Приручить 7-го
Шрифт:
— Я не сержусь, — ответил я, прислоняясь к дивану. — Я просто … — Пожав плечами, я разочарованно вздохнул. — Я раздражен.
— Из-за твоей мамы?
— Из-за всего мира.
Мило улыбаясь, она похлопала своими большими карими глазами. — Даже из-за меня?
— Особенно ты. — Неохотная улыбка расползлась по моему лицу. — Ты худший преступник.
Хихикая, Клэр показала язык, и я клянусь, что один только вид ее вызвал у меня ощущение набухания в сердце, которое можно было принять за медицинские осложнения. К счастью для меня, я знал, что эти боли в груди были прямым результатом последствий любви.
Потому что я любил ее.
Господи, я любил ее каждой частичкой себя.
На прошлой неделе она не отходила от меня, хотя я сейчас был дерьмовым сумасшедшим. Для Клэр это не имело значения. Я знал, что у нас еще было много невысказанных разговоров, но я не хотел, а она не настаивала. Я не знал, буду ли я когда-нибудь готов к разговорам, которые, как я знал, должны были произойти в нашем будущем, но сейчас мы, казалось, нашли смутное – хотя и оголяющее – взаимопонимание.
— Ты пялишься, — сообщила она мне дразнящим тоном.
— А мне нельзя? — Я отшатнулся, и вопрос, казалось, поставил ее в тупик. Хуже того, он заставил ее резко втянуть воздух. Потому что это был первый раз, когда кто-то из нас переступил этот порог после того поцелуя у нее на кухне.
Склонив голову набок, она внимательно посмотрела на меня. — Ты флиртуешь со мной, Джерард Гибсон?
Флиртовать ли я?
Конечно, да.
Но смогу ли я справиться с последствиями?
Время покажет.
Чувствуя себя немного незащищенным и очень уязвимым, я беспомощно пожал плечами. — А мне нельзя?
— Это зависит…
— Да? — Мои брови взлетели вверх. — От чего?
— От того, как быстро мы сбежим от твоей матери и перейдем на улицу. — Дьявольски ухмыляясь, она вскочила на ноги и протянула мне руку. — Потому что твоя мама похожа на ищейку, а я остро нуждаюсь в обнимашках с Джерардом Гибсоном.
Ну и черт.
Ей не нужно было повторять мне дважды.
Вскочив с дивана, как бумеранг, возвращающийся к своему владельцу, я взял ее за руку одной рукой, а другой отдал матросский салют. — Показывайте дорогу, капитан.
— Хорошо, но прежде чем мы перейдем в режим невидимости ниндзя, я просто хочу, чтобы ты знал, что я безумно влюблена в тебя, нахожу тебя смехотворно сексуальной, серьезно, супер-пупер сексуальным, и не планирую требовать от тебя чего-то большего, чем ты мне дал. — Ее слова прозвучали быстро и яростно, как признание, которое она долго сдерживала. Протянув руку, она обхватила мое лицо ладонями и приподнялась на цыпочки. — Потому что все, что мне нужно, находится прямо передо мной. — Она нежно поцеловала меня в уголок рта. — У нас есть все время в мире для грустных частей. — Когда она отстранилась, то дьявольски улыбнулась. — Прямо сейчас, я думаю, нам следует сосредоточиться на радостных частях.
— О да? — Я улыбнулся ей сверху вниз. — На каких счастливых моментах, по-твоему, нам следует сосредоточиться?
— Ну. — Она озорно улыбнулась мне. — Я подумала, что могла бы сосредоточиться на твоей лестнице, если бы ты сосредоточился на моем дереве.
— Я в деле, — заявил я без малейшего колебания. — Хотя, честно предупреждаю, моя лестница уже наполовину установлена.
— Посмотрим.
— Трахни меня!
Сорок минут спустя я вернулся в ее комнату, снова в ее кровать, моя одежда была разбросана по полу в ее спальне, а ее обнаженное тело лежало на мне.
— Это нормально? — Клэр выдохнула мне в губы. — Когда я прикасаюсь к тебе вот так?
— Все в порядке, — простонал я, наслаждаясь ощущением ее рук на моем теле. — Более чем в порядке.
— Я здесь, с тобой. — Раскачиваясь на мне самым первобытным образом, она взяла мои руки и положила их на свою кожу. — Здесь только ты и я.
Не в силах больше выносить давление в груди, я сел прямо и поудобнее устроил ее у себя на коленях. Это движение заставило нас обоих застонать от удовольствия. Это было намного глубже, чем сейчас.
Во всех отношениях.
— Ты заставляешь меня чувствовать, что это возможно, — услышал я свой голос, когда наши тела продолжали двигаться в идеальном ритме.
— Хм? — Капелька пота скатилась по ее шее, и я проследил за ней, когда она скользнула между ее грудей. — Например, что возможно?
— Как будто все снова будет хорошо. — Крепче сжав ее бедра, я задвигался быстрее, чувствуя знакомую волну нетерпения, охватившую мое тело. — Как будто со мной все будет в порядке.
— Потому что это так, — настаивала она, ее слова были задыхающимся хрипом, когда она схватила меня за плечи и яростно задвигала бедрами напротив моих. — Потому что ты такой.
— Да. — Тяжело и прерывисто дыша, я обхватил ее затылок и прижал ее лоб к своему. — Но ты заставляешь меня в это поверить.
— Джерард, я …я… — Ее слова затихли, но она не сводила с меня глаз, когда начала дрожать. Ее тело дернулось в судорогах, и я последовал за ней, словно разбившееся домино.
Когда я моргнул, просыпаясь воскресным утром, меня встретила пара озорных карих глаз, смотрящих на меня.
— Вау, — выдохнул я, и у меня чуть не случился сердечный приступ от того, как близко к моему лицу были упомянутые глаза.
— Доброе утро, — прощебетала Клэр, сидя, скрестив ноги, на своей кровати и наблюдая за мной с мегаваттной улыбкой на красивом лице. — Угадай, что ты делал прошлой ночью.
— Вознес тебя на высоты удовольствия, о существовании которых ты даже не подозревала?
— Ладно, угадай, что еще ты делал прошлой ночью.
— Что я сделал?
— Ты спал! — Переминаясь с ноги на ногу с едва сдерживаемым волнением, она хлопнула в ладоши. — Три часа подряд! — Ее улыбка стала шире. — Никаких кошмаров. Никаких лунатизмов. Просто сплал. Я смотрела.
— Ты … смотрела?
— Угу. — Она кивнула, прежде чем добавить: — Кстати, ты был прав насчет храпа. К сожалению, виновата я.
— Я же тебе говорил, — задумчиво произнес я, принимая сидячее положение. — Теперь, мы можем перемотать назад к той части, где ты призналась, что подглядывала за мной, пока я спал?
— О, пожалуйста. — Она закатила глаза. — Как будто ты миллион раз не смотрел, как я сплю.
— Я не смотрю, как ты спишь, Клэр, я слушаю, как ты спишь. Весь дом.
— Боже мой, прекрати. Я не такая громкая, — фыркнула она, хлопнув меня по руке. — Кроме того, — она подмигнула, — из достоверных источников известно, что у меня милый храп.