Чтение онлайн

– Это я, конечно, не поощряю. Так и в древнюю профессию попасть недолго. Но ты, похоже, не оставила парню и шанса. 

– Лер, я тебя умоляю. Проучить бы его как-то. 

– О, давай замутим что-нибудь, чтобы он с ума сошел и влюбился в тебя. Переедешь поближе ко мне. Будем чаще встречаться. 

– Он опасный. И я не знаю, что может сделать и какая у него власть.
– Начинаю уже сомневаться в том, что рассказала ей обо всем. 

– Теперь я тебя умоляю. Какая там власть? Ну, подумаешь, пару автосалонов держит. Прижмем его и будет как шелковый. Знаешь, чего все боятся? 

– Чего? 

– Полиции. Есть у меня одна идея. Поэтому, приезжай завтра ко мне. Подготовим план по развратному соблазнению.

– Я не буду это делать. 

– Надо быть готовой ко всему. Если он начнет наступать, у тебя будет, чем ответить. 

– Это так избито. Раздеть, соблазнить, выкрасть документы и шантажировать потом?

– Нет.
– Усмехается в ответ. Кое-что попикантней. 

– Я подумаю. 

– Хорошо подумай. 

Чем ближе было к обеду на следующий день, тем волнение усиливалось. Неужели реально этот коллектор отвяжет от цепи своих церберов и сюда нагрянет проверка? Он же выглядит адекватным. А говорить мы можем, что угодно. Подумаешь, угрожал вчера. 

– Алиса.
– Слышу голос Василия Антоновича. Таким он обычно Гену отчитывает, когда тот схалтурил.
– Подойди сюда. 

Откладываю в сторону ключ и стягиваю перчатки. 

– Послушай, что ты вчера говорила про налоговую? 

– Так, спросила, а что?
– аккуратно переспрашиваю. 

– Так вот, они пришли. Алиса, это связано с тобой?

Вот урод. 

– Да, Василий Антонович, просите.
– Значит хочешь постельную сцену?! Хорошо, будет тебе постельная сцена. В СИЗО.
– Сейчас я все улажу. Так. Спор с одним знакомым. И я, кажется, проспорила. Не волнуйтесь. Они сейчас уедут.

Ухожу в подсобку и, закрыв дверь, набираю номер, записанный в телефоне как Горыныч. 

– Да, Гаечка, быстро, я занят. 

– Слышишь, занятой, стаю свою убери. Я приду к тебе.
– Огрызаюсь в ответ.

– Оу, люблю мягких и податливых. Я же говорил соглашайся сразу, будет менее болезненно. 

– Не надейся, что я буду мягкой и податливой. 

– Малыш любит элементы БДСМ?

– Свои розовые сопли про малышей и зайчиков, можешь оставить для блондинистых дурочек. Где и во сколько?

– Да, моя госпожа, - усмехается в ответ.
– Адрес я тебе присылал. В семь вечера жду. 

Закатываю глаза и отключаюсь. Смешно ему. Я тебе устрою, домкрат пневматический. Не знаю, что придумала Лера, но я сделаю даже больше, чем придумала она. Сегодня он разозлил меня окончательно. 

Выхожу из подсобки и поднимаю глаза наверх. Жду, когда церберы покинут наше маленькое государство. И они не заставляют себя долго ждать. Хорошо, хоть тут не обманул. 

Василий Антонович провожает их и смотрит на меня. Кивает на кабинет. Надеюсь, я не лишусь работы из-за этого идиота. Иначе придется срочно искать новую.

– Алиса.
– Закрывает за нами дверь, - это что было? 

– Простите. 

– Хочешь, чтобы старика хватил инфаркт?
– Откидывается на спинку стула и выдыхает.
– Потом кто придет, пожарник?

– Я все уладила, больше никто не придет. Я обещаю.
– Кого я обманываю. То, что я собираюсь сделать, точно не пройдет бесследно и он обязательно заявится, чтобы высказать недовольство.

– Ты хороший автомеханик, - начинает речь и опускает глаза. А я уже предчувствую увольнение. Вот как один человек врывается в жизнь и все портит, только потому, что ему так хочется?

Пришла. В эту корпорацию, где работают извращенцы. Хотя есть еще надежда, что мне повезет, и он скажет, например, разобрать стопку бумаг или кофе выпить с ним. 

– Вам кого?
– окидывает взглядом брюнетка с каре, поправляя очки на переносице. 

– Мне нужен Марк.

– Марк Алексеевич?

Алексеевич? Черти знают, как зовут мужчину, что поспособствовал его рождению.

– Ну, если у вас других Марков нет, тогда, вероятно, Алексеевич. 

Мадам деловито открывает блокнот и, вытянув губы трубочкой, что-то проверяет.

– А кто вы и на сколько записаны?

– На семь.
– Натягиваю улыбку, но самой хочется уже оказаться за той тёмно-коричневый дверью, а то этот Цербер меня искусает раньше самого Марка Алексеевича.

– Вы не записаны. 

Ещё бы он тебя в известность ставил о своих фантазиях. 

– Конечно, это произошло спонтанно. 

И, пока она снова сканирует его расписание, быстро сокращаю расстояние до двери и открываю ее.

– Вам нельзя, - лепечет позади. Боится за свою юбчонку. Интересно, ее он тоже так заставляет выполнять свои прихоти. Ничего, милая, я скоро избавлю нас от этого. 

– Марк Алексеевич, - обращаюсь к мужчине за столом, - вы так добивались встречи со мной, что забыли внести в свое расписание?

– Она сама… Марк Алексеевич… Я сказала...

– Все в порядке, Анжела, можете идти. 

Ох, как бы она сейчас хотела воткнуть мне свой каблук между лопаток, а юбку натянуть на голову. Но я ее спасу от этого тирана. Потом ещё спасибо скажет.

Когда она наконец оставляет нас одних, запал несколько спадает. Но уверенность в правильности моего плана подбадривает. Нельзя просто взять и заставить человека заниматься тем, чем он не хочет.

Рассматривает меня, как на аукционе. Размышляя, что же делать с таким экспонатом.

– Я же предупреждал, что добровольно будет и приятней, и менее болезненно.
– Молчу, показывая всем видом, что ни о каком “приятнее” речи точно не будет.
– Иди сюда, - кивает, чтобы подошла к нему. Все еще не верю, что можно так поступать с людьми. Играть в мышеловку. Открыто и без бесплатного сыра.

К тебе, так к тебе.

Ставлю сумку со скрытой камерой на край стола, чтобы она засняла все. Скидываю пиджак рядом. А сама иду в его сторону. На мне специально надеты джинсы и плотная рубашка, чтобы не просвечивалось ничего и не вызывало никаких пошлых мыслей. 

Обхожу стол и становлюсь лицом к большому панорамному окну во весь рост. Вид шикарный. Сейчас бы насладиться им, но у меня другая миссия и я должна сосредоточиться на ней. Каждым своим действием показать сопротивление.