинет. Выходной значился сегодня для всех, кроме него, чьи свободные дни все равно съедала сверхурочная работа. Поэтому я и решила состряпать для него что-нибудь легкое и вкусное, чтобы было не так скучно сидеть за бумагами. Это то немногое, что я могла для него сделать.
Если бы не мама… Я сжала в руках полотенце, стараясь избавиться от нахлынувшего раздражения. Половина денег уходила на мамины долги – единственное, что она оставила нам после отъезда. Наравне, конечно, со злостью, обидой и неприятными воспоминаниями.
На телефоне Кейси заиграла мелодия, развеивая неприятные мысли. По ее счастливому выражению лица я поняла, что это был Рей. Отложив яблоко подальше и посмотрев на свое отражение в металлической миске, что лежала на столе, Кейси все-таки взяла трубку. Эта девушка даже не отвечала на звонок, не убедившись в своей безупречности. Она заверяла, что идеальный внешний вид придавал ей уверенности во время разговора. И мне нравилась эта мысль.
Пока подруга говорила со своим парнем, я проверила духовку и стала подготавливать вторую партию.
Почему даже случайное и неохотное воспоминание о маме сразу портило мне все настроение? Я ненавидела эти моменты, которые стали происходить все чаще. Чтоб ее…
Кейси в очередной раз воскликнула, в чем-то соглашаясь с Реем. Я завидовала ее настроению, она всегда была жизнерадостной.
Облокотившись о стол, я кинула взгляд на духовку, наблюдая, как тесто медленно приобретало четкие контуры. Я была готова занять мысли чем угодно, лишь бы прогнать из них маму. А для этого сгодилось бы и печенье.
Закончив разговор с Реем, счастливая Кейси снова повернулась ко мне.
– У Рея возникла чудесная идея. Заканчивай с выпечкой и одевайся, мы идем веселиться.
Я говорила что-то о желании отвлечься? Видимо, кто-то наверху меня услышал.
Выходные были моим настоящим кошмаром. В эти дни мама зачастую устраивала совместный семейный досуг. Кажется, она до сих пор не понимала, что обычно это плохо заканчивалось. И зачастую не только для нас, но и для окружающих. Мое равнодушие, любопытство младших и гиперопека мамы несовместимы. Сегодня эта женщина решила затащить нас в парк развлечений. Близнецы были единственными, кто с воодушевлением принял эту идею. Было даже интересно дождаться момента, когда мама наконец решит, что уделила нам достаточно времени и теперь может снова всю неделю пропадать на работе.
Папа уже давно бросил попытки сблизиться с нами на семейных вылазках, а Кевин и Макс, как обычно, болтали о своем. В последний год они очень сдружились.
Этот день обещал быть запоминающимся. Впрочем, как и любой другой, проведенный совместно с домашними.
Парк развлечений находился в получасе езды от нас. По дороге мы забрали со станции техобслуживания мою машину, которая простояла там целый месяц. Будет мне уроком: теперь я буду регулярно отвозить ее на диагностику.
Я ехал следом за родителями и всю дорогу хотел куда-нибудь свернуть и скрыться из виду. Но за такие проделки мама могла серьезно на меня обидеться. А ругаться с ней было опасно.
Прибыв на место, эта женщина снова всех шокировала. Возле машины она начала обход: отобрала у Кевина приставку, у Макса – книги (нашла даже запасную), у папы – телефон, а у близнецов все, чем, по ее мнению, они могли навредить окружающим. И лишь меня она обошла стороной, потому что все, что она была способна у меня отнять, она уже отняла. Дома она забрала гитару и насильно затолкала меня в машину, исключая все шансы на побег.
Все вещи мама заперла в машине и забрала ключи с собой. В этот момент все мы чувствовали себя потерянными и даже опустошенными, как будто у нас бессовестно отобрали то, что придавало жизни каждого из нас смысл. Не смешно, а больно.