Чтение онлайн

— А кто напал-то? — шепотом, чтобы не мешать принцессе, просила Варя у бабы Веры, мрачно о чем-то размышляющей, скрестив руки на груди.

Старая кормилица от неожиданного голоса над ухом подскочила — и, не сдерживаясь, матюгнулась. Варя удивилась еще больше: прежде она никогда не слышала в этом мире подобных ругательств. И даже начинала сомневаться, станут ли люди, верующие в Великую Матерь, посылать друг друга по матушке. Но, похоже, поспешила с выводами.

— Ты зачем вернулась? — шикнула на нее Зореслава, оглянувшись на шум, но тотчас продолжив заниматься приборами. — Я же отправила тебе предупреждение! Посидела бы у себя, пока мы тут управимся.

— Угу, записку видела. Только не поняла, почему мне велено отсиживаться, пока у вас тут черте что творится.

— Да ерунда! — махнула тонкой рукой принцесса. — Братец скоро прибежит и всех разбойников в ледышки заморозит.

— А ты пока для его выставки ледяных скульптур погоду выстраиваешь подходящую?

Зорька хихикнула:

— Можно и так сказать.

— А Тихун где? — строго спросила Варя.

Баба Вера молча дернула ее за рукав и подвела к узкому окну. Варя выглянула — и охнула. Шутки шутками, а ситуация впрямь сложилась не из приятных!

Огнеяр, облаченный в тусклые латы и объемистый шлем, с мечом в руках, верхом на пушистом от злости Друне, сторожил главные ворота усадьбы. И заодно руководил мужиками — те носились вдоль стены ограждения, что-то спешно укрепляя, что-то чем-то подпирая, торопливо заколачивая досками калитки. И мимоходом спотыкаясь о грозно шипящих зябликов — те вздыбили длинную шерсть, отчего сделались похожи на круглые помпоны на лапках.

Обитатели ближней деревеньки тоже были здесь — дети, старики и бабы с узелками организованно направлялись к башне, чтобы укрыться за ее стенами. Мужики разбирали из неприметного сарайчика секиры, копья и кирасы.

Но беглого взгляда хватало, чтобы понять: защитников гораздо, гораздо меньше, чем нападающих. За стенами ограды виднелась толпа народа. Судя по всему, они не на демонстрацию сюда явились.

— А Росана где?

Баба Вера ткнула пальцем в сторону ворот же.

— То есть? — заподозрила неладное Варя.

— Дерется, — коротко вздохнула принцесса.

— Одна? — ужаснулась Варя. Но осеклась, вспомнив, каким даром, вернее, проклятием была наделена бывшая гувернантка.

На чердаке снова повисло напряженное молчание. Варя понимала, что защитникам снаружи она ничем не в силах помочь, поэтому стала внимательно следить за действиями принцессы. Зорька почувствовала ее взгляд и между делом отрывисто принялась пояснять:

— Охранные чары вокруг башни включились сами. Но мне нужно следить, чтобы они не исчезли и не истончились в каких-то местах. Поэтому я распределяю энергию равномерно, согласно нагрузке. Жаль, мне не хватит сил, чтобы прейти от защиты к нападению… Росане не нужно было выходить наружу. Но я просто не смогла ее удержать. Когда такое случается, в нее будто вселяется злобный дух безумия.

— Вот и пусть ее безумие и жажда крови послужит нам на пользу, — проворчала баба Вера. — Надо же иногда и бабам душу отводить, не всё в рутине погрязать… Вот тут пятно пропустила, поправь!

Она тоже не стояла без дела — выглядывала наружу, переходя от окошка к окошку. Найдя небрежность, указала принцессе на хитрой круговой линейке прибора. Зорька угукнула и послушно подправила бегунки и проволочки-пружинки, помогающие управляться с чарами огромного защитного колпака. Внутри хрустальной полусферы прибора мерцали парящие искорки, некоторые танцевали друг с дружкой, словно влюбленные светлячки, какие-то висели на месте, замерев. И удивительное дело — чем больше Варя пялилась на порхающие над прибором руки принцессы и на все эти крутящиеся линейки, ползающие сами собой бегунки и парящие искорки, тем сильнее в ней разгоралось желание присоединиться к Зорьке, чтобы сыграть в четыре руки… Или вовсе отодвинуть принцессу в сторонку и позволить себе расправить крылья души во всю мощь…

— Не переусердствуй! — обеспокоенно брюзжала баба Вера на ее высочество. — Рухнешь в обморок — кому это надо? Тут тоже выправи. С юго-юго-запада новые бандюги скачут, ишь ты! Уплотни и там стеночку, а то пролезут да переломают Росане ее любимую оранжерею, как потом отвечать будем?

— Чую, плохо она там держится, — виновато вздохнула Зорька. — И зачем я ее отпустила… Ох!..

Внезапно закатив глаза, принцесса осела на пол без чувств.

— А? — открыла рот Варя.

— Девки, займитесь ее высочеством! — рявкнула на горничных и белошвеек королевская кормилица. — Не видите, что ли, дурно ей сделалось! Все силы на защиту нас, недостойных, отдала.

Служанки, причитая и всхлипывая, поспешили выполнить указание и отволокли госпожу в сторонку, усадили в кресло, принялись обмахивать фартуками и обрызгивать водой из фонтана.

Огоньки в полусфере прибора заметались — и вдруг слиплись в один пульсирующий комок, прилипли к стенке, будто по ним резко ударили. Круговые линейки замотались вокруг в хаотичном бешеном ритме, бегунки поползли вниз по направляющим, камешки в них тускнели с каждым мгновением.

— Похоже, Росанку, защитницу нашу, убили, — изрекла баба Вера.

Служанки услышали — мигом подняли вой.

— Цыц, дуры! — рявкнула кормилица. — Может, просто оглушили. Будь она в силах, то не позволила бы их проклятущим колдунам бить по воротам со всей дури.

Варя уставилась на гаснущие огоньки прибора и многозначительно выдавила из себя:

— А-а…

— А если Зорюшку заменишь ты? — надвинулась на нее кормилица, прожгла испытующим взглядом. — Башня-то тебя не зря признала.

— У-у…

— У тебя получится! — обнадежила ее бабка. — Ты, главное, в себе не сомневайся. Давай, шевелись! Не стой тупой чучундрой!

От требовательного окрика Варя отмерла — и кинулась исправлять показатели.

Стоило ей прикоснуться к прибору… как линейки и направляющие замерли, будто их выключили. Искры в полусфере сжались до едва приметных пылинок.

— Что за напасть?.. — пробормотала упавшим голосом кормилица.

У Вари сердце в пятки ухнуло: неужто сломала? Не полезла бы, Зорька через пару минут очухалась бы и снова занялась бы охранной системой. А теперь что? Сдаваться на милость этих, что за воротами сейчас завопили радостно, будто уже победили?

— А ну, включайся, живо!

Варя заорала, не жалея горла. И напряглась всем телом, всем существом, собрала волю в кулак, что называется — и направила магическую энергию в прибор, в этот ключевой узел незримого защитного купола.

И снова заорала — от радости ли, от страха ли, от эйфории. Искры, получив доступ к бурному и безудержному потоку энергии, вспыхнули каждая стоваттной лампочкой, осветив весь чердак до потолочных балок, аж малейшая трещинка на дощатой обшивке проявилась. И странно, Варе не захотелось зажмуриться, этот свет не ослепил ее. Но из-за него в голове сложилась четкая, как те же трещинки в древесине, картинка: стена вокруг усадьбы на всём ее протяжении. И пространство снаружи, особенно контрастное там, где ограждение штурмовали враги.